Развод с мужем. После (СИ)

- Значит, в ста граммах семь с половиной.
- Да, но вдруг именно в эти сто грамм в Настиной тарелке попадёт больше картошки, чем морковки, значит, и углеводов в этих ста граммах будет больше и колоть нужно будет не на семь с половиной, а, например, на восемь…
- А это ты уже будешь отслеживать по факту, и если через два часа после еды сахар останется высоким, скалывать инсулином. Но я бы не прибегал постоянно к подколкам. Физическая активность тоже хорошо снижает сахар. Купите скакалку. Если сахар держится высоким, пусть прыгает на скакалке. Если не поможет, тогда скалывайте. И отдайте ее на какой-нибудь спорт. Хотя бы на танцы.
  
Костя поднимается со стула и, по всей видимости, собирается уходить.
- Спасибо большое. Ты очень понятно все объяснил.
Хочу добавить, что Костя - прирождённый педагог, но решаю, что хватит с него и такого комплимента.
- А ты в школу сахарного диабета не ходила?
- Нет.
- Почему?
- Мне не с кем оставить Настю: няня уволилась, моя мама боится инсулина, Матвей работает.
- Понятно. Ну потом обязательно ещё в школу диабета сходи. Лишним не будет.
Костя надевает в прихожей куртку, обувается.
- Напиши мне, как пройдёт оливье.
- А ты ещё к нам приедешь? - спрашиваю с надеждой.
Смотрит на меня, выгнув бровь.
- Юля, неужели ты хочешь меня видеть? Я же аморальный тип, с которым опасно общаться женатым людям. Я плохо на них влияю.
Опять включил сарказм и подкалывает меня. Гад такой.
- Сама не могу в это поверить, но да, хотела бы увидеть тебя ещё хотя бы пару раз. Приезжай завтра, и давай вместе посчитаем другие популярные блюда?
Я бухгалтер, но во всем, что касается рассчёта доз инсулина, впадаю в ступор. Нет, чисто математически я могу посчитать, но, как Костя правильно сказал, диабет очень индивидуален. У меня внутренний страх, что у Насти окажется индивидуальная реакция на какое-то сложное блюдо, и я с этим не справлюсь. Это ведь ее здоровье, и у меня нет права на ошибку. А Костя сейчас вселил в меня уверенность, что все не так сложно, как кажется на первый взгляд.
- Хорошо, завтра приеду. Моту от меня привет. Пока, принцесса.
Последнее - это он Насте. Она сидела с нами на кухне и с любопытством все слушала. Закрываю за Костей дверь и поворачиваюсь к дочке.
- Ну что? Сегодня у нас будет оливье? Давай приготовим к папиному приходу.
Настроение у меня снова хорошее.
  
