Говорящая с лесом. Дилогия (СИ)

Происходящее пугало все сильнее, поскольку я совершенно не понимала, как объяснить все эти странности. Да еще вдруг почувствовала себя полностью опустошенной, как будто из меня весь воздух выпустили. По-видимому, поиск дался мне не так уж легко. Ноги начали подкашиваться. Наверное, я бы упала, если бы капитан Мерн вовремя не отреагировал и не подхватил.
— С вами все в порядке? — озабоченно спросил, бережно усаживая на землю.
  
— Да, просто устала, — едва слышно сказала, испытывая жгучее желание уткнуться лицом в сильное мужское плечо и нарыдаться всласть. Плечо капитана казалось вполне подходящим для этих целей. С трудом удержалась от такого порыва и сказала: — Похороните ее, как подобает.
— Прямо здесь, госпожа? — уточнил капитан, и я кивнула.
Отчего-то чувствовала, что это место самое подходящее. И сила, словно очистившая страшное место, и дальше будет защищать могилу от осквернения. Не знаю, откуда взялась странная уверенность, но я была убеждена в этом.
Мужчины молча достали из наплечных сумок взятые с собой ручные лопаты и начали копать. Уже через полчаса под раскидистым деревом виднелся небольшой холмик с начерченным на нем знаком Даруна.
— Пусть светлый Дарун примет ее в своем небесном жилище! — сказал первым капитан ритуальные слова, и мы по очереди повторили их за ним.
На обратном пути капитану Мерну пришлось нести меня на руках — ноги совершенно отказывались двигаться. Бессильно положив голову на его плечо, я безразличным взглядом смотрела вокруг, чувствуя опустошенность. Так, словно исчерпала весь запас душевных сил. И только аромат леса, продолжающий щекотать ноздри, еще удерживал на грани сознания и капля за каплей вливал крупицы жизни.
Старалась не замечать любопытных взглядов спутников, у которых явно накопилось немало вопросов за время нашего пути. Вероятно, у них возникли вполне понятные сомнения. Каким образом я безошибочно находила путь в незнакомом лесу, ни разу не сбившись с дороги, и сумела отыскать тело девушки? Хотела бы я сама знать ответ на этот вопрос! И еще на много других, тоже не дающих покоя. И еще все сильнее тревожил то появляющийся, то исчезающий на запястье знак, который никто, кроме меня, не видел.
  
