Цена славы (СИ)
Полиция работала совместно с военным спецназом, задействованы были представители нескольких участков и почти весь состав Прокуратуры Восточного Округа Сеула. В Корее ранее не было операций, подобных этой. Больше всего этого похоже на то, как обезвреживают наркокартели… но, по данным полиции, с наркотиками это напрямую на связанно. Это дело о государственной измене.
На данный момент времени нет никаких официальных заявлений, только несколько коротких заявлений полиции. Кроме того, большинство СМИ в замешательстве, потому что многие редакторы новостных порталов и газет уже получили повестки в прокуратуру полиции для дачи показаний. Большинство не понимает, какие вопросы им будут задавать и как это связано с государственной изменой.
[*Прокуратура Восточного Округа Сеула расположена в районе Каннам*]
Naver: Арестован Пак Кохван, министр Труда и Занятости
В десять часов вечера, 29 декабря, Прокуратура Восточного Округа Сеула опубликовала официальное заявление, что министр Пак Кохван арестован по подозрению в коррупции и государственной измене. Сейчас он находится на допросе в прокуратуре, дальнейшая информация появится утром.
Naver: Самое масштабное расследование в истории Южной Кореи.
Информация об обысках и допросах поступает постоянно, но прокуратура в своих официальных заявлениях немногословна. Журналистам удалось получить несколько более развернутых комментариев от прокурора Шин уже в три часа ночи, когда он выходил из здания, чтобы отправиться домой. Давайте мы перечислим все, что известно к данному часу.
1. Данное расследование начиналось в строжайшей секретности, большая часть улик для возбуждения дела была получена с помощью информаторов и в результате слежки. Пока неизвестно, кто этим занимался, но до вчерашнего дня о расследовании не знали даже в генеральной прокуратуре.
2. Коррупционная сеть связана с оказанием секс-услуг. По оговорке прокурора Шин, в деле замешаны айдолы и эта часть расследования будет вестись без допуска журналистов, чтобы защитить жертв и свидетелей. Сексуальные услуги служили компроматом на участников коррупционной сети, они же были способом оплаты и методом связи.
3. Целью участников коррупционной схемы было смена власти в ходе следующих выборов — сначала парламентских, а позднее и президентских. Они набирали денежный капитал и заводили связи в сфере развлечений, чтобы впоследствии формировать у избирателей нужные им настроения.
4. Прокурор Шин подтвердил, что расследование будет вестись по нескольким отдельным делам, связанных между собой. Будет много допросов и много подозреваемых. Он отдельно обратил внимание на то, чтобы журналисты не делали поспешных выводов: прокуратуре нужно опросить большое количество людей, далеко не все являются подозреваемыми.
Мы будем держать вас в курсе событий, если появится новая информация.
Naver: Новые аресты высокопоставленных лиц
В девять часов утра на портале Прокуратуры Восточного Округа Сеула вышло заявление о нескольких арестах. Был задержан Квон МанХук, исполнительный директор Диспатч, Ким ПаДжин, продюсер Mnet, и Ким КиДжун, маркетинговый директор косметической компании LeeBee.
Обвинения им предъявлены открытые, в отличие от скрытых причин ареста министра Пак. Все трое обвиняются во взяточничестве и участии в создании системы эскорт-услуг. По развернутому комментарию следствия, эти трое принуждали айдолов к оказанию сексуальных услуг, взамен предоставляли им рекламные контракты, экранное время и положительные публикации в сети. Также они получали деньги от некоторых лиц, чтобы формировать «правильное» общественное мнение, косвенно критикуя текущие решения президента и правительства.
Прокуратура еще раз напоминает, что данное расследование требует деликатности, жителям Кореи стоит воздержаться от поспешных выводов и не устраивать «охоту на ведьм», обвиняя отдельных айдолов в нечестных способах продвижения.
