Брачная афера, или Целительница в бегах!

– Четыре года? – нахмурилась я. – Мне казалось, что отработка всего два года. Или господин Форест здесь по собственной воле?
– Сомневаюсь, – хмыкнула Лима, подавая мне вазочку с печеньем. – Я, конечно, точно не знаю, но ходят слухи, что ему не оставили выбора.
– Хм, – снова пробормотала я, кусая печенье и запивая чаем.
Сейчас был тот самый случай, когда лучше помолчать и послушать.
  
– Так вот, этот Тунс – настоящий вор и мошенник. За время его руководства, которое длилось более десяти лет, тридцать третий форт превратился в просто… просто кошмар! Разбежались все специалисты, коренные жители разъехались в соседние форты, жилье обветшало, закрылись почти все лавки и учреждения, – продолжила беззаботно перечислять Лима. А потом, видимо, спохватившись, охнула и нервно захихикала: – Ой, ты не думай, все не так плохо. Теперь-то намного лучше. Да-да. Уверяю тебя. Господин Форест столько всего хорошего делает для всех нас. Ремонт начал, финансирование пытается выбить, специалистов ищет. С Ларсом вот договорился, и он теперь два раза в неделю к нам приезжает. А раньше два раза в месяц. И разрешил списки ему писать. Форт постепенно возрождается.
– Ты же сама сказала, что я первая новенькая за полтора года, – напомнила я.
В стремлении скрыть неловкость Лима захихикала еще громче.
– Ну да… из-за Тунса нам мало кого дают. Зато ты теперь тут. Ты же не собираешься уезжать?
– У меня два года отработки.
– Подумаешь! Вот до тебя была Офелла. Хорошенькая такая, умная девушка. Талантливый артефактор. Родители хотели выдать ее за своего партнера. Их даже не волновало, что тот уже трижды вдовец и в два раза старше. Главное, богатый. Офелла отказалась, и ее сослали сюда. Вся такая хрупкая, нежная и воздушная. Не выдержала. Связалась с родными. Те выплатили штраф, забрали ее с собой и выдали за того человека.
– А ты? Тебе много осталось?
– Пара месяцев, но я думаю остаться на более длительный срок. Все равно дома меня никто не ждет, – отозвалась Лима. – А тут интересная работа, собственное жилье, стабильный заработок. Я ведь довольно посредственный маг. Академий и училищ не заканчивала. Все мои знания – это школьное обучение. Так что идти-то мне некуда. Родители умерли, а жених… я ведь из-за него сюда попала. Влюбилась не в того, – с грустной улыбкой поделилась она. – Он талантливый маг, сильный, успешный, из богатой семьи, а я… так. Его родным не понравились наши отношения, и меня отправили сюда. Первое время мы переписывались, клялись в любви. Он обещал приехать после получения диплома, но не вышло. В последнем письме он просил прощения, сообщал, что встретил другую, и желал мне всего хорошего.
– Мерзавец, – совершенно искренне проговорила я, мысленно отметив, что в последние сутки все сильнее разочаровываюсь в парнях.
– Именно. Ты как? Согрелась?
– Да, спасибо большое, – кивнула я и отставила в сторону пустую кружку.
– Тогда займемся твоим обустройством.
Лима вернулась к столу, села в свое кресло, открыла скрипучий сейф и достала оттуда деньги.
– Твоя первая выплата. Тридцать девять анариев. Их дают на обустройство. Оплата у нас каждый месяц пятнадцатого числа. Так что много не трать.
Лима отсчитала купюры и закрыла сейф. Потом выдвинула ящик стола и достала тяжелую тетрадь. Пролистав до нужной страницы, быстро внесла запись и протянула мне.
– Распишись.
Я послушно подошла ближе и подставила подпись в указанной графе.
А Лима тем временем достала из другого ящика тяжелую коробку с ключами. На каждом висела бирка с номером.
– Это ключи от квартиры. Будем соседями. У тебя двенадцатая квартира, а у меня тринадцатая. Прямо напротив твоей.
Я кивнула.
Это даже хорошо. Будет к кому сходить в гости и задать все интересующие вопросы.
– Не могу отпустить тебя в таком виде, – продолжила Лима. – Ты же замерзнешь. Тут хоть недалеко, но все-таки. У меня где-то должна быть кофта. Осталась еще от прошлой секретарши. Ты не думай, она чистая… вроде.
Она достала из шкафа серую вязаную кофту, бесформенную, с растянутыми рукавами и заштопанными локтями. Но несмотря на внешнее уродство, та оказалась очень теплой и мягкой.
Положив деньги в карман пиджака, я взяла ключи, шагнула к выходу и принялась ждать, когда Лима возьмет теплый жакет и сумочку.
Выключив свет, мы вместе спустились на улицу.
 