Глава 9
 
К дому моего отца мы подъехали еще днем. Было около трех часов и солнце палило достаточно ощутимо, так что всем не терпелось поскорее достигнуть цели. Пока ехали, я уже успела немного прийти в себя, хотя слабость все еще давала о себе знать, даже несмотря на то, что я почти все время спала. Арна разбудила, уже когда вдали показались башенки отцовского особняка. Хорошо хоть это не был настоящий средневековый замок! Сомневаюсь, что комфортно бы себя чувствовала в промозглых каменных стенах. Но выглядел домина не менее внушительно. Огромный, расположенный рядом с небольшим озерцом. Вверху четыре башенки, с которых наверняка хорошо просматривалась местность. Вокруг территории простиралась каменная стена, и если бы дом не стоял на возвышенности, вряд ли за ней что-либо удалось бы рассмотреть.
— Значит, отец живет не в самом Лодаре? — произнесла, с интересом разглядывая место, в котором предстояло жить.
— Нет, он предпочитает уединение, — откликнулся пресветлый Гринд. — Но отсюда до городской окраины всего час пути верхом. А до загородного дома гатана и вовсе минут двадцать. Кстати, великий сирн* (примечание: «великий сирн» — официальное обращение к гатану) довольно часто приезжает к вашему отцу, и они подолгу беседуют вечерами.
Я невольно вздрогнула и поморщилась. Как-то меня саму столь близкое общение с власть имущими не привлекало. Буду надеяться, что удастся избегать этих самых бесед, прикрываясь девичьей скромностью. Не сомневаюсь, что этот самый гатан такой же, как и те сволочи-оборотни, с которыми имела несчастье познакомиться. Ведь не зря говорят: «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты». Эти самые молодчики, насколько поняла, как раз таки и составляли его ближайший круг общения. Вслух я, разумеется, ничего не сказала, но настроение стало стремиться к нулевой отметке.
Оглядывая стену, заметила на ее верху, на равном расстоянии, торчащие черные фигуры стражей. Похоже, отец серьезно подходит к вопросам безопасности, и подобраться незамеченным к дому не представляется возможным.
Пока дарунит разливался соловьем, взгромоздившись на излюбленного конька и восхваляя моего батюшку, мы подъехали к центральным воротам — эдакой внушительной громадине, которую вряд ли и таран возьмет. Ворота открылись без проволочек, стоило стражникам, наблюдавшим сверху, узнать капитана Мерна и его сопровождающих.
Сердце невольно забилось сильнее — все-таки я волновалась перед встречей с человеком, которого придется называть отцом. Да и возникали вполне понятные опасения по поводу того, что отцовское сердце подскажет правду, и меня вытолкают взашей, если не хуже.
Так, надо срочно хвататься за те крохи, что возникали в мозгу из воспоминаний Илины про ее общение с главным дарунитом. Важна каждая мелочь. Как она с ним держалась, как обращалась к нему, как смотрела. Сомневаюсь, конечно, что удастся сыграть достаточно убедительно — я ведь не актриса. Но в конце концов, у меня есть замечательная отговорка на случай возможных неловких моментов — потеря памяти. Буду надеяться, что прокатит.
От ворот вела широкая мощеная дорога по направлению к дому, окруженная зелеными насаждениями. Вокруг самого особняка имелся довольно обширный сад, чему я обрадовалась. Будет где прогуляться, когда не захочу никого видеть. Да и если научусь все-таки нормально ездить верхом, то можно будет выезжать и за ворота. Лес находится совсем рядом — всего в получасе езды отсюда. А меня прямо-таки тянуло туда, словно магнитом. Погулять среди крон вековых деревьев, вдыхая безумно приятный и ни с чем несравнимый запах, ощущать каждой клеточкой ту странную, полную скрытой мощи, атмосферу, что чувствовалась там. Одернув себя, я сосредоточилась на реальности.
Наш отряд остановился неподалеку от ряда ступеней, ведущих ко входу в дом, и дверца кареты распахнулась. Капитан Мерн, почтительно склонившись передо мной, помог выйти, подав мне руку. Я искренне улыбнулась ему — за время пути успела проникнуться к этому парню симпатией. Наверное, именно таким хотела бы видеть будущего мужа — серьезным, сдержанным, благородным. И благородство по титулу к этому не имело никакого отношения. Да в капитане это качество чувствуется сильнее, чем в тех пятерых сирнах, которых повстречала. Конечно, никакой сердечной склонности я к капитану не испытывала, просто уважение и симпатию, как к хорошему человеку. Но всегда считала, что это гораздо важнее в браке, чем пылкая любовь и безумные страсти.
Да и вряд ли я вообще способна на такие сильные чувства. Даже когда думала, что влюблена в Кольку, позже поняла, что это были по большому счету подростковые гормоны и эйфория из-за того, что на меня хоть кто-то обратил внимание. Так что я вполне успешно забыла того лживого гада и вспоминала без всякой ненависти. Скорее, с горечью, направленной в первую очередь на себя. Как могла оказаться такой дурой, что повелась на его ухаживания.
Пока я так размышляла, из кареты неуклюже вылез пресветлый Гринд, а потом Арна, которой капитан, кстати, тоже подал руку. Я заметила, что девушка слегка зарделась при этом и украдкой взглянула на мужчину с явным интересом, пусть и пыталась это скрыть. Я невольно усмехнулась. Если Арна выберет капитана Мерна, то точно не прогадает. А я буду только рада ее счастью. Правда, что-то мне подсказывает, что раскрутить скромнягу-капитана на ухаживания будет не так-то просто. Это с воинами он общался непринужденно и пользовался их авторитетом. Когда же дело касалось женщин, сразу тушевался, в чем я не раз имела возможность убедиться. Даже девицы на постоялых дворах, оказывавшие ему недвусмысленные знаки внимания, заставляли его слегка краснеть. Я ни разу не видела, чтобы он кого-то из них ущипнул за ягодицу или попытался полапать, как делали остальные. В общем, если Арна захочет завоевать капитана, ей самой придется делать первый шаг. И не один. Хотя, думаю, что особых проблем по этому поводу у нее не возникнет. Девушка достаточно смелая и бойкая.