(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

— Прости, Мирик, — облизнула губы. — Я просто очень люблю тебя и ревную. Пойдем, — взяла меня за руку, когда расплатился, — у меня есть для тебя сюрприз… — Олег, — мы сели в машину, — пойди, покури, — отправила водителя и сползла на пол. — Когда ты злишься, меня это очень возбуждает…
Я откинулся голову назад и расслабился. Делать хорошо Лика отлично умела. К разговору мы еще вернемся, но если женщина хочет конфетку, то с чего мне душнить и отказываться…
    
Глава 9 
 
Яна 
Мирослав должен заехать через час. Я посмотрела в зеркало, проверила макияж и укладку, сделанные в любимом бутике красоты. Платье еще не надевала: будь мы женаты не только официально, купила бы что-то новое: удивить и порадовать мужа. Но сегодня обошлась одним из, все равно большинство из них надевала не больше одного раза. Все мои вещи уже перевезены и ровно половину я выкинула: квартира большая, но не настолько, чтобы хранить одежду, купленную давно. В доме на Финском (теперь я его так называла) было много места и огромная гардеробная, да не одна, поэтому там положил и забыл. Теперь я за разумное и экологичное потребление.
— Мам, я пижаму для Ромы положила в ванную, не ищи, — крикнула, подготавливая дом по мелочам. Аня давно просила выходной на этот день, поэтому я вызвала маму.
Хотела сына к ней отвезти, но она требовала перемены обстановки. Или просто из дома убежать?
— Твой отец хотел заехать сегодня, — махнула рукой. — Мне его Марина даже названивать начала, мол, я его зазываю, — закатила глаза. — Достали, никакой личной жизни с ними.
— Ой, мама… — обняла ее. Ей перевалило за пятьдесят пять, но она выглядела очень ничего для своего возраста.
Они с отцом развелись тринадцать лет назад, банальная история: у него кризис, который помогла скрасить помощница больше чем на десятку лет моложе. Расходиться с мамой он не собирался, но Марина, как бы моя мачеха, забеременела. Что делать? Я взрослая, мать вроде как вчерашний день, а любовнице нужно рожать. Илоне уже двенадцать: в каком-то смысле благодаря ей мы с Миром познакомились. Ее мать хотела для дочери самого лучшего, и отец, владелец нескольких станций шиномонтажа, отправил младшую в дорогущий частный сад. Оттуда без экзамена принимали в мою школу. Если говорить откровенно, то папа с натяжкой тянул обучение во всех смыслах: публика слишком взыскательная, нужно соответствовать.
Я не завидовала младшей сестре, взрослой уже была, но, конечно, немного задевало, что считалось по умолчанию: мне помощь не нужна, Янка умница, вон медаль золотая, диплом красный, а мужика какого урвала! Но и умницы с красавицами плачут…
Сейчас, видимо, у папы больше общего оказалось с первой женой, чем со второй. Да и за меня он переживал. Хотелось в пику напомнить, что он и сам жену оставил, но я давно это отпустила, тем более мама на жизнь не жаловалась.
А что? Любимая работа, денег на женские нужности хватало, своя квартира. Она ходила по театрам, музеям, кафе, встречалась с подругами и нянчила внука. Романы у нее тоже бывали, но долгих в последнее время не случалось. С одним мужчиной она пять лет прожила, но потом попросила на выход. Сказала, что уже не тот возраст, чтобы привыкать к чужим тараканам, обслуживать кого-то и щи-борщи варить. Она вообще на пп-питание перешла.
— Я на твоем месте не стала бы идти на этот вечер, — фыркнула мама. Она хоть и говорила, что с мужем нужно разводиться, но была обижена на Мирослава. Я не ответила сразу. Не видела смысла демонстрировать обиду и устраивать истерику.
Я много видела разводов в мире богатых и влиятельных, будучи женой Нагорного, и наш очень даже цивилизованный. Никто, абсолютно никто не застрахован от ситуации, когда «долго и счастливо» заканчивалось подписанием документов о расторжении брака. Но важно как вы из этого выйдите: мне хотелось бы думать, что делаю это достойно. Мирослав дал мне очень много: морально, физически, материально тоже, да. Он хороший отец, Рому любит, приезжает, берет к себе. Меня тоже никогда не обижал. Да, он никогда меня не любил так, как мне хотелось бы, но… От этого тоже никто не застрахован.
