Некромант Империи. Том 4 (СИ)

— Да ладно, не волнуйся так, — она подмигнула. — Я буду хорошей девочкой. Насколько это возможно для той, кто я есть.
— Вот и договорились, — кивнул я, стараясь не выдать, насколько меня раздражает её поведение.
Мы вернулись к остальным. Катя бросила в нашу сторону цепкий, оценивающий взгляд. Её брови слегка сдвинулись — признак того, что она заметила наш тет-а-тет и он ей не понравился. Впрочем, задавать вопросы сейчас было некогда — атмосфера вокруг начала меняться.
  
Первым признаком приближающегося открытия портала стало странное давление на барабанные перепонки. Затем задрожала земля — едва ощутимая вибрация, которая постепенно усиливалась, заставляя мелкие камешки подпрыгивать на месте.
— Три минуты до активации! — возбуждённо крикнул Костя, не отрываясь от мониторов. — Всем приготовиться!
Воздух начал… искажаться. Нет другого слова, чтобы описать это явление. Словно кто-то взял реальность и начал медленно выкручивать её, как мокрое полотенце. Цвета поплыли, предметы потеряли чёткость очертаний.
— Одна минута! — озвучил Костя то, что видел на экране.
В центре карьера пространство начало закручиваться воронкой. Сначала это выглядело как тепловое марево над раскалённым асфальтом, затем приобрело более конкретную форму. Воздух уплотнялся, сгущался, формируя спиральные узоры.
Первая трещина в ткани реальности возникла с пронзительным звуком. Она разрасталась, ветвилась. За ней последовала вторая, третья, десятая… Трещины множились, соединялись.
— Десять секунд! — голос Кости теперь звучал как через испорченный динамик.
— Девять!
— Восемь!
— Семь!
Трещины внезапно замерли, перестав расползаться. Воцарилась неестественная тишина.
— Три!
— Два!
— Один!
Трещины одновременно раскрылись. В центре образовалось окно — овальное, с рваными краями, через которое виднелся совершенно иной мир.
— Святые небеса… — выдохнула Ирина.
— Впечатляет, правда? — Катя подошла ближе, проверяя снаряжение. — Помните инструкции. Держимся вместе. Никакой самодеятельности. Следим за временем. Портал будет стабилен примерно три часа, после чего начнёт схлопываться. Нам нужно вернуться до этого момента.
Мы выстроились перед порталом. Я оказался между Ириной и Ольгой. Катя вскинула руку, готовясь дать сигнал:
— На счёт три. Раз… два… три!
Мы синхронно шагнули вперёд. Переход через портал был… странным. Не болезненным, но крайне дезориентирующим.
В последний момент перед переходом Ирина внезапно схватила меня за руку. Её пальцы сжали мои с неожиданной силой, почти до боли. Я ощутил, как дрожь пробежала по её телу.
Выйдя на другую сторону, когда мерцающая пелена портала осталась позади, я повернулся к ней с ироничной усмешкой:
— Надо же, я думал, ты посмелее будешь…
Ирина мгновенно отпустила мою руку. Её щёки слегка покраснели — редкое зрелище для обычно невозмутимой красотки. Она тряхнула головой, отбрасывая назад растрепавшиеся при переходе чёрные пряди.
— Просто инстинкт самосохранения, — парировала она, быстро возвращая самообладание. — В случае чего, всегда лучше держаться за того, от кого больше проблем — тогда точно выживешь. Прикроешься как щитом.
Я хмыкнул, оценив колкость.
В следующую секунду раздался оглушительный хлопок. Воздух содрогнулся, пространство словно сжалось, а затем резко расправилось, создав ударную волну, которая отбросила нас на несколько шагов.
Когда мы обернулись то обнаружили, что портал исчез. Испарился. Растворился в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое мерцание.
Ефим осторожно приблизился к месту, где только что был портал. Его рука медленно прошла сквозь пустоту, не встречая никакого сопротивления.
— Странно, — задумчиво произнёс он, хмуря брови. — Обычно они так не делают. Порталы либо закрываются по истечении отведённого времени, либо только после того, как все вошедшие покинут измерение. Но никак не…
— Видимо, он откроется после того, как мы убьём здесь самого мощного уродца, — предположила Катя.