ГЛАВА 7
 
Здание, куда мы направились, располагалось совсем недалеко – буквально в сотне метров с правой стороны. Освещенное одиноким тусклым фонарем, оно представляло собой большой двухэтажный дом, который мало чем отличался от других зданий, которые стояли рядом. Разве что выглядел немного шире.
Благодаря Лиме и теплой кофте наша короткая прогулка получилась довольно уютной. Моя сопровождающая болтала без остановки, и я не всегда успевала за полетом ее мысли. Успела уяснить лишь, что здесь живут только одинокие работники, квартирки небольшие, но уютные, а больница находится вниз по улице, и благодаря значку распознать ее будет несложно. Кроме того, я снова получила странный совет по поводу госпожи Уилбон и ее настоек.
«Какая интересная женщина, надо непременно с ней познакомиться».
– Для начала надо сходить к господину Корменусу, – сообщила Лима, когда мы вошли внутрь и попали в просторный коридор.
Он расходился в две стороны, а деревянная лестница впереди вела на второй этаж.
– Хорошо, – не стала я спорить.
Какой смысл, если я вообще ничего здесь не знала, а от усталости и нервного напряжения еще и плохо соображала.
– Он вообще мужчина хороший, просто одинокий очень и от этого немного вредный. Но всегда поможет, – предупредила Лима, уводя меня к лестнице. Как выяснилось, там имелся спуск в подвал.
Интерьер здания тоже не вызывал особого интереса: невзрачные серые стены, которые кое-где потрескались, а штукатурка отвалилась, оголяя кирпичи, скрипучие полы и ступеньки, достаточно скудное освещение, большие окна без штор и тюля, но с чистыми стеклами, хотя кое-где виднелись разводы.
Подвальное помещение оказалось таким же, как и первый этаж, только без окон. К тому же здесь присутствовали высокая влажность и запах сырости. Оставалось надеяться, что мышей здесь не водится. Я ненавидела мышей и боялась. Да, вот такой у меня имелся постыдный страх – безобидные серые грызуны.
– Справа у нас прачечная. – Лима указала на правую дверь, выкрашенную коричневой краской, и повернулась к левой.– А тут вотчина господина Корменуса.
Она трижды постучала в дверь и застыла.
– Кого там принесло на ночь глядя? – донесся из-за двери не слишком любезный мужской голос.
– Господин Корменус, это Лима. Я вам новенькую привела для заселения.
– Что, до утра не подождет? Ладно, заходите. Никакого покоя с вами.
«Как будто к нему тут каждый день по десять-пятнадцать новеньких магов приходит и что-то требует! Я же первая новенькая за полтора года. Где хоть капля уважения?».
Лима быстро распахнула дверь, и мы шагнули в большую… наверное, это можно назвать кладовой. Огромное темное помещение было заставлено стеллажами и шкафами. И распоряжался этим богатством сухонький старичок с длинной белой бородой, лысой макушкой и огромными очками, из-за которых его глаза казались непропорционально большими.
Облаченный темно-синий халат, он сидел за столом в окружении каких-то тетрадок и недовольно взирал на нас.
– Это что ли новенькая?
– Миранда Хоуп, – после затянувшейся паузы представилась я. – Целительница.
– Настоящая или больше по грибам? – задал он следующий вопрос.
  
Я даже немного растерялась.
– Настоящая она, – вмешалась Лима. – С дипломом.
– Ну ладно, посмотрим, – проворчал старик. – Квартира?
Если бы я еще помнила! Что-то между одиннадцатью и пятнадцатью.
– Э-э-э…
– Двенадцатая, – подсказала Лима. – Как раз рядом со мной.
– Замужем?
Я тут же насторожилась, вспомнив Кирана и нашу несостоявшуюся свадьбу. Сейчас создавалось впечатление, будто все это происходило в какой-то другой, прошлой жизни, и не со мной.