Проводник душ (СИ)

– Меня туда вряд ли возьмут, – хмыкнул я, провожая взглядом двух обвешанных броней охранников. – На месте разберусь.
– Мне батя сказал в долину не соваться. К стражникам двину.
– А что, в долине так страшно?
– Да вроде нет, – парень чуть смутился, отчего его улыбка стала немного виноватой. – Просто оттуда не возвращаются.
– Но что-то ведь о ней известно? Расскажи, а то я почти ничего не знаю.
– Ну, там встречается... всякое. Мертвые иногда поднимаются. Духи летают, вампиры.
– Вампиры?
– Ну, так другие люди говорят. Может и не вампиры.
Наш разговор оборвал пронзительный вопль охотничьего рога. Сидевший впереди возница крикнул что-то ободряющее и громко щелкнул кнутом. Путешествие началось.
– Посплю немного, – сообщил Волах, распаковывая принесенный тюфяк. – Буди, если что.
Я проследил за его действиями, достал свою собственную подстилку и минут пять возился с ней, пытаясь добиться максимального комфорта. А потом, кое-как справившись с этой задачей, накрылся плащом и уставился в неприветливое серое небо.
Почему-то вспомнился храм, проведенные в обществе Минели ночи, разговоры с дотошным Альвеном и простодушным Найтаром. За последние несколько дней у меня было не так уж много свободного времени, чтобы думать о товарищах, но они по-прежнему находились где-то в этом мире. Возможно, совсем рядом. Или наоборот, черт знает где.
Куда бы направилась Минели, окажись она в Арсане? Скорее всего, как раз на юг – туда, где кипела жизнь и выясняли отношения местные царьки. А вот стоило ли мне поступить таким же образом? Или осторожная адаптация все-таки лучше кавалерийского врыва в гущу событий? И можно ли назвать вояж к месту гибели одного из старых богов осторожным?
В конце концов я решил не забивать себе голову лишними мыслями, прикрыл глаза и задремал, вернувшись к реальности только перед завтраком. Уже проснувшийся и успевший заскучать Волах тотчас же активизировался, начав снабжать мой сонный мозг совершенно ненужной информацией:
– Скоро еду развезут, но останавливаться пока не будем. Если по нужде захочешь, то придется в кусты бегать, а затем догонять. Воды можно у погонщика спросить, там целая кадка.
– Хорошо.
– Я тут узнавал – охранники говорят, что мы везем зерно и сушеное мясо. Еще пиво, но его мало совсем.
– Хорошо.
– Если хочешь, можно бочонок прямо в дороге купить. Цена нормальная.
– Не, я пас. Денег мало.
– У меня тоже, – с грустью признался собеседник. – Может, один кувшинчик?
– Не, я точно не буду...
Растянувшаяся на пять суток дорога вылилась в настоящее испытание для моих нервов – жизнерадостный сосед непрерывно генерировал потоки слов, щедро делился городскими сплетнями, время от времени предлагал какие-нибудь авантюры, а избавиться от его общества не было никакой возможности. Разумеется, благодаря компании Волаха я стал чуть лучше разбираться в окружающей действительности и узнал много полезных мелочей, но плата за это оказалась слишком большой.
– Может, нам одну комнату на двоих снять? – предложил мой попутчик, когда до цели остался день пути, а рядом с пустынным и неприветливым трактом начали возникать первые признаки близкой цивилизации. – Выйдет дешевле.
– Там видно будет. – уклонился я от прямого ответа. – Не знаю еще, куда подамся.
– Комната в любом случае нужна.
– Это если в городе ночевать. А если где-нибудь в поле, то можно и так обойтись.
Собеседник многозначительно кивнул, о чем-то задумался, а потом, видимо оценив мою платежеспособность как удручающе низкую, сделал новое предложение:
– Если хочешь, могу за первую неделю сам заплатить. Отдашь потом, как с работой определишься.
– Спасибо, но я не хочу в долгу быть. Лучше пока не торопиться.
– Батя говорил, что человека лучше всего видно, когда ему предлагаешь помощь, – неожиданно заявил Волах. – Если он отказывается от твоих денег, то он честный и гордый. Таких нужно ценить.
– Я не такой. Просто не знаю, что будет дальше.
– Все равно.
– Давай о чем-нибудь еще поговорим?
– Ладно. Ты когда-нибудь в борделе был?
