Говорящая с лесом. Дилогия (СИ)

Очнулась я в незнакомой комнате на огромной кровати, где легко поместилось бы пятеро. Мир вокруг расплывался и никак не желал укладываться в четкую картину. В воздухе ощущался запах каких-то лекарственных трав, от которого запястье начало чесаться немилосердно. Только возвращения этого непонятного зуда для полного счастья не хватало! — иронично подумала я. Но хоть сразу понятно, что меня не разорвал кто-нибудь из кровожадных оборотней, присутствовавших на разбирательстве. И что я не в тюрьме. Наверное, пока была в обмороке, перенесли куда-то, и это отсрочило мой приговор.
  
Постепенно зрение вернулось к норме и, кроме того, вместо оглушающей тишины, нарушаемой лишь биением собственного пульса в ушах, в сознание ворвались и звуки. Я поняла, что в комнате нахожусь не одна. Неподалеку торчали гатан, отец и какая-то черноволосая женщина в довольно смелом темно-красном платье. То, что я очнулась, они пока не заметили, о чем-то оживленно переговариваясь.
Убедившись в этом, я стала напряженно разглядывать женщину, как единственную, кто был мне незнаком из присутствующих. Высокая, статная, довольно привлекательная, хотя и не слишком молодая. Впрочем, возраст выдавал, скорее, взгляд, чем наличие морщин или прочих признаков увядания. Женщине нельзя было дать внешне больше тридцати. Энергетика от нее исходила просто бешеная, как и сексуальность, сквозящая в каждом движении. И было вполне очевидно, что эти самые сексуальные флюиды она источает непреднамеренно. Никакой наигранности или фальши. И это наверняка еще больше подкупало мужчин. Я заметила, что даже мой отец поглядывает на нее далеко не так холодно, как обычно. Во взгляде же гатана горело искреннее тепло, что почему-то вызвало во мне странную досаду.
— Что скажешь с профессиональной точки зрения? — спросил гатан, наблюдая за тем, как женщина колдует над сумкой с какими-то снадобьями.
— Тебя интересует ее физическое состояние? — усмехнулась женщина. — В таком случае могу заверить, что девушка вполне здорова. Налицо сильное нервное потрясение, не более. Я дам успокоительных капель, которые ей следует попринимать пару недель.
Достав нужный флакончик, она протянула его даруниту. Тот поблагодарил и спросил:
— А душевное? Ты ведь просканировала ее магически? — то, что отец обращается к ней без всяких церемоний и на «ты» тоже показалось подозрительным. Но представить его в роли героя-любовника, наставляющего рога самому гатану, я не смогла. Может, они просто давно знакомы?
Брюнетка насмешливо изогнула брови.
— Что тебя на самом деле беспокоит, Томиан? Я ведь чувствую, что ты что-то недоговариваешь.
— Моя дочь слишком сильно изменилась, — поколебавшись, сказал он. — Не могу объяснить толком. На уровне ощущений. Сам не могу понять, что именно меня беспокоит.
— У тебя всегда было хорошее чутье, мой дорогой, — она улыбнулась ему так чувственно, что я поморщилась. Вот же стерва! Одновременно строит глазки гатану и моему отцу. Снова вернулись нехорошие подозрения. — В ней и правда чувствуется какая-то двойственность. Словно в теле идет внутренняя борьба. Но как это объяснить, не могу сказать. Никогда такого раньше не видела.
Она метнула быстрый взгляд в мою сторону, и я поспешно закрыла глаза. Услышала быстрые легкие шаги по направлению к кровати, а потом ощутила, как надо мной кто-то склонился. С трудом подавила дрожь, когда прохладные пальцы коснулись моего запястья и развернули к себе.
— А вот это уже интересно, — пробормотала женщина. — Раньше я этого не заметила.
— Что там? — мужчины тоже приблизились, и отец не преминул поинтересоваться, что значили слова женщины.
— Ты этого не видишь? — полувопросительно-полуутвердительно спросила она. — Так я и думала. Это может все объяснять. И ее вспыльчивость, и смену настроения, и странности в поведении. Даже потерю памяти. Хотя в последнем не уверена. Но для организма подобные изменения — слишком сильное потрясение, так что побочные эффекты могут быть самые непредсказуемые.
