Развод с мужем. После (СИ)

- Мечтал остаться с тобой наедине.
Разворачивает меня к себе лицом и сразу целует. Жадно и нетерпеливо. Страстно. Хорошо, что бывший муж крепко держит меня в руках, иначе бы я рухнула на пол. Ноги резко ослабели, колени задрожали. Я отвечаю на сумасшедший поцелуй бывшего мужа и чувствую, как теряю над собой контроль, полностью отдаваясь во власть Матвея.
Он снимает с меня майку, принимается целовать шею, ключицы, грудную клетку. Я откидываю голову назад, упираясь затылком в зеркало над раковиной. Дыхание становится тяжелым и у меня, и у Матвея. Подрагивающими пальцами вожу по его волосам, лицу, шее, прижимаю к себе крепче. Потом цепляю края джемпера и тяну вверх.
  
Голодными глазами смотрю на крепкий спортивный торс бывшего мужа, глажу его ладонями, наслаждаюсь прикосновениями к любимому телу. Матвей расстёгивает мой лифчик и отбрасывает его в сторону. Я закусываю губу, резко засмущавшись. Но бывший муж с таким восхищением меня разглядывает, что самооценка резко ползёт вверх.
Снова целуемся. Ещё нетерпеливее, чем первый раз. Матвей ласкает мою грудь. Я набираюсь смелости и расстёгиваю ремень на его джинсах. Постепенно за поцелуями избавляемся от последней одежды. Матвей подталкивает меня в сторону душевой кабины. Закрываем стеклянную дверцу, включаем душ над головой. Бывший муж вжимает меня в кафельную стену и подхватывает под ягодицами. Обвиваю ногам его тело, держусь крепко за шею.
Мы занимаемся любовью долго и чувственно. Оба ужасно соскучились по телам друг друга. У меня никого не было после развода. Не хотела никаких мужчин. У Матвея… не знаю. Может, и были женщины. Но они точно не перебили его страсть к моему телу. Потому что Матвей хочет меня так же сильно, как раньше. Дарит мне неземное наслаждение и возводит на вершину блаженства.
Мы не останавливаемся на одном разе в душе. Перемещаемся в спальню и продолжаем там. На нашей кровати. Как будто не было трех лет разлуки, сложного развода, взаимных обид и упреков. Матвей не перестает целовать меня ни на секунду. Он очень нежен и ласков.
На часах два ночи, когда мы отрываемся друг от друга. Комната наполнилась запахом наших разгоряченных тел. Мне не хватает кислорода, дышу часто-часто, в горле пересохло. Матвей вытирает пот со лба тыльной стороной ладони, затем нащупывает мою руку и сплетает наши пальцы. Поворачиваюсь на бок и кладу голову ему на грудь. Слушаю быстрое сердцебиение.
- Юля, я люблю тебя, - тихо говорит.
Я сначала замираю на секунду, не веря своим ушам. Потом поднимаю на Матвея голову. Он лежит с закрытыми глазами. Видимо, чувствуя мой взгляд, размыкает веки и тоже на меня смотрит.
- Правда? - интересуюсь чуть дрогнувшим голосом. - Не разлюбил за три года?
- Нет. - Матвей перекладывает меня на подушку и поворачивается ко мне лицом. - Жалею, что после развода решил отпустить тебя и не искать.
Я много думала о том, что было бы с Настей, если бы мы с Матвеем снова не встретились, он не узнал про ребёнка и не распознал вовремя диабет. Настя бы впала в гипергликемическую кому, потому что я сама бы никогда не поняла эти симптомы. А ведь я намеренно скрыла от Матвея дочь и даже после случайной встречи не хотела о ней рассказывать. Я чуть было не убила Настю, и я никогда себе это не прощу.
- А я жалею, что наврала тебе про выкидыш и скрыла ребёнка. Прости меня за это, Матвей. Я на два с лишним года лишила тебя дочки и чуть было не довела ее до смерти, потому что если бы не ты, мы бы не поймали вовремя диабет.
Матвей гладит меня по голове.
- Не кори себя. Откуда тебе было знать симптомы диабета? Ты не врач.
- Но я намеренно от злости, ревности, обиды и ненависти скрыла от тебя Настю. И не хотела говорить о ней даже после нашей встречи. Я так сильно об этом жалею….
На глаза наворачиваются слёзы. Замолкаю, иначе расплачусь.
- Я не держу на тебя зла.
- Ты говорил, что никогда не простишь мне.
- Уже простил.