Глава 37
Островок Спокойствия
Расследование взбудоражило общественность, но вопросов было больше, чем ответов. Первыми арестовывали наиболее высокопоставленных подозреваемых, айдолов оставили на потом. В индустрии все понимали, что именно вскроется в ходе расследования, поэтому нервничали многие.
В Корее за проституцию могли дать реальный тюремный срок. Но чаще всего отделываются штрафами. Вот только айдолы, которые были связаны с этой системой, не могли быть уверены, что отделаются только штрафом. Дело будет громким, негативная реакция общественности предсказуема, поэтому прокуратура может устроить «показательную порку».
Дан, правда, знал некоторые нюансы: вся история с Папкой рассматривается как часть расследования о госизмене. Этому выделили отдельное дело, но прокуроров интересует не столько факт оказания сексуальных услуг, сколько — кто заставил и кому услуги были оказаны. Ради этих сведений большинству «простят» нарушение закона. Кого-то осудят, конечно. Но публиковать полные списки всех, чьи фотографии присутствуют в Папке — это прокуратуре не нужно. Им и всех «покупателей» раскрывать невыгодно. Если общественность узнает, сколько на самом деле людей в этом замешано, то индустрия к-поп может не выстоять, тогда Корея мржет лишиться значительного заработка.
Тут помогло заявление кого-то из Talion. Дан не знал точно, кто из них является официальным потерпевшим, да это и не важно. Главное, что наличие потерпевшего позволило немного сменить юридические акценты: теперь это дело о склонении к проституции, а его можно вести тайно, не публикуя отчеты о расследовании.
Оставить все под грифом секретности просто невозможно: слишком много арестов для демократической страны, слишком много свидетелей и подозреваемых. Что-то придется сделать достоянием общественности.
Вечером тридцатого декабря усталый Джиён кое-что рассказал Дану.
Он не спал прошлую ночь, хотя и приезжал домой ужинать. Беременная супруга — это значительный повод для отлучки с работы, поэтому Джиёна отпустили домой на несколько часов, успокоить жену, а потом он снова вернулся на работу.
— Ты вообще спал? — участливо спросил Дан, когда после ужина они вместе сели на веранде.
— Три раза по сорок минут, — ответил Джиён с улыбкой. — Не переживай, я привык к такому. Сейчас самое лучшее — продержаться еще немного и пойти спать в обычное для меня время.
Дан задумчиво кивнул. Он прекрасно знал, что трех-четырех часов сна в сутки может хватать достаточно долго, если тебе есть чем заняться во время бодрствования. Но он сам предпочитал сначала отоспаться, а не сразу пытаться восстановить режим.
— Расскажешь, что происходит? — осторожно спросил Дан.
Джиён кивнул, но говорить начал не сразу. Достал из кармана брюк помятую коробочку — никотиновые пластыри. Он намерен бросить курить, потому что вскоре в доме появится ребенок, но это дается ему сложно. Сейчас он приклеил пластырь и подвинул к себе ближе кружку с чаем.
— Сложно сказать, с кого именно все началось. Чуть ли не с основания корейского шоу-бизнеса продюсеры продвигали тех, кто с ними спит… потом стало понятно, что можно заставлять красивых мальчишек и девчонок спать с теми, кто нужен продюсерам. Где-то в девяностые это превратилось в систему, сдерживала которую круговая порука. В двухтысячных Квон Манхук, он сейчас исполнительный директор Диспатч, стал кем-то вроде начальника всей этой структуры. Это он начал печатать Папки.
— Это подтверждённая информация? Он сядет за это? — уточнил Дан.
Джиён осторожно кивнул:
— Скорее всего — да. В суде может произойти всякое, его адвокаты могут оказаться очень изворотливы, но у нас уже есть немало свидетельств поотив него… жесткие диски с информацией, помещение, где печатали и хранили Папки, его Маленькая Черная Книжка с именами… в общем, его шансы уйти от наказания минимальны.