— Я ничего не вижу, — озадаченно сказал отец. — Что там?
— Знак магического дара. Притом можно уже сейчас сказать, какой он направленности. Но вот это-то и странно. Я принимала роды у твоей жены, Томиан, и не видела у девочки родимого пятна. Иначе бы это сейчас не стало ни для кого сюрпризом. В первый месяц жизни магический знак виден всем.
— А может ли дар открыться уже в более позднем возрасте? — с недоумением спросил дарунит.
— Никогда о таком не слышала. Но это не значит, что так не бывает. Может, подобные случаи настолько редки, что об этом не посчитали нужным написать в магических книгах, — проговорила женщина. — В любом случае, я тебя поздравляю, Томиан. Цена твоей девочки на рынке невест значительно возросла, — хмыкнула она.
Я едва подавила желание поморщиться от досады. Вот только этого не хватало!
— А теперь вам лучше выйти и оставить меня наедине с пациенткой. Я позову, когда она придет в себя.
Никто возражать не стал, и вскоре послышались шаги по направлению к двери. Не успел раздаться стук, возвещающий о том, что мужчины покинули комнату, как женщина иронично сказала:
— Можешь открыть глаза. Они ушли.
Черт! Она что все это время знала, что я не сплю?! Чувствуя себя полной дурой, я разомкнула веки. На меня уставились насмешливые карие глаза женщины.
— Кто вы? — довольно грубо спросила я. Непрошибаемая самоуверенность брюнетки раздражала.
— Меня зовут Ардалия Слатр.
Могла бы и сама догадаться! Даже не знаю, что почувствовала по этому поводу. Еще недавно сама желала познакомиться с ней, разузнать о том, что волновало. Но эта женщина вызывала двойственные чувства. С одной стороны, без сомнения, интерес, как неординарная натура. С другой — не особо приятно, когда кто-то видит тебя насквозь. А именно такое ощущение возникало от общения с Ардалией. К тому же, как и всякую женщину, меня раздражали такие, как она. Те, от кого мужчины прямо с ума сходят. В том, что так и есть, нетрудно понять по реакции Томиана и гатана. А еще сильно смущало то, что она знает обо мне то, что для меня самой остается загадкой. Подавив раздражение, я задала новый вопрос:
— Вы расскажете, что означает пятно на моем запястье?
— А ты расскажешь, кто ты на самом деле? — последовал насмешливый ответ, заставивший на несколько секунд лишиться дара речи.
— О чем вы? — с трудом подавив панику, спросила я.
— Ты знаешь, — женщина улыбнулась и подмигнула. — Не беспокойся, твоя тайна останется известна только нам двоим. Да и я не хочу расстраивать Томиана известием о том, что его дочери больше нет на свете.
Как же сильно ошибалась Арна, говоря об этой женщине так пренебрежительно! Она без сомнения обладала поразительным даром, заглядывая в самую сущность вещей.
— Откуда вы знаете? — хрипло спросила я.
— Я знала настоящую Илину. Пусть и совсем крохой, — пояснила Ардалия, усаживаясь рядом. — Может, ты удивишься, но каждая душа отличается от другой. Не могу тебе объяснить детальнее, но я вижу колебания энергии, если настрою зрение особым образом. Цветовые сполохи, вибрации, исходящие от людей. В этом теле еще есть отголоски прежней души, но постепенно твоя их гасит. Думаю, когда твой дар, наконец, полностью проявится, ты окончательно завладеешь этим телом. И от малышки Илины не останется больше ничего, — она вздохнула с легким сожалением. — Мне жаль девочку, но насколько понимаю, у нее не было ни шанса?
— Она умирала, когда меня перенесло в ее тело, — наконец, решила я признаться, понимая, что, по сути, в моем признании нет нужды. Ардалия обо всем догадалась и так. — Вы ведь солгали о том, что подобного раньше не случалось?
  
— Ты догадалась верно.
— Почему не сказали им правду?
— На то есть несколько причин, — она чуть прищурилась. — Может, когда узнаю тебя получше, и скажу о них. Пока же тебе достаточно знать, что я не враг. Если хочешь, могу помочь побыстрее освоиться здесь.
— Очень хочу! — вырвалось у меня.