"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП)

— Подлец! — вырвалось у Элеоноры. Только лупперы солдат сдерживали ее от того, чтобы не вцепиться в горло Керину.
— Вовсе нет. Я просто хочу, чтобы в мире торжествовала справедливость. — Разговаривая с ней, Керин не спускал глаз с Че-Че. — Тебе придется ответить за то унижение, которое я пережил по твоей милости.
— Интересно, почему имперцы тебя не шлепнули? Как ты вообще спасся?
— В одной из эвакуационных капсул, отчалившей от крейсера перед самой его гибелью, нашлось местечко и для меня, а вот как я попал на имперский крейсер и почему меня не убили… Сама догадайся, по чьему приказу была отключена защита «Эльсидоры»?
— Мерзавец.
— Ты опять не права. Все твои оценки продиктованы исключительно эмоциями и оскорбленным самолюбием, а если ты хорошенько подумаешь, то поймешь: мерзавцы и подлецы — это вы с Жаком и Дифором. Рассуди сама: единственный человек, который сохранил мне верность, жив и стоит рядом со мной. А все, кто пошел за тобой, — мертвы или скоро станут таковыми. В том числе и твой друг Виктор. Дэн много рассказывал мне о нем.
«Забавно: Керин принял Че-Че за Виктора. Возможно, это даст выигрышный расклад в будущем», — подумала Элеонора, которая уже привыкла даже в самой критической ситуации надеяться на лучшее будущее.
— Приятно было предаться совместным воспоминаниям, — сказала Элеонора, — но ближе к делу. Сразу ты нас не прикончил, значит, мы тебе нужны живыми. Пойдем уже. Чего резину тянуть?
Солдаты освободили проход. Капитан кивнул и направился к дверям.
— Че-Че, я понимаю, что это имперские солдаты и ты один из них, — произнесла Элеонора по-русски, не меняя интонации. — Но главное, что я знаю, — ты мой друг. Если можешь — убей их всех.
Слава Корнеев как будто только и ждал Элькиного сигнала. С того момента, как в медпункт ворвались вооруженные люди, он стоял неподвижно, опасаясь что-либо предпринять и этим окончательно провалить операцию. Вначале у него даже возникло желание легализоваться и решить дело миром, но сейчас он понял — наживке, на которую он должен поймать гридерского агента, грозит смертельная опасность. Он должен выполнить приказ любой ценой.
Че-Че упруго согнул ноги, сильно оттолкнулся от пола, и его тело, на мгновение распластавшись в воздухе, упало в дальнем углу. Там, где грудой лежало оружие. Один из солдат успел нажать на курок, но времени на прицеливание у него не было. Горячий сгусток энергии пробил стену и еще несколько переборок, опалил Элькино лицо и взорвался где-то в чреве звездолета, не причинив никакого вреда капитану Корнееву. Луппер тяжело вздохнул, заполняя разряженные конденсаторы, а Слава метнулся вдоль разрушенной стены, щелкая предохранителями и регуляторами двух лучеметов, которые ему удалось заполучить. Пробить толстые панцири врагов таким оружием было невозможно, но он мгновенно разработал и успешно применил на практике выигрышную тактику. С левой руки он выстрелил по лицевому щитку на шлеме ближайшего солдата, ослепив его на мгновение и не дав возможности прицелиться, а с правой он попытался поразить швы в местах соединения грудных пластин скафандра. При изумительной точности, с которой стрелял Че-Че, это быстро дало положительный результат: солдат жалобно вскрикнул, разрядил луппер в потолок и упал на пол. Второй действовал осторожнее. Он прикрыл надежно защищенными руками уязвимые места и начал медленно приближаться к капитану, выбирая наиболее удобную позицию для выстрела. На стволе его луппера весело светился зеленый огонек — конденсаторы заряжены до предела.
Керин озабоченно наблюдал за схваткой. У него не было с собой никакого оружия. Он был абсолютно уверен, что с такой охраной ему ничего не грозит. А может быть, он просто еще не научился достаточно уверенно пользоваться левой рукой и не захотел таскать с собой такой бессмысленный груз, как бластер.
