Предатель

Привет, мой хороший, я уже выехала. Ване сообщила о командировке, как обычно, в нашем отеле?
Олух поверил? Давай в семь, снял лучший номер с джакузи.
Перед глазами все плывет. Сомнений нет, жена мне изменяет… Глаза дальше опускаются по переписке, в висках гудит, от прочитанного я просто не могу прийти в себя.
Вот же дрянь! Я тебе покажу командировки.
 
Глава 7. 2. Иван. Все тайное стало явным
 
– Откуда у тебя эти переписки? – произношу с презрением.
– Ксюша делилась, ты же знаешь, мы очень близки, – произносит стыдливо.
– И как давно это началось?
– Вань, я не думаю, что это столь важно. Одно могу сказать точно, супруга тебе изменяла долгое время. Да что я буду рассказывать, сам полистай убедись.
Слова – это слова, но переписки – совсем иное. Я собственными глазами вижу признания жены чужому мужчине.
Вчера было так хорошо, обожаю наши вечера, каждый раз возвращаюсь домой к нелюбимому мужу и вспоминаю твои руки, тело, глаза. Боже, я ведь никогда не испытывала такого удовольствия как с тобой, мой хороший, – пишет Ксения.
Потому что твой муж обычная домохозяйка, а не мужик, – тут идёт куча насмешливых смайликов, – а я точно знаю, что нужно женщине, и это не вымытые чашки и не выстиранные шторы, – насмешливо отвечает.
Кровь приливает к лицу. Похоже, все мои потуги по быту воспринимались Ксюшей как слабость. Она обсуждала это и с сестрой, и с мачехой, и даже с любовником. Становится крайне мерзко, обида увеличивается до невероятных размеров.
Полистав еще немного скрины, вижу Ксюшу в нижнем белье. Синее, то самое, которое подарил ей на Рождество. Вот же сука…
– Забирай свой треклятый телефон, все что я хотел – уже увидел, – пытаюсь держать себя в руках. На самом деле дается мне это тяжело и кажется, что от давления сейчас лопнут барабанные перепонки.
– Не расстраивайся, женщин много на свете, на сошелся же свет клином на моей сестре. Ну не любит она тебя, что поделать, каждому ведь свое. Её босс Самойлов хороший человек, смог заинтересовать, ты же понимаешь, Ксеня карьеристка, он такой же, я не удивлена, что сошлись на общих интересах, – щебечет Соня.
Смотрю на нее и вижу откровенный стеб. К чему вот эти рассказы о суперспособностях Самойлова? Чтобы я ощутил себя еще большим дерьмом?
– Разберусь, – бурчу в ответ. – Я, наверное, пойду. Нет желания больше вариться в этих помоях. Нужно поговорить с Ксюшей, хочу узнать, что все это значит и как нашей паре быть дальше.
– Паре? – уточняет со смешком Татьяна Петровна. – Вань, не будь дурачком, вашей пары давно нет. Пойдешь, спросишь, да кто ж тебе признается? Скорее всего, до последнего будет отрицать и аккуратно готовить почву, чтобы выгнать тебя из квартиры. Зачем Ксюше себя сливать? Она хоть и моя доченька, но такую непорядочность я не понимаю, уж прости. Ты отличный человек и мне жаль, что оказался в подобной ситуации.
– Не думаю, что жена опустится до того, чтобы гнать меня из квартиры. Жилье общее, мы вместе его обустраивали, пусть не так много, как Ксюша, но я тоже вкладывался в эти метры, – возмущаюсь в ответ.
– Вань, – смущенно тянет Соня, – я должна тебе сказать, что Ксения говорила об этом лично мне.
– О чем? – новый импульс гнева. Неужели супруга задумала меня оставить без жилья? Перечеркнуть годы жизни и всего того, что между нами было. Ведь хорошо жили, доверяли, как я думал, друг другу. А теперь… Несмотря на то что я мужчина, чувствую, что в горле першит, а к глазам подкатывается соленая жидкость. Треш. Только бы не пустить слезу при родне женушки.
– О том, что хочет выселить тебя. Квартира ведь ее. И деньги снять с вашего общего счета, которые копили. У нее большие планы, и, думаю, Самойлов в том числе, подстрекает Ксю к этим действиям.
Час от часу не легче. Какой-то фейерверк дерьма на голову.
– Понятно. Я пойду. Мне нужно все обдумать, – реагирую на новую порцию новостей.
– Можно я с тобой? Ты в таком состоянии, не хочу оставлять одного, переживаю, – говорит Соня и смотрит на меня наивными глазами.
  