- Да? - поднимаю на Матвея лицо и гляжу полными слёз глазами.
- Да. Я хочу, чтобы у нас все было хорошо, чтобы мы были семьей. Без старых обид. Судьба дала нам второй шанс. Мы не должны упустить его.
Киваю быстро-быстро. Я согласна с каждым словом Матвея. Я тоже хочу, чтобы мы стали нормальной счастливой семьей и не тянули в настоящее старые обиды. Зачем они нужны? Пусть прошлое останется в прошлом.
Но есть один момент, который я хочу прояснить.
- У меня к тебе вопрос. Не подумай, это не истерика. Просто вопрос. Только ответь честно.
- Да, конечно.
- Что это была за сцена с твоей секретаршей, когда я вошла? Ты стоял без рубашки, она трогала твою грудь. Я верю, что ты мне не изменял. Но что это было?
В груди шевелится червячок ревности. Мне неприятно, что кто-то касался обнаженного тела Матвея. Даже если это была не измена, а что-то другое. Хотя не представляю, что это может быть. Жду от него ответа.
- Я должен извиниться перед тобой за ту ситуацию. Я понимаю, как она выглядела со стороны. Но это правда была не измена. Я не собирался заниматься с Анной сексом. Все получилось ужасно нелепо.
- Так что это было? - поторапливаю Матвея с ответом.
- Типа лечебный массаж.
Фыркаю.
- Это правда был массаж. Вернее, жалкая попытка его сделать. У меня разболелась спина. Я попросил Анну записать меня к моему массажисту, но у него не было свободных мест. Тогда я попросил ее вызвать мне врача или медсестру из какой-нибудь частной клиники, чтобы вкололи обезболивающее. Она звонила-звонила и так и не дозвонилась. Тогда я послал ее за обезболом в аптеку, чтобы вколоть себе самостоятельно. Она ходила по аптекам и не нашла препарат. Короче, я сильно на нее разозлился, она испугалась и предложила свои услуги массажистки. Сказала, что училась на курсах. Я, конечно, сразу засомневался в ее способностях делать лечебный массаж, но у меня так ломило спину, что я уже был согласен на все на свете. Мы с тобой же в тот день договорились пойти в кино, я не хотел расстраивать тебя ещё больше и отменять наше свидание. Короче, она стала делать мне жалкую пародию на массаж спины, потом сказала, что нужно помассировать грудную зону, встала передо мной, и именно в этот момент дверь распахнулась и вошла ты.
После длинного рассказа Матвея на несколько секунд воцаряется гробовая тишина. А потом я не выдерживаю и прыскаю от смеха. Я захожусь заливистым хохотом до боли в животе и никак не могу успокоиться. Матвей испуганно на меня смотрит. Видимо, пытается понять, не истерика ли это.
- Боже, почему это так смешно, - выдавливаю из себя сквозь смех.
Из уголков глаз вытекают слезинки. Я не могу остановиться. Хохочу в голос на всю квартиру, рискуя разбудить Настю. Я просто представила это со стороны. Не Матвея и себя, а неких образных супругов и такую ситуацию, когда неумеха-секретарша пыжится сделать боссу лечебный массаж, чтобы он ее не уволил, а в этот момент заходит жена.
- Юль, может, тебе воды принести? - обеспокоенно спрашивает.
- Матвей, это очень смешно.
Мой смех стал тише, но я ещё не успокоилась. От напряжения сильно болит пресс. Я перекатываюсь на спину и пытаюсь глубоко вдохнуть.
- Юль, ты точно в порядке?
- Не помню, когда я последний раз так смеялась. Я думала, у меня порвётся живот.
- А что тебя рассмешило?
Матвей такой серьёзный, угрюмый. Свёл брови на переносице.
- Эта нелепая ситуация. Представь ее со стороны. Что это произошло не с нами, а с условными Васей и Машей. Ну скажи же, смешно?
Матвей не разделяет моего веселья.
- Вообще-то, мы с тобой из-за этого развелись. Ну не только из-за этого, но в том числе. Так что ничего смешного нет.
  
Я тут же принимаю серьёзный вид, как у Матвея.
- Да, ты прав. Это не смешно. Пообещай мне, что такое больше никогда не повторится, - грожу бывшему мужу пальцем. - Непозволительно подпускать к своему телу постороннего человека, если он не действующий врач с высшим медицинским образованием, а вы находитесь не в стенах медицинского учреждения.