Забудь меня (СИ)

— Все-таки с настроением беда?
— Пожалуйста, — указываю рукой на дом за ее спиной. — Иди, пока я не начал тебе грубить.
Она смотрит на меня так, будто собирается спорить, но споры не входят в мои сегодняшние планы — это то, что я даю понять ей своим ответным взглядом, после чего отворачиваюсь, но голос сестры нас обоих заставляет обернуться.
— Антон! — пищит Варя, свесившись из окна. — К тебе там… пришли!
Сестра исчезает, я слышу ее топот где-то в доме и удивленно выгибаю брови без понятия, кому тут мог понадобиться.
  
Глава 33
 
Антон
Чуть пригнув голову, чтобы не поцеловать лбом верхний дверной косяк, выхожу на крыльцо.
До печенок расцветаю, как, твою мать, майская роза, когда вижу Полину. Мысли как-то резко переключаются с чего-то содержательного на полный ноль. Космический эффект. Я вижу свою девушку, и у меня вмиг в башке пусто.
Охуенно, Матвеев!
Голубые глаза проплывают по моей голой груди и животу, опускаются ниже, на мой пах, и отскакивают вверх, к лицу.
Отреагировать на этот жест внимания своим яйцам у меня есть все основания, но вместо этого я свожу брови, глядя на Полину сверху вниз.
— Привет… — она топчется на ступеньке, будто не решаясь пройти дальше.
— Приве-е-т… — тяну, закрывая за собой дверь.
Я не спускаю с нее глаз, немного дезориентированный тем, что она слегка… нет, она сильно растрепанная и одета ультранеформально: в короткие спортивные шорты и лифчик, майку и кеды. Ее грудь собрана эластичной тканью так, что у меня в трусах зудит, но я смотрю в ее лицо, слушая торопливые слова:
— Я… просто проезжала мимо… по трассе… и… решила заехать…
— Ты что, плакала? — спрашиваю с подозрением.
— Я… — она сглатывает. — Я…
Ее ресницы увлажняются прямо у меня на глазах.
Немного в шоке, тяну ее вверх, на крыльцо, подтащив к себе за локоть.
Полина утыкается лбом мне в грудь, руками обнимает талию.
— Что случилось? — прижимаю ее к себе, носом утыкаюсь ей в висок, переставая реагировать на любые звуки и запахи вокруг, кроме тех, что исходят от Полины.
— Ничего… ничего, я просто… кошку сбила… — выпаливает.
— Кошку?
От такой бурной реакции я немного торможу.
Ее трясет самую малость, будто она на адреналине.
— Угу… да… — всхлипывает.
— Неприятно… — бормочу, просовывая руку под ее волосы.
— Да… ужасно…
— Испугалась?
— Угу…
Обняв ее лицо ладонью, поднимаю его вверх. Мокрые ресницы превратились в стрелы, глаза чуть покраснели. Я хмурюсь, обвожу большим пальцем пухлые розовые губы. Полина шмыгает носом, прячет от меня глаза.
— Где ты ее сбила?
— Я… там… уже… не помню…
— Хочешь лимонада?
— Я без приглашения… неудобно. Я лучше поеду… я просто… проезжала мимо…
Смотрю в ее глаза, чертя по нежной коже щеки маленькие круги.
Она без приглашения, это верно. Как и то, что мне лучше отправить ее домой, оплакивать кошку без моего участия, потому что там, у меня за спиной, моя семья, с которой я вообще никогда не собирался Полину знакомить, но все идет не по плану. И уже давно.
Я просто не могу разжать руки. Я даже не пытаюсь их разжимать. Склоняю голову и Полину целую.
Твою мать, как же зря…
Выдохнув, она встает на носки своих кед и отвечает мне, забросив на мою шею руки.
Языком раскрываю податливые губы, ладонями сгребаю округлую красивую попу, прижимая женские бедра к своим. Они у нее вздрагивают, будто она пиздец как хочет их для меня развести, но держится изо всех сил, пока я изо всех сил стараюсь ее не сожрать.
Чувствую, как тяжелеет член, и быстро ставлю Полину обратно на землю.
Она цепляется за шею, тянет мои плечи вниз, за собой, и я, как приклеенный, горблюсь, чтобы сократить разницу в нашем росте.
— Я не хотела тебя отвлекать… я знаю, ты занят…
— Теперь у меня еще и стоит.
— Антон…
— Пошли… — разжимаю руки и толкаю ладонью дверь.
— Нет… — Полина кусает губы. Упирается, когда тяну ее за запястье. — Неудобно… я без приглашения… твоя мама… так не делается…
— Я тебя приглашаю.
 
