Красный бархат (СИ)

Мужчина быстро закрывает дверь, подхватывает меня под ягодицы и относит в спальню, не дав мне и шанса возразить или хотя бы спросить что он здесь делает. Я вздрагиваю, когда его пальцы с невероятной нежностью скользят по влажной коже.
Он упирается коленом между моих ног, осторожно распутывает неаккуратный пучок, позволяя моим волосам рассыпаться по подушке позади. Пропускает пряди между пальцев, наклоняется и делит со мной дыхание, отбросив один край полотенца в сторону, плавно очерчивая ладонью изгибы моего тела.
В следующий миг я обвиваю руками его шею, поглаживаю плечи и зарываюсь пальчиками в волосы, потому что на мои губы обрушиваются его. Он уверен в каждом своём движении и уже через несколько секунд я оказываюсь абсолютно обнажённой перед ним.
Руслан наоборот, на контрасте с моей наготой, не спешит стягивать с себя футболку, придавливая меня к постели, перехватив руки, когда я пытаюсь стащить мешающую мне наслаждаться жаром его тела раздражающую ткань.
Прижимает осторожно мои ладони над головой, оплетает запястья пальцами одной руки, второй распаляя меня сильнее. Гладит, сжимает, дразнит одними кончиками пальцев, проникая в мой рот, сплетая наши языки в головокружительном танце чувственной страсти.
Каждое нервное окончание обостряется с такой силой, что любое прикосновение отдаёт в позвоночник, заставляя меня прогибаться под его руками и бесстыдно расставлять ноги.
Он немного приподнимается, ловит мой расфокусированный взгляд, обхватывает шею ладонью и немного сдавливает. Мучает соски, чередуя едва ощутимые касания и жёсткие прокручивания пальцев, улыбаясь уголком губ, когда я пытаюсь потереться о его уже возбуждённый член ноющей от отсутствия ласк промежностью.
Ладонь Руслана скользит по чуть впалому животу, опускается ниже, туда, где уже невероятно влажно, когда мужчина ещё даже не касался меня между ног.
Мужчина поглаживает влажные складочки, надавливает подушечками на клитор и глотает в поцелуях мои неконтролируемо срывающиеся с губ стоны, пока я пытаюсь расправиться с ремнем на его джинсах.
Я закрываю глаза, когда яркие фейерверки от тягучих ощущений мажут картинку перед ними. Блаженно жмурюсь и обхватываю твердый горячий член пальцами, поглаживая длину в таком же неспешном дразнящем темпе.
Его дыхание возле моего уха, когда он осторожно толкается внутрь. Сразу глубоко, до слегка болезненной наполненности, заставляя меня поджимать пальцы на ногах от каждого нового движения.
Возбуждение нарастает, толчки становятся более резкими, когда Руслан перемещает одну ладонь на мою грудь, ударяя языком по зажатому между пальцев соску. Я не могу ни о чем думать — только его член внутри и волны наслаждения по телу от умелых ласк.
Поцелуи-укусы в шею сводят с ума сильнее. Всё настолько ярко, что мои ладони хаотично шарят по широкой мужской спине и всё, на что меня хватает — стоны глубокого удовольствия в ответ.
Руслан разворачивает меня спиной к себе, прогибает и прижимается к ягодицам возбуждённым скользким от моей смазки членом, пачкая кожу и опускаясь между раздвинутых ног, раздвигая складочки головкой, обхватывая мою шею пальцами.
Не сильно сдавливает руку и вынуждает меня коснуться постели щекой, удерживая за бедро и жёстко погружаясь внутрь пульсирующего лона.
Урчу довольной от ласки своего хозяина кошкой, когда к плечу, лопатке и ушку прижимаются горячие губы. Новые стремительные волны мурашек бегут по телу, я трусь ягодицами о его пах при каждом распирающем проникновении, царапая от блаженного удовольствия постель.
Сжимаю простынь побелевшими пальцами, отчаянно толкаюсь бёдрами навстречу учащающимся рывкам, желая почувствовать ещё глубже, острее, и насыщеннее это нескончаемое, захлестывающее разум удовольствие.
Руслан заставляет меня гореть под уверенными движениями: он чередует порцию резких до сладкой боли толчков с тягучими медленными проникновениями, когда он почти выскальзывает из моего тела и усмехается всяких раз, когда я вскидываю бёдра, не желая ощущать пустоту внутри моей влажности.
 
