Палач (СИ)

– Возьми выше, – командовал Айени. – Надо общую картину увидеть.
– Пока кроме гор песка я ничего не вижу.
– Смотри, – он указал пальцем на проекцию, – это дорога. Видишь, она петляет между барханами. Лети над ней. Посмотрим, куда она ведет.
Я взяла курс над дорогой.
– Она хорошо изъезжена, значит, ей постоянно пользуются, – Айени присматривался к следам от колес. – И там грузовые машины ездят. Видишь, какие большие следы от протекторов шин?
Дрон вылетел на какую-то ровную площадку и изображение с камеры ночного видения начало бликовать.
– Там светло! – сделала вывод я и подняла дрон выше. – Это какой-то въезд в ангар, или что?
Площадка с одной стороны была освещена огнями, и эти огни уходили вглубь одного из барханов.
Айени переключил камеру с ночного режима на дневной.
– Лети туда. Посмотрим, что внутри.
Я повела дрон к этому въезду, когда мы с Айени заметили на голограмме двоих мужчин в военной форме и с оружием на бедрах. Они выходили наружу.
– Дрон тихий, – вздохнула я, – может, не заметят?
– Подожди, не залетай внутрь. Повиси здесь, над входом.
Мужчины вышли и остановились. Оба смеялись и оба закурили.
– Жди, – командовал Айени, – посмотрим, что дальше будет.
А дальше со стороны дороги сбоку от нас мы услышали слабый гул двигателя. Айени быстро отключил голопроектор, чтобы свет от него не заметили в темноте. Я продолжала удерживать джойстик, которым управляла дроном, в одном положении.
Мы увидели свет фар. К воротам подъехал длинный грузовой автомобиль. Он остановился, подождал немного и ворота открылись. Грузовик проехал и ворота закрылись. Когда свет его фар скрылся за песчаными насыпями, Айени снова включил голопроектор. Двое мужчин в униформе продолжали разговаривать и курить. Спустя несколько минут к ним подъехал грузовик. Один из мужчин помахал рукой водителю, что, мол, проезжай. Грузовик скрылся в бархане. Мужчины докурили, но со своих мест не ушли.
– Думаешь, у них там какой-то ангар спрятан под насыпью из песка? – спросила я.
– Если туда въехала фура, то ангар очень большой.
И только он это сказал, как мы увидели трех женщин, выбегающих наружу. Молодые девушки в грязных джинсах и кофтах. Охранники бросились им наперерез. Повалили двоих, а третья пустилась бежать дальше, пока спустя метров десять просто не упала. К мужчинам вышли еще двое охранников в такой же военной форме, забрали женщин и повели их внутрь. Один из двоих подошел к неподвижно лежащей девушке, поднял ее на руки и понес назад.
– Скажи, что это не то, о чем я думаю, – сдавленно прошептала я.
– Боюсь, это именно то, о чем мы оба думаем. Видела этих женщин? Одна из них азиатка и две славянской внешности. Скорее всего, здесь у них перевалочный пункт, куда привозят женщин для последующей передачи заказчикам в секс-рабство. Другого объяснения тому, что мы увидели, у меня нет.
– И там сейчас находится райот или палач, который сбил с ног третью женщину.
– Не вздумай прыгать, – предупредил Айени.
– Мы можем попробовать подглядеть из четвертого измерения, – настаивала я.
– И можем попасться. Запись с дрона мы сделали. Возвращай его сюда и поехали отсюда.
***
Мы вернулись в Р. и сразу же поехали к Одьену. Как оказалось, они с Алексис еще не легли спать.
Айени забрал дрон из багажника и вручил его брату.
– Что вы выяснили? – Алексис переминалась с ноги на ногу в коридоре.
– Мы можем у вас переночевать? – Айени взглянул на Одьена.
– Конечно. Выбирай любую из гостевых, – он понес дрон в гостиную.
– Да не молчите же вы! – не выдержала Алексис. – Говорите, что выяснили!
– Моя сестра отмывала деньги черной Жатвы, – произнесла я. – И не только Жатвы…
– Я хочу выпить, – Айени пошел на кухню искать алкоголь.
– Они занимаются секс-рабством, – я подошла к Алексис. – Мы видели трех женщин, которые пытались убежать. Двоих сбили с ног охранники, а третья упала сама. Босые… В джинсах и каких-то тонких кофтах. Одежда на всех одинаковая, как будто им специально купили эту... …униформу…
 
