21 день

Что-то определенно лежит на дороге….
Снова снижаю скорость. На этот раз экстренного торможения не понадобилось, потому что я и так ехала тише некуда. Останавливаюсь метрах в пяти от препятствия и выключаю радио. Фары моей машины резко прорезают темноту, которая вне конусов света выглядит плотной и зловещей. Молнии уже не так часто сверкают, соответственно и гром поутих.
  
Вытягиваю шею и прищуриваюсь. Когда понимаю, что там, одновременно испытываю облегчение и разочарование. Поперек дороги валяется огромная коряга. Ну, оно и неудивительно в бурю. Ничего опасного, а я-то чуть в панику не ударилась.
Даю машине немного прокатиться вперед, чтобы фары полностью осветили упавший сук толщиной где-то с мою руку. Кора блестит от дождя. И лежит эта хрень конечно же так, что мой мелкий «фиат» не сможет объехать препятствие, а оттащить — сук слишком большой и наверняка тяжелый. Сегодня мне что-то не везет, и разумнее всего развернуться и ехать к Джози.
В какой бы час я к ней ни заявилась, она всегда готова сварить кофе, завернуть в толстое одеяло и усадить у камина. Но до дома всего ничего! Если поднатужиться и убрать корягу с дороги, вмиг домчу.
Роюсь в сумочке в поисках мобильного телефона и вздыхаю с облегчением, когда вижу, что, несмотря на бурю и лес вокруг, у меня хороший сигнал.
Спонтанно звоню Джози, используя кнопку быстрого набора.
— Привет, родная! — отвечает она после второго гудка. — Ты уже дома? Я звонила тебе совсем недавно.
— Нет пока. Тут дурацкий кусок дерева перегородил мне дорогу.
— Погоди-ка, ты все еще едешь?
— На работе засиделась допоздна, — застенчиво объясняю я.
— Лу… — Голос Джози звучит раздраженно. — Этим штормовым предупреждением нам все уши прожужжали, как ты не услышала?
— Решила, что прорвусь, — оправдываюсь я. — Да и проблемы особой нет.
— Ты, значит, работаешь сверхурочно, а остальные норовят улизнуть еще до того, как работа началась? — ворчит Джози. — Ну и что собираешься делать?
— Попробую оттащить эту хренотень на обочину.
Джози скептически хмыкает:
— Лучше вернись в город. Побудешь у меня. Камин уже заждался.
Я невольно улыбаюсь, но внутренний голос укоряет: за то время, что ты с ней говоришь, можно было трижды убрать корягу с дороги.
На мгновение мне снова мерещится фигура в тени деревьев. Да ну, что за бред. Никто не знал, что именно сегодня я буду работать допоздна. Да и кому надо преследовать меня здесь, в лесу.
Зачем ему выбирать ее?
— Ладно, подруга, я выхожу, — говорю в телефон, отстегиваю ремень и распахиваю дверцу.
Тут же шквал дождя бьет мне в лицо, и я натягиваю капюшон на голову, чтобы защитить от воды прижатый к уху телефон. Оставить его в машине выше моих сил — голос Джози так успокаивает. В свете фар иду к препятствию. Вижу свою длинную тень на асфальте.
— Какая же ты смелая, — говорит Джози со спокойствием, резко контрастирующим с бушующей вокруг меня непогодой.
— Да ерунда, раз-раз и управлюсь, — беспечно бросаю я, не задумываясь: она меня хвалит или подначивает?
Оглядываюсь по сторонам — бесполезное действие, все равно ничего не видно в темноте. Пинаю корягу на пробу — вопреки грозному виду сдвигается вообще без труда, прямо как миленькая. Зажав телефон меж плечом и ухом, что не очень-то удобно, оттаскиваю эту дрянь в сторону. Дорога снова свободна. И из-за этого я хотела гнать назад в город? Выпрямив спину, щурюсь в ярких лучах фар.
— Все в порядке? — осведомляется Джози.
— Ага, в полном, — рапортую я, возвращаясь к машине.
— Отправь мне сообщение, когда приедешь, — просит Джози, и я, разумеется, обещаю.
Мы прощаемся, я открываю дверцу, сажусь, вжимаюсь в мягкую обивку и смотрю на дорогу. И… у меня появляется странное чувство. Поспешно врубаю лампочку под потолком и гляжу на заднее сиденье во все глаза.
Никого. Как и следовало ожидать.