– Не думаю, что это хорошая идея, мне сейчас не до гостей.
– А кто сказал, что я гость? Ксюша в командировке, кувыркается со своим Егорушкой, хочу тебя покормить, успокоить, да просто посидим поговорим, соглашайся.
«Кувыркается со своим…» – новая шпилька в сердце.
– Поехали, – соглашаюсь и двигаюсь к выходу.
– Иван, – слышу в спину от Татьяны Петровны, – я надеюсь, что ты не станешь говорить Ксюше, откуда узнал про измену. Нам-то зачем проблемы? Мы все же семья, да и Игорька не хочу расстраивать, как-никак – его дочка, пусть сама сообщает отцу, что проголливудила свою семью. Мы же по доброте душевной тебе информацию предоставили, – смотрит оправдываясь.
– Что же ваша доброта раньше то не сообщила мне о происходящем? – отвечаю в сердцах. – Ничего не стану о вас говорить, спите спокойно, – заканчиваю и покидаю квартиру.
Выхожу на улицу и пытаюсь продышаться. Сколько ни вдыхаю кислород, не могу им насытиться. Все мое нутро наполняет боль. Господи, как она могла? Как могла так глупо меня предать? Хочется причинить ей такую же боль, даже сильнее, чтобы поняла, как это – быть преданным.
– Уф, еле догнала, – ускоренным шагом выходит из подъезда Соня. За пару минут она успела переодеться в микрошортики, которые облегают ее идеальные ягодицы, подчеркивая аппетитность форм. Да уж, провокатор София еще тот. Снова чувствую зарождающееся желание.
– Садись в машину, – командую сводной сестре жены, – одежды поскоромнее не нашлось?
– Зачем мне поскромнее, тебе ведь и так нравится, – смотрит на меня вызывающе и облизывает верхнюю губу.
На минуту меня посещает мысль, а почему бы и правда не воспользоваться предложением Сони и не отомстить жене той же монетой? София красива, молода, проявляет ко мне интерес. В конце концов, затащив сестру жены в постель, я ударю в самое больное.
– Какие у нас планы? – спрашивает Соня в авто и включает громко музыку.
Смотрю на ее длинные стройные ноги, узкую талию, пухлые губы и произношу:
– Грандиозные!
Вжимаю педаль газа и направляюсь в сторону дома.
 
Глава 8. Ксения. Проблема на проблеме
 
После встречи с подругой возвращаюсь в квартиру, принимаю снова душ и без сил плюхаюсь на диван. Спать на кровати, на которой кувыркался муж со сводной, не желаю, слишком противно и тошно.
Проворочавшись практически до самого утра, засыпаю. Поспать удается всего лишь несколько часов, будит меня настойчивый телефонный звонок.
– Ксения Игоревна, я так понимаю, вы не улетели в командировку? – слышу претензионный голос Егора Алексеевича. – Ночные походы по ресторанам это, конечно, здорово, однако я не думал, что вы проигнорируете вылет, который перенесли на семь утра, – продолжает серьезным голосом.
– Я, простите, я просто… – мямлю и не могу сообразить, что сказать. Да и что ответить начальнику, почему я не явилась в аэропорт к назначенному времени? Даже история о болезни никак не прокатит, виделись мы буквально пару часов назад в ресторане.
– Жду вас в офисе, вижу, отмазку на ходу не получается придумать, – с ехидством заявляет и кладет трубку.
Вот черт!
Как я могла забыть про вылет?
С этими семейными разборками из головы совершенно вылетела информация об утреннем рейсе. Еще бы. Самая адовая ночь за всю мою жизнь.
Перед глазами опять мелькают картинки того, как я счастливая захожу в спальню, чтобы обрадовать мужа, и вижу его в объятиях сводной сестры. Морщу нос и снова чувствую, как меня мутит.
Похоже, это происходит не от моей ранней беременности, а конкретно при воспоминаниях о близости предателей.
Утро не приносит облегчения. Захожу на кухню… его любимая чашка, свежий мужской журнал, оставленный на столе, в душевой гель, от которого я сходила с ума, нюхая на его теле, полотенце. Беру его в руку и вдыхаю аромат, который еще остался от мужа. Такой родной и такой …чужой.