– Черная кофта под горло и синие джинсы свободного кроя с высокой посадкой, – произнесла Алексис и коснулась моей руки. – Босая…
– Все трое… …такие, – ответила я.
– «Неизвестная в первый рабочий день», – Алексис повернула голову к Одьену, застывшему в гостиной. – Так я ее назвала.
– Сбитая парнем-райотом на автомагистрали, – Одьен перевел взгляд на меня. – Бросилась ему под колеса. Она поступила босой? – Одьен обратился к Алексис.
– Да, – она кивнула. – Я подумала, что ее обувь слетела с ног в момент столкновения. Но носков не было… Наспех обулась… Бежала куда-то… Господи, – она прижала ладонь к губам. – Я не подумала о том, что она убегала от кого-то… Я вообще о ней не думала… Хотела спасти, чтобы парню тяжкие телесные повесили, а не убийство…
Я вцепилась Алексис в плечи:
– Архиереи допрашивали тебя? Они установили ее личность?
– Нет, – Одьен подошел к нам и мягко убрал мои руки с плеч Алексис. – Но документы из нашей базы данных запрашивали, – он обнял ее и увел в гостиную.
Усадил в кресло. Принес ей стакан воды и подождал, пока она все выпьет.
– Пора пополнять нашу схему, – Айени вложил мне в руку бокал с вином и подвел к стулу. – Мэйю, ты слышишь меня?
Я поставила бокал на стол и присела.
– Среди них есть палачи, райоты, хранители и послушники, – произнесла я. – Они объединены родственными связями, живут в этом округе, прекрасно друг друга знают и годами убивают, продают и покупают людей. Для того, чтобы организовать такую сеть мало иметь одни только деньги. Нужны связи, контакты, информация. Кто на момент Восстания владел информацией о не оглашенных палачах в округе? Кто не был настолько высокопоставленным чиновником, чтобы не попасть в списки казненных? Кому за сотрудничество могли сохранить жизнь? Кто был вхож в семьи послушников, воспитывающих палачей, хранителей, райотов? Кто мог привести мою сестру в эту сеть? Заставить ее сотрудничать с ними?
– Наставник, – произнесла Алексис, глядя на меня. – Где твой наставник, Мэйю? Он жив?
– Не знаю, – я пожала плечами. – Я думала, что он мертв, потому что после Восстания ничего о нем не слышала. Но он может быть жив. И мою сестру он хорошо знал.
– Имя? – Алексис смотрела на меня.
– Альфред. Фамилии я никогда не знала. Да и имя, думаю, ненастоящее. Возможно, ваши родители знают, кто он такой? – я взглянула на Айени и Одьена.
– Утром у них спросим, – кивнул Айени.
– Есть как минимум четыре семьи, отмывающих деньги с Жатвы и всех остальных делишек Рейтер-моторс, – продолжала говорить я. – Слоу – держат сеть сервисных станций. Гайндер – похоронное бюро. Бижуа – бар в Р. И Оски – служба благоустройства в С. Начнем с Оски. Ирман Оски – приемный сын в семье послушников. Сам райот. Настоящая фамилия Купер. Отец – Лэнси Купер, тот самый Купер, который предложил Ригардам выкупить Дженни и Дерека, взял деньги и сдал Дженни черной Жатве. Лэнси Купер был знаком с Дэвидом Бижуа. Дэвид Бижуа сотрудничал с черной Жатвой. Мэрил Бижуа – его дочь-послушница. Выкупила бар в Р. и отмывает деньги. В настоящее время встречается с Ирманом Оски. Оски и Бижуа связали, – я выпила несколько глотков вина. – Дальше Гайндер и Слоу. Что вы о них знаете?
– Слоу – потомственные райоты, – ответил Айени. – Держат сеть сервисных станций и, как оказалось, отмывают деньги Рейтер-моторс. Их сынок, Ротари Слоу, встречается с послушницей Нори Гайндер, родители которой держат сеть филиалов похоронного бюро. Нори работает в нашей больнице в оперблоке помощницей медсестры. Родители отмывают деньги Рейтер-моторс. Если Бижуа и Оски изначально были связаны с сетью черной Жатвы, то каким образом Слоу и Гайндер туда попали, неизвестно.
 
– Если в их семьях были беглые палачи или райоты, их могли начать шантажировать, – предположила я. – Или они тоже всегда были связаны с этим бизнесом.