Глава 37. В разводе
 
Матвей приезжает позже обычного. Он еле на ногах стоит. Бессонная ночь, потом целый рабочий день. У него нет сил даже на игры с Настей. Падает на стул на кухне и еле держится, чтоб не уснуть.
- Поешь и иди ложись спать.
- Я сегодня к себе поеду.
Замираю над салатницей с оливье. К себе? А наша квартира - это не «к себе»? Под ложечкой больно сосет.
- Как ты поедешь? Ты же уснёшь за рулем, - предпринимаю ещё одну попытку оставить Матвея на ночь у нас.
- Я на такси. Машину на работе оставил. Как прошел день? Костя приезжал?
- Да, он очень помог. Мы договорились покормить Настю оливье.
- Оливье вроде простое блюдо? Ну, в смысле, там нет много углеводов.
- Да, но там картошка, майонез…. Я ещё решила сварить завтра борщ и дать Насте.
- А в борще что нужно считать кроме картофеля?
Матвея как послушать, так все очень легко! Тогда почему же мы больше месяца не варим Насте ничего, кроме куриного супа?
- Например, свеклу.
- Делай без свеклы.
- Я всегда делаю борщ со свеклой. Да на самом деле борщ не сложное блюдо с точки зрения диабета. Просто там много всего, и я боюсь, что от чего-то сахар подскочит вверх. Мы же ещё не знаем Настины индивидуальные реакции на продукты. Знаешь, у нас слишком много страхов, надо от них избавляться. Когда мы поборем свои страхи, диабет перестанет казаться нам концом света.
- А я смотрю, общение с Костей пошло тебе на пользу. Ты как к психологу сходила.
Смеюсь.
- Он вселил в меня немного уверенности в себе.
Я ставлю на пищевые весы тарелку, обнуляю их и накладываю еду Насте: порцию гречки и две куриные тефтели. Убираю с весов тарелку и ставлю вторую. В нее кладу ровно сто грамм оливье. Делаю Насте укол инсулина в плечо для всего ужина и засекаю десять минут - ее стандартную паузу между уколом и едой.
Дочка не любит паузы до еды. Все время ёрзает на стуле и так и норовит утащить что-нибудь из тарелки. Чтобы этого избежать, я включаю ей мультики в детской. Настя уходит к себе и там отвлекается.
Пока Настя у себя, Матвей притягивает меня за руку. Сажусь к нему на колени и обнимаю за шею. У нас была волшебная ночь, я сильно соскучилась за день. Мы целуемся, и я млею.
- Не мог работать, думал о тебе, - говорит мне в губы.
Улыбаюсь. Как же хорошо. Кладу голову на плечо Матвею, согреваюсь его теплом. Ему обязательно сегодня уезжать к себе? Почему он не может остаться у нас? Не хочу расставаться. Мы не виделись весь день, сейчас проведём вместе всего час, и Матвей уедет. Грустно.
- Я тоже о тебе думала. Может, всё же останешься у нас на ночь? Зачем тебе тратить время на дорогу?
- Нет, мне надо к себе. Я сразу лягу спать, но встану пораньше перед работой. Нужно кое-что сделать.
- Пораньше перед работой - это во сколько? Ты и так встаёшь в пять утра.
- Надо будет встать в три.
Ничего не изменилось за три года после развода. Матвей все такой же трудоголик. Только тогда он уходил на работу, как обычно, но возвращался очень поздно. Сейчас он возвращается в нормальное время, чтобы проводить вечера с Настей, но зато встает ни свет ни заря.
- Костя ещё придет? - переводит тему. - Ты с ним договорилась?
- Да, он придёт ещё несколько раз. Дай мне его номер, он просил написать, как мы справимся с оливье.
Матвей достаёт из кармана мобильник и перекидывает мне контакт Кости. Положа руку на сердце, если бы Матвей попросил у меня номер телефона какой-нибудь моей подруги, я бы, как минимум, напряглась. Даже если ему для важного дела. А Матвей абсолютно спокойно дает мне телефон своего друга. Как можно быть таким неревнивым? Для меня это загадка.
- Как дела у твоих друзей?
Не знаю, зачем спрашиваю. На самом деле мне глубоко безразлично, как дела у этих бессовестных прожигателей жизни, которым от девушек нужно только одно. Но Костя меня сегодня приятно удивил. Кто бы мог подумать, что мажор и бабник так хорошо разбирается в сахарном диабете?
- Нормально. Сергей Холод женился, ждет ребёнка. У остальных без изменений.
Я аж разеваю рот от изумления.
- Холод женился?!
- Да, недавно.
В шоке хлопаю глазами, глядя на бывшего мужа. Сергей Холод - однокурсник Матвея. Бабник, ловелас, казанова - можно называть как угодно. Его максимум с девушкой - пара месяцев секса без обязательств. Даже не отношений. А именно секса без обязательств. Потом девушка ему приедается, и он меняет ее на другую.
Сергей красивый. Девушки вешаются ему на шею пачками. Он этим вовсю пользуется. А потом рушит их надежды, объявляя: «Детка, мы просто трахались. Я ничего тебе не обещал. Твои ожидания - это твои проблемы».
Естественно, я была категорически против, чтобы Матвей дружил с таким аморальным типом.
- На ком он женился?
Я не могу поверить, что это правда. Сергей Холод женился?! Да не может такого быть. Если только он так же через пару месяцев брака не заявит своей жене: «Мы просто трахались. Твои ожидания - это твои проблемы».
- Помнишь его подругу Таню?
Зависаю на несколько секунд. Таня.… Таня…
Таня!
- Такая милая скромная блондинка, которую он приводил на ваши студенческие тусовки?
  
- Да.
- Помню.
Таня была единственной девушкой на студенческих тусовках Матвея, с которой я могла разговаривать. Подругами мы не стали, но довольно приятно общались. По сравнению с другими девушками, присутствовавшими на таких мероприятиях, Таня была самой нормальной. Одевалась скромно, не перебарщивала с макияжем. Я не понимала, что ее связывает с бессовестным Холодом. Она говорила, что они были друзьями в школе или что-то такое.