Она смотрит на дверь, смотрит в мое лицо взволнованно, но так цепко, что я понимаю — она приехала сюда с конкретной целью, то бишь стрясти с меня это самое приглашение, несмотря на все доставленные неудобства.
— Ладно… — заправляет за ухо волосы и снова прячет глаза.
Веду ее через коридор к боковой двери, которой пользуемся, чтобы выходить на внутренний двор.
Варя крутится у стола под старой яблоней, настроив уши как локаторы. Мать мешает салат в миске, бросая на нас взгляд.
— Доброе утро… — Полина прячет свою ладонь в моей.
— Доброе.
Мать улыбается, но я даже не уверен кому: Полине или кучкующимся наверху облакам.
Без разницы.
Ее позицию я знаю, но это и моя дача тоже.
Она чувствует мой посыл даже на расстоянии пяти метров, поэтому ведет плечом и говорит:
— У нас скоро обед. Покушаешь с нами, Полина?
— Да, спасибо…
— Хорошо… — бормочет мама.
— Это ты сделал? — слышу тихий писк.
Проследив за взглядом своей девушки, смотрю на каркас теплицы, отвечая:
— Ага.
Выпустив мою руку, она идет к нему.
Провожаю ее взглядом и трогаюсь следом.
— Интересно… — рассматривает разложенные на траве инструменты.
— Угу. Прям Вселенная Хокинга.
Прыснув от смеха, Полина бросает на меня взгляд.
— Хочу тебе помочь, — объявляет, поднимая с земли шуруповерт.
Складываю на груди руки, с усмешкой прося:
— Положи это.
— А что взять? — кусает губу.
Вздохнув, кошусь на мать, которая делает вид, будто поглощена салатом, но мы оба прекрасно знаем, какая хорошая с ее позиции слышимость.
Мое настроение бесконтрольно ползет вверх.
По самые помидоры накрывает расслабленностью, как, твою мать, кота на солнце.
Мой день резко меняет свои очертания, и я уже не сомневаюсь в том, что запомню его надолго, когда киваю на коробку с инструментами и говорю:
— Вон тот ключ. На восемь.
  
Глава 34
 
Антон
— Оставь здесь, я дальше сама… — мама машет рукой на кухонную мойку, слегка забитую грязной посудой.
Я не спорю, забрасывая туда тарелки.
За моей спиной по полу стучат легкие женские шаги. Отхожу в сторону, чтобы освободить пространство. Трое взрослых людей на этой кухне — уже перебор, особенно если один из них — я.
Полина передает мне поднос со столовыми приборами и стаканами, обращаясь к моей матери:
— Спасибо, было очень вкусно.
— Пожалуйста, — мама методично моет посуду. — Чай будете?
Выгнув вопросительно брови, смотрю на Полину.
— Нет… мне уже пора… спасибо…
На ее голове моя бейсболка, но щеки все равно слегка красные, правда, не от солнца.
Если она захочет оставить кепку себе, я не буду возражать, в конце концов, микроскопический сиреневый треугольник, который моя девушка оставила на умывальнике в предпоследний свой визит, теперь тусуется в моем собственном шкафу среди моих боксеров.
Лучшего места я для него не нашел, по крайней мере, там он будет в целости и сохранности даже через год.
— Приезжай еще, — мама растягивает губы в вежливой улыбке, на которую Полина отвечает застенчивой.
— Я… с… удовольствием… — махнув ресницами, она смотрит на меня. — Я тебя на улице подожду… до свидания…
— До свидания, — отзывается мама.
Полина скрывается в дверном проеме, ведущем на крыльцо. Вслед за ней галопом через коридор проносится моя сестра, которая, без преувеличения, от моей девушки в восторге.
Я тоже от нее в восторге, поэтому угрюмо провожаю глазами оставшийся от нее невидимый след в воздухе еще пару секунд. С полным осознанием, что время сегодня и вообще стало двигаться слишком быстро.
Оно, сука, просто мчится, когда Полина Абрамова где-то рядом…
— Я провожу ее до машины, — говорю, посмотрев на мать.