 
– Э... нет, не был.
– Я вот тоже. Говорят, туда только самых красивых девушек берут. Таких, что прям вообще.
– Это вряд ли...
Окрестности Алса-Хамры напоминали растянутый в пространстве базар – стоило только нам вплотную приблизиться к городу, как возле дороги стали появляться лотки с всевозможным ширпотребом. Спустя какое-то время их сменили более солидные лавочки, а на некотором удалении от тракта принялись один за другим возникать постоялые дворы, загоны для скота и другие хозяйственные постройки. Все эти объекты местной инфраструктуры соединялись между собой узенькими проселками, по которым сновали отдельные пешеходы и целые вереницы повозок, на свободных клочках земли маячили собирающие поздний урожай люди, а еще дальше, на склонах обросших кустарником холмов, виднелось стадо коров – толстых, черных и рогатых.
– Оживленно здесь.
– Большой город, – кивнул малость притихший Волах, с интересом рассматривая спрятавшуюся в жиденькой рощице хижину. – Раз в пять больше Арсана. Поэтому все сюда и едут.
– Вижу...
Рядом со стеной наблюдалась уже знакомая мне картина – скопление разномастных домишек делало пригород похожим на бразильские фавелы или какие-нибудь другие трущобы, а валявшийся под ногами мусор делал сходство всеобъемлющим. Порядка здесь было заметно меньше, чем в Арсане, суеты – больше, но общее впечатление оказалось весьма схожим.
Не дойдя до ворот метров сто, караван свернул с дороги, после чего втянулся на территорию огороженной высоким забором стоянки.
– Эй, пассажиры, – донесся до нас голос возницы. – Приехали. Валите отсюда.
Задерживаться дольше положенного действительно не имело никакого смысла. Мы с Волахом забрали свои вещи, присоединились к жиденькой толпе таких же путешественников и вместе с ними отправились в город. Процедура получения допуска оказалась стандартной, новая печать встала рядом с остатками предыдущих, так что уже через десять минут стена оказалась у нас за спиной.
Вокруг стало гораздо спокойнее.
– Здесь лучше, – заметил Волах, мертвой хваткой сжимая в ладони потертый кошелек. – Боялся, что деньги своруют.
– Да у нас и брать-то нечего.
– Все равно. Куда пойдем?
– Не знаю. Ты куда собирался?
– В казармы, со стражей договориться.
– А я просто погуляю. Гляну, что тут вообще есть.
– Тоже верно. Куда пойдем?
Мысленно проклиная не собирающегося расставаться со мной попутчика, я тихо вздохнул, свернул на ближайшую улицу и зашагал вперед, рассматривая возвышавшиеся рядом здания. С точки зрения архитектуры Алса-Хамра являлась почти точной копией Арсана, однако здесь наблюдалась та же небрежность, что и в пригородах – дома выглядели старыми и обшарпанными, грязи было слишком много, а жители казались нервными и озабоченными.
– Город-базар, – хмыкнул я, ловя на себе внимательный взгляд какого-то лысого мужика. – Слушай, а отсюда много дорог ведет?
– Еще два тракта, – тут же ответил державшийся рядом Волах. – Торгуют в этих краях знатно.
– Ясно... эй, уважаемый, мы знакомы?
Лысый не удостоил меня ответом, лишь сплюнул на мостовую и отвернулся. Впрочем, мой спутник все равно заметно разнервничался:
– Он за нами следит?
– Вряд ли.
– А если следит? Что делать будем?
– Успокойся, человеку просто любопытно.
– А вдруг он нас ограбить собирается?
– Слушай, может тебе действительно к страже наведаться? Там точно не ограбят.
Парень надулся и замолчал, но никуда не ушел. Мы не спеша добрались до совмещенной с рынком центральной площади, с интересом посмотрели на творящийся там бардак, затем снова нырнули в хитросплетение узеньких переулков и совершенно неожиданно для самих себя оказались в респектабельной части города. Мостовая приобрела невиданную доселе чистоту, промежутки между домами увеличились, сами дома стали гораздо фотогеничнее, а количество прохожих резко снизилось. Зато появились стражники, рассматривавшие нас с откровенной настороженностью. И если мой вид не вызвал у местных блюстителей порядка особых вопросов, то потрепанная одежда Волаха стала поводом для профилактической беседы.