Год второго шанса (ЛП)

— Все будет хорошо. — Кай притягивает меня к себе и обнимает за талию. — Я обещаю, что никому не позволю ничего с тобой сделать.
Я вдыхаю аромат его одеколона. Боже, он пахнет лучше, чем сахарное печенье.
— Это довольно серьезное обещание. Ты не можешь следить за мной двадцать четыре на семь.
Он приподнимает бровь.
— Хочешь поспорить?
Обычно я бы с ним поспорила, но яростная решимость, льющаяся из его глаз, удерживает мои губы на месте.
  
В глубине души я хочу, чтобы он выполнил свое обещание. Не знаю, делает ли меня слабой его помощь или нет, но я собираюсь притвориться, что это не так. Кроме того, даже супергероям нужны помощники, так что, возможно, если я позволю ему помочь мне, это не сделает меня слабой. Может быть, это каким-то образом сделает меня сильнее.
  
Глава 4
 
Изабелла
Мы с Каем проводим остаток субботнего утра и добрую половину дня, помогая моей бабушке отбуксировать ее машину к механику. К тому времени, как мы возвращаемся домой, уже поздно, и Каю нужно уходить, чтобы попытаться устроиться на работу и отбуксировать свою машину обратно в город. Сдерживая свое обещание, я остаюсь дома, пока льет дождь.
Пока Кая нет, он пишет мне, что заехал к своему другу домой, чтобы попросить его взглянуть на неизвестный номер из моего телефона, но его друг тоже не смог ничего сделать. Он также сообщает мне, что задержится и не вернется, по крайней мере, до часа или двух ночи.
Я пытаюсь не заснуть, чтобы поговорить с ним о файлах, но около полуночи отключаюсь на диване.
Когда снова просыпаюсь, в гостиной темно, телевизор выключен, и теплые пальцы гладят меня по щеке.
Пораженная, я начинаю садиться, но звук голоса Кая мгновенно успокаивает меня.
Я моргаю, глядя на него, когда он садится на край дивана рядом со мной, его пальцы слегка касаются моей щеки.
— Сколько сейчас времени? — спрашиваю я, зевая.
— Половина четвертого. — Он заправляет прядь волос мне за ухо. — Прости, что разбудил тебя. Я хотел просто лечь на пол и дать тебе поспать, но потом забеспокоился о том, что скажет твоя бабушка, когда выйдет утром.
— Все в порядке. — Я сажусь и вытягиваю руки над головой. — Мне жаль, что я заняла твое место. Хотела дождаться тебя, чтобы убедиться, что ты добрался домой в порядке, но, должно быть, устала больше, чем думала.
Его брови хмурятся, на лице написано замешательство.
— Ты хотела меня дождаться?
Пожимаю плечами, не понимая, в чем тут дело.
— Я попыталась.
Его губы растягиваются в озадаченной полуулыбке.
— Не припомню, что меня когда-либо кто-то ждал, кроме моих родителей, и то они делали это только для того, чтобы накричать на меня.
— Ну, уже поздно, — объясняю я, пожимая плечами. — И потом, вся эта история с Ти… Это заставляет меня нервничать, когда ты один.
Он выдерживает мой пристальный взгляд, его губы изгибаются, когда он проводит рукой по моим волосам.
— Ты же знаешь, что я был не один, верно? Я был с парой моих друзей. И я уже большой мальчик.
Я открываю рот, чтобы объясниться, понимая, как глупо, наверное, это звучит, но он наклоняется вперед и мягко прикасается своими губами к моим один, два, три раза.
— Мне нравится, что ты беспокоишься обо мне, — тихо говорит он, откидываясь назад с тенью улыбки в его глазах.
Я киваю, не в силах говорить, боясь, что мой голос прозвучит хрипло, как у девушки, падающей в обморок из-за какого-то парня. И, да, понимаю, что так и есть, но пока я предпочла бы держать это при себе.
Кай заправляет еще одну упавшую прядь волос мне за уши, и мои ресницы трепещут.
— Тебе следует лечь в постель, — шепчет он, звуча так, будто это последнее, что он хочет, чтобы я сделала.
— Хорошо, — говорю я, не двигаясь с места.
Мы смотрим друг на друга, а потом он облизывает губы языком. Я нервно сглатываю, мое сердце колотится в груди. Затем включается свет, и волшебный момент разбивается вдребезги, когда мои глаза пытаются приспособиться к яркости.
— Хорошо, вы двое. Мне неловко прерывать этот сладкий момент поцелуев, но я думаю, что пора спать, — говорит бабушка Стефи из коридора.
Мои щеки пылают, когда я вскакиваю на ноги, и она понимающе улыбается мне.
Зная, что она не удержится, чтобы в очередной раз смутить меня, я не жду, чтобы услышать, что она хочет сказать, проносясь мимо нее и желая спокойной ночи через плечо.
Как только я вхожу в свою комнату, запираю дверь и плюхаюсь на кровать. Поднося пальцы к губам, я улыбаюсь, вспоминая нежные поцелуи Кая. Три простых поцелуя, но они были более волшебными, чем пыльца фей, желания джиннов и феи-крестных. Я думаю, что Индиго, возможно, была права с самого начала. Мне нравится Кай.
Очень.
Может быть, больше, чем когда-либо кто-либо нравился за всю мою жизнь, а это значит, что определенно настало время порвать с Кайлером.
  