Элеонора, не спуская глаз с бывшего капитана «Эльсидоры», взяла с хирургического столика давно присмотренный скальпель. Остро заточенное лезвие даже в руках слабой женщины — страшное оружие. Взяв нож обеими руками и выставив его перед собой, Элька всем своим небольшим весом бросилась на предателя. Сорок пять килограммов упругих мускулов и крепких молодых костей, возведенные в квадрат ярости и ненависти, могут прошибить бетонный забор. Лезвие лязгнуло по пряжке на поясе Керина и глубоко погрузилось в его живот. На Элькины руки пульсирующим потоком хлынула обжигающая кровь, и девушка тут же отпрыгнула назад, брезгливо тряся испачканными пальчиками. Капитан охнул и схватился за живот. В его глазах мелькнул испуг — первое человеческое чувство, которое заметила в этом существе Элеонора, с тех пор как познакомилась с ним. Может быть, и эта лживая инопланетная тварь способна стать немного человеком. Хотя бы перед смертью.
 
Элька отшвырнула скальпель, схватила из хирургического лотка компактный лазерный резак и щелкнула маленьким выключателем. На кончике тонкой ручки засветился короткий сиреневый лучик, способный разрезать любой материл. Размахивая им, как мечом, Элька пошла в повторную атаку. Но закрепить успех ей не удалось. Керин уже успел прийти в себя и был готов защищаться. Сильным ударом плеча он сбил ее с ног и наступил рифленой подошвой ботинка на руку. Элькина ладонь безвольно разжалась и выпустила резак. Нога предателя поднялась и еще раз опустилась, теперь уже на ее горло. Задыхаясь, девушка увидела, как Керин выдернул из своего брюха скальпель, застрявший в тугих волокнах мышц.
Че-Че между тем расправился со вторым имперским солдатом. Но на смену погибшим пришли еще трое. Держа на весу тяжелые трупы своих убитых товарищей и прикрываясь ими, как щитами, они попытались взять Корнеева в клещи. Вовремя разгадав хитрый маневр противника, капитан отступил в угол комнаты и сбил двумя меткими выстрелами пару осветительных рефлекторов с потолка. Они со звоном упали на головы врагов и вызвали в их стройных порядках легкое замешательство. Это дало Че-Че возможность перезарядить оружие, чем он свел к нулю тактическое преимущество имперцев, которого они добились ценой жизни двух погибших воинов. Единственное, что давало им шанс победить Славика, это кончившиеся заряды в его лучеметах. Но теперь у них не было и этого шанса.
Живой мозг Че-Че самоустранился от происходящего и как бы со стороны наблюдал за битвой, перепоручив основную работу дюжине самых быстрых на Земле процессоров, встроенных в тело. Сомнений в победе не было. Операционная система в норме. Работает с высокой точностью. Ни одной ошибки в памяти, ни одного сбоя при передаче данных. Гидроприводы и композитные суставы — без люфтов. Движения выверены до сотых долей градусов и микронов. Когда закончатся последние обоймы для лучеметов, он просто отберет оружие у одного из этих увальней. И никто ему не помешает. Ни один биологический организм по природе своей не может конкурировать в силе и скорости с симбиозом боевого механизма, человеческого мозга и компьютера.
«Что стоят ваши хрупкие кости, обтянутые дряблой плотью, против моих титановых стержней и усиленных приводов. Сколько бы слоев брони вы на себя ни напялили, я всё равно сильнее вас, — думал Че-Че, отправляя на небеса очередного солдата. — Ваши нервные клетки не в силах обработать такой поток информации с такой скоростью, как мои процессоры. Мозг у нас, конечно, почти одинаковый, но у моего нет необходимости вникать во всяческие подробности. Достаточно отдать общий приказ, и компьютеризированное тело исполнит его с абсолютной точностью и максимальной быстротой».
Последние имперцы, увидев бесславную гибель еще одного своего товарища, начали отступать, уже не высовываясь из-за трупов погибших и не давая Че-Че возможности вскрыть их хваленые скафандры. Славику оставалось только упиваться своей непобедимостью и подбадривать неуклюжего противника короткими очередями.
Когда цели, указанные мозгом для уничтожения, покинули поле зрения, позорно бежав из медпункта, Слава отключил автоматику и осмотрелся. Элеоноры видно не было. Капитан Керин стоял в другом конце комнаты с окровавленным скальпелем в руке. «Ранить! — подумал Че-Че. — Нам нужен «язык». Рука послушно согнулась и направила ствол лучемета, палец пять раз нажал на спусковой крючок. Капитан Керин получил ранения в обе коленные чашечки, в низ живота и в левую руку. Пятый заряд, предназначенный для ампутированной руки капитана, шлепнулся о стену, оставив после себя черное пятно обгоревшей краски. Встроенная в память Че-Че программа не предусматривала инвалидов.