Тяжёлое мужское тело накрывает меня, стоит мне сорваться на очередное «пожалуйста». Руслан прижимается грудью к моей спине, уводит руку под мой живот, скользнув к ноющему клитору, в пару движений доводя меня до состояния финального безумия, когда я на несколько секунд погружаюсь в яркие волны самого чистейшего дикого удовольствия.
Меня вновь разворачивают, Руслан сплетает пальцы с моими и тянет мою ладонь к ещё твёрдому стволу. Я послушно обхватываю плоть рукой, растираю смазку по стволу от головки до основания, чувствуя под подушечками подступающую пульсацию.
Мужчина заканчивает мне на живот, я растираю вязкие капли по коже, подношу пальцы к губам и пачкаю нижнюю, под тяжёлым чёрным взглядом Руслана собирая языком его вкус.
— Сам себе, блять, завидую, — вибрирует мне на ухо и обжигает ягодицу несдержанным сильным шлепком, тут же сжимая в миг покрасневшую кожу.
К чёрту разговоры, я снова хочу его.
За окном светает, когда мы оба, совершенно обессиленные, проваливаемся в непродолжительный сон после ещё нескольких попыток насытиться друг другом этой ночью.
  
Глава пятидесятая. Кира
 
Почему меня пытаются разбудить, если я закрыла глаза минуту назад? Ничего не выйдет, я не высуну нос из-под одеяла даже за миллион долларов. Ну, возможно, если мне покажут эту сумму — я подумаю.
Руслан — я вспомнила, что засыпала именно с ним — подключает тяжелую артиллерию. Он ловит мою ногу, которой я безуспешно до этого пыталась отбиваться, и начинает щекотать ступню.
— Открывай глаза, птичка. Мне пора идти, — вспоминаю, что мне сегодня придётся ехать к Глебу на дачу, а мой мужчина об этом ещё не знает. Отличный будильник.
Резко подрываюсь, натягивая кусочек одеяла на своё тело, чтобы прикрыть грудь. Одеваться после многочисленных оргазмов я была не в состоянии.
— Подожди, Руслан, — подхожу вплотную и тянусь губами к его. Вовремя вспоминаю об утреннем дыхании и меняю траекторию, уткнувшись носом в шею.
Это, пожалуй, самый большой обман романтических мелодрам. Героиня просыпается утром с идеально уложенными волосами, естественным макияжем и без отпечатка подушки на щеке. Влюблённые сразу лезут с поцелуями друг к другу, но ни один сценарист не учитывает микробы, которые всю ночь копились во рту. Я за реализм.
— Хочешь накормить меня завтраком? — улыбается и притягивает меня к себе ближе, уложив ладони на талии. Справедливости ради, я почти ничего не чувствую из-за толстого слоя ткани и наполнителя. — У меня слишком мало времени. Ещё домой нужно успеть.
— Помни, что я только недавно проснулась и на меня нельзя рычать.
— Мне уже это не нравится.
— Я сегодня должна буду поехать к Глебу за город, — замечаю, как мужчина в одну секунду становится напряженным и даже злым. — Тихо, дай мне закончить, — прижимаю палец к его губам, потому что Руслан уже готов отчитывать меня. — Я буду не одна. Он устраивает посиделки со своими друзьями, я беру с собой Ангелину — подруга моя. Мы уедем с ней вечером, я собираюсь попросить, чтобы она далеко от меня не отходила весь день.
— Ты серьёзно думаешь, что я тебя отпущу?
— Я тебе что, шарик воздушный? Мы ведь уже всё обсудили. Ты представляешь вообще какой это шанс? — хмурюсь и отступаю на шаг.
— Птичка… — качаю головой. — Кира, послушай, он псих. Какая разница, будут вокруг люди или нет? Понимаешь, как я себя буду чувствовать?
— Буду писать тебе. Каждые полчаса, если захочешь. Это, возможно, последний раз, когда мне нужно будет терпеть его рядом. Только представь, если у меня получится — он получит за всё.
— Уверена? В данный момент я хочу запереть тебя в каком-нибудь подвале, но ты приняла решение — я не собираюсь ставить тебе ультиматумы, — мы перемещаемся в коридор, я продолжаю кутаться в тяжелое одеяло. — Каждые полчаса, птичка.