Глава 5
 
Изабелла
На следующее утро мы с Каем бездельничаем, смотрим фильмы про зомби, пока моя бабушка не уходит. Затем мы выключаем телевизор, чтобы поговорить о документах на флешке. Он рассказывает мне все, что прочитал, и я действительно начинаю сходить с ума, когда вижу некоторые фотографии, которые он сделал на свой телефон.
— Линн была подозреваемой? — Я изумленно смотрю на Кая. — Линн? Линн Андерс? Моя мачеха?
Он кивает, забирая у меня телефон.
— Да. Ни в одном из файлов не говорилось, почему она была подозреваемой, и я не уверен, есть ли у них улики против нее, или это просто теория адвоката. — Он берет мои руки в свои. — Хорошая новость в том, что у них не так много улик против твоей мамы: несколько отпечатков пальцев и в лучшем случае шаткие показания от свидетелей.
— Да, я думаю, что так.
Мой разум кружится вместе со всем моим миром. Моя мама в тюрьме за убийство сына моей мачехи. Она может быть невиновна. Моя мачеха может быть виновна. Что все это значит?
— Кто давал показания?
— Не уверен, говорилось ли об этом в файлах. — Он прокручивает фото на телефоне, на его лбу появляется задумчивая складка. — Я здесь ничего не вижу по этому поводу… — Он что-то обдумывает, затем тянется к своему компьютеру. — Давай посмотрим, смогу ли я снова прочитать флешку.
Я поворачиваюсь, опуская колено на подушку.
— Ты же сказал, что там был вирус.
— Да, но я просто не буду использовать его на своем компьютере. — Он открывает свой ноутбук и нажимает кнопку питания. — Возможно, мне просто придется подобрать другой пароль, и, если у меня получится, я смогу снова просмотреть файлы.
Я морщу нос.
— Ты действительно хочешь пройти через все это снова?
Он пожимает плечами.
— Для тебя, конечно.
Прикусываю губу, сдерживая глупую улыбку, готовую расплыться по моему лицу.
— Кай, ты действительно не должен этого делать. На самом деле… — Я замолкаю, когда он начинает ругаться и барабанить пальцами по клавиатуре. — Что не так?
— Похоже ноутбук сгорел. — Он нажимает несколько кнопок, прежде чем сдаться и положить ноутбук на кофейный столик.
— Мне жаль. — Я виновато втягиваю воздух. — Это все моя вина.
— Может, ты перестанешь говорить такую ерунду? — Он откидывается на спинку дивана, хватает меня за руку и тянет за собой. — Я мог все бросить в любой момент. Я решил этого не делать. Это был мой выбор. Я хотел помочь тебе больше, чем когда-либо хотел что-либо сделать.
Я кладу голову ему на грудь, слушая биение его сердца и отмечая, как быстро оно бьется, совсем как мое.
  
— И все же я хочу помочь… Что я могу сделать? — спрашиваю я.
— Мне нужно найти компьютер, чтобы попробовать снова. — Он запускает пальцы в мои волосы. — Компьютер, который я не против сломать.
— Ты можешь воспользоваться компьютерами в библиотеке, — предлагаю я, скорее в шутку.