— Мам, ты ж сама хотела чтобы я развелась, — с улыбкой поддела.
— Хотела! Но я тебя знаю, Яна: если ты не рыдаешь в подушку, не значит, что не страдаешь по этому кобелюке! — именно в этот момент позвонили в дверь. И это «кобелюка».
Я пошла открывать, но перед этим надела бордовый лодочки в тон наряду. Классическое платье с открытыми плечами, декольте и роскошным разрезом, подчеркивающим длину ног.
— Подожди в машине, — шепнула, приоткрыв дверь. — Мама дома, — очень не хотелось тычков и фырчаний при Ромке. Мы с Миром достигли равновесия в вопросах нашего взаимодействия относительно сына и благодаря этому сын тоже принял это как новую норму. Но это хрупкая конструкция: если его начать науськивать… Все полетит в чертям.
— Ян, ты такая красивая… — кажется, Мир меня не слышал, а вот мама.
— Красивая, да не твоя! — включила тещу. Злую тещу.
— Мама моя! — сын вылетел встречать отца, но обнял меня.
— Твоя, конечно, твоя.
— Ну и меня обними, — пробурчал Мир. Высокий, красивый, породистый. Да, именно таким я его увидела в первый раз, но подкупило не это. Сразу видно, что он мужчина при деньгах, но в нем абсолютно не было, да и сейчас нет, высокомерия, надменности, жесткости, присущей сильным мира сего.
— Буду поздно, — предупредила маму и поцеловала сына. За нами закрылась дверь, и я услышала:
— Нужно будет остаться на ночь, Ян. Нас на выходные пригласили.
Я повернулась к нему, принимая его локоть и надменно произнесла:
— Не наглей, Нагорный.
Ехать было минут сорок: я отвернулась к окну, а Мир, наоборот, повернулся ко мне. Машина большая, представительский роллс-ройс, но наши колени все равно иногда соприкасались.
— Все нормально? — услышала негромкое. — Как на работе? Как вообще живешь?
Я повернулась и буквально уткнулась в его шею, настолько близко сидел.
— Хорошо, — пожала плечами. — Привыкла к квартире. Рома тоже.
— Он скучает по своему дому.
— Это пройдет. Времени мало прошло, — ответила уверенно.
Как у самого Мирослава дела спрашивать не стала. Не хотела знать, что он сошелся с бывшей. Можно было предположить, что это не так, но Николь очень уж довольная ходила, когда пересекались в коридорах школы. Правда, когда я с грузчиками приезжала за вещами, присутствия новой женщины в доме не заметила…
Мы приехали в загородный клуб, когда от статусных машин гостей сложно было подъехать. Консьерж просто не успевал отгонять их на стоянку.
Мы приветствовали хозяина вечера, здоровались со знакомыми; Мирослав буквально увязал в партнерах, конкурентах, коллегах. Не думаю, что нам нужно постоянно быть вместе: мы засветились уже, поэтому решила ускользнуть и пройтись спокойно по залу, на людей посмотреть. После развода вряд ли мы будем часто встречаться: потеря не велика, скучать не буду.
— Привет! — меня со спины обняла Ярина, жена Святослава. — Я рада, что вы здесь, — и огляделась. — Друзей у меня тут особо нет.
— Родители здесь? — я тоже осмотрелась.
Ее семья и семья Нагорных ненавидели друг друга, и тем не менее Ярина и Святослав поженились. Очень непростая у них история, но я всегда знала, что Свят любил только одну женщину — свою жену.
— Яна, у меня к тебе деловое предложение. В музыкальную школу нужен грамотный и надежный директор.
Она рассказала мне, какой запрос на человека, проверенного и надежного, чтобы не повторилась ситуация двухгодичной давности. Я вынуждена была отказать.
  
— Слишком много основной работы, но у меня есть на примете кандидатура.
— Если передумаешь, звони. Тебе я доверяю полностью, — мы взяли по бокалу шампанского. — Как мой крестник? Приезжайте теперь к нам в гости.
— Обязательно. Вы тоже ко мне… — не успела договорить, Мирослав подошел. Поздоровался с Яриной, меня обнял.