Потом до меня доходит, насколько я заметна снаружи, и снова выключаю свет. Чувствую, что крыша едет, и меня еще сильнее тянет домой. Не знаю почему, но я никак не могу отделаться от ощущения, что кто-то тихо преследует меня всю эту гребаную поездку.
Блокирую все двери в машине, пристегиваюсь, поворачиваю ключ в замке зажигания. Равномерный гул двигателя успокаивает мои расшатанные нервы.
Еще несколько километров — и я дома. Дождь, кажется, стихает, и я уменьшаю скорость «дворников». Вдруг чувствую незнакомый запах в машине. Пряный и немного терпкий, с оттенком табака… Не накручивай, говорю себе, наверняка это лесной запах, усиленный дождем. Не о чем беспокоиться.
Странный запах в воздухе. И не только запах.
Испытываю почти навязчивую потребность убедиться, что все в порядке, что я одна в машине. Не отрывая глаз от дороги, протягиваю руку назад…
…и касаюсь кончиками пальцев чего-то мягкого.
Волосы.
Сердце на мгновение останавливается, я почти чувствую, как чьи-то холодные пальцы хватают меня за запястье… и вспоминаю, что накануне купила пушистый коврик для ванной. Там, на заднем сиденье, он и лежит до сих пор.
Совершенно измученная, делаю глубокий вдох, потом выдох.
Если я не попаду домой в ближайшее время, совсем с катушек слечу.
Со вздохом включаю музыку — намного тише, чем раньше, но достаточно громко, чтобы подпевать. Мне это помогает не сходить с ума.
Через три песни лес наконец отступает. У меня закружилась голова от облегчения — только теперь я поняла, в каком была напряжении. В следующий раз, когда будет гроза, останусь с Джози и ее мужем или, если нужно, пересижу в офисе. И то и другое не столь обременительно, как эта ужасная поездка, которую я только что пережила.
Со вздохом облегчения сворачиваю на подъездную дорожку. В такие дни всегда думается, что жить одной не так весело, как с мужем или хотя бы с парнем. Было бы кому излить душу, посмеяться на пару над собой.
В унылых раздумьях паркую «фиат» в гараже и отворяю заднюю дверцу — надо все-таки вытащить коврик, а то опять забуду про него. Краем глаза улавливаю какой-то слабый отблеск.
Озорно поблескивающее. Зазубренное. С острыми краями.
Откладываю коврик в сторону и наклоняюсь вперед. Меня охватывает ледяной холод, который никак не связан с прохладной осенней погодой.
За водительским сиденьем лежит осколок зеркала. При тусклом свете внутреннего освещения заметить его трудно, но он не настолько крошечный, чтобы я не увидела его, когда забирала с заднего сиденья сумку. Я почти уверена, что этого осколка не было в машине, когда я выходила из офиса.
От осознания того, что это значит, меня тошнит.
Кто-то был в моей машине.
Борясь с паникой, закрываю глаза и сосредотачиваюсь на своем дыхании.
Черная фигура на опушке леса…
Огромная коряга на дороге…
Кто-то действительно следит за мной, чтобы… вот так разыграть?
Отступаю на несколько шагов и беру ручную лопату, которую держу в гараже вместе с другими садовыми инструментами. И сразу чувствую себя лучше. Готовая в любой момент стукнуть, внимательно осматриваю салон автомобиля. Но там ничего нет, кроме осколка зеркала; тот сверкает в тусклом свете гаражного фонаря, словно издеваясь надо мной.
Хватаю с полки старую тряпку, заворачиваю в нее осколок и запихиваю в сумочку.
Наконец выхожу из гаража, в одной руке — сумка с продуктами и коврик, в другой — лопата. Несколько метров через двор тянутся вечно. В любую секунду я ожидаю, что кто-то бросится на меня.
Но ничего не происходит.
  
В доме я запираю дверь на два замка и позволяю себе момент облегчения. Я у себя в логове. В безопасности.
Обхожу все комнаты, осматриваю подвальные помещения и чердак, предварительно устроив иллюминацию. Ну что же, по крайней мере, прямой угрозы нет.
Думаю про осколок. Каким ветром и откуда его принесло на сиденье? Кто его туда положил?