Я медленно огляделся, отряхиваясь от странной полупрозрачной пыли, напоминающей измельчённое стекло. Только сейчас я смог по-настоящему оценить, куда мы попали.
Вокруг нас раскинулся город. Вернее, его останки — безмолвное свидетельство давно ушедшей цивилизации. Разрушенные пятиэтажки выстроились вдоль того, что когда-то было улицей, теперь превратившейся в занесённый снегом пустырь. Выбитые окна. Обвалившиеся балконы. Покосившиеся фонарные столбы. Остовы сгоревших автомобилей, наполовину погребённые под снежными наносами.
Всё вокруг было монохромным — различные оттенки серого и белого, будто кто-то высосал все краски из этого места. Даже небо над головой напоминало огромный свинцовый купол, без единого проблеска солнца.
Зима. В междумирье была зима, а не тёплая осень, которую мы оставили позади. Но странное дело — холода никто не чувствовал. Воздух казался… нейтральным. Ни тёплым, ни холодным.
— Костя! — позвал я.
Он мгновенно понял, что я имею в виду.
— Понял! — отозвался он, и его тело начало трансформироваться.
Это всегда выглядело жутковато, даже для меня. Кожа бледнела, приобретая мертвенно-белый оттенок. Мышцы вздувались, разрывая одежду. Челюсти удлинялись, позволяя клыкам свободно расти. Когти прорезались сквозь кончики пальцев с влажным хрустом. Через пару секунд перед нами стоял уже не Костя.
Ефим наблюдал за трансформацией с выражением, близким к религиозному экстазу.
— Изумительно, — выдохнул он, сканируя Костю. — Он действительно живой. Я чувствую, что это живой человек. Не нежить… как такое возможно?
Я пожал плечами:
— Говорил же, вышло из-под контроля. Вот и… — я сделал неопределённый жест рукой.
Моё объяснение было шито белыми нитками, но Ефим был слишком увлечён, чтобы заметить неувязки.
Пора было вызвать ещё одного участника нашей авантюры. Я сосредоточился на печати, чувствуя, как она отзывается на мой призыв. Воздух сгустился, завихрился, формируя силуэт, и вот — Домин материализовался между нами.
К моему удивлению, он уже вернул свою форму — не жалкого, толстого беса, а настоящего демона.
Он огляделся, явно не впечатлённый окружающим пейзажем:
— Вы куда меня притащили? — в его голосе сквозило искреннее возмущение. — Опять в какую-то дыру?
— Без разговоров иди на разведку, — я не был настроен на пререкания. — Осмотри ближайшие кварталы, но не лезь в бой. Твоя задача — найти тварей которых можно загнать да подороже.
Демон недовольно фыркнул, выпустив из ноздрей небольшие клубы дыма:
— Всегда одно и то же. «Домин, сделай то», «Домин, сделай это»… А кто-нибудь спрашивал, чего хочет Домин? Нет!
Но, несмотря на ворчание, он расправил крылья и взмыл в воздух, скрывшись за ближайшим зданием.
Мы медленно двинулись по улице, сохраняя боевое построение. Катя и Ирина шли впереди, внимательно осматривая каждый потенциальный источник опасности. Ефим и Костя составляли центр группы, а мы с Ольгой замыкали шествие.
Город вокруг нас хранил мёртвое молчание. Ни звука, кроме хруста снега под ногами. Ни движения, кроме редких вихрей позёмки.
Минут через десять впереди показалась тёмная точка — Домин возвращался, и судя по скорости его полёта, с не самыми хорошими новостями. Он спикировал прямо к нам, жёстко приземлившись на снег и оставив в нём глубокие борозды от когтистых лап.
— Там, за поворотом, — выпалил он, тяжело дыша, — какие-то твари… Рассмотреть толком не успел.
Демон развернулся, указывая когтистым пальцем на перекрёсток впереди.
— В меня полетели шипы…
  
Глава 3
 
— В меня полетели шипы… — Домин с жёстким хлопком сложил крылья, приземляясь в наш круг.
Я моментально проанализировал ситуацию. Шипы в междумирье — это не просто угроза, а целая классификация потенциально прибыльных и чрезвычайно опасных существ. Энциклопедия редких созданий, хранившаяся в моей памяти тут же, подкинула с десяток вариантов, от чего губы невольно растянулись в предвкушающей улыбке.