Волкодав (СИ)

— Полиция Детройта! Откройте дверь!
Тишина. Потом шаги. Дверь приоткрылась на цепочке.
В щели показалось лицо — женщина средних лет, с тёмными волосами и настороженным взглядом.
— Мастерская закрыта. Приходите завтра.
— Полиция, мэм. — Макгрегор показал значок. — У нас ордер на обыск. Откройте дверь, или мы её выбьем.
Женщина побледнела. Попыталась захлопнуть дверь, но Макгрегор уже вставил ногу в щель.
  
— Джонс!
Молодой патрульный ударил плечом. Цепочка лопнула, дверь распахнулась. Женщина отлетела в сторону.
Полицейские ворвались внутрь.
— Всем оставаться на местах! Полиция!
Мы вошли следом — Кокс первый, я за ним, Пейн замыкающий.
Прихожая — просторная, с высоким потолком и люстрой. Лестница наверх, двери в комнаты по бокам. Пахло духами, пудрой и чем-то ещё, чем-то неприятным, что я не сразу опознал.
Страх. Здесь пахло страхом.
Из комнаты слева выскочил мужчина, здоровый, в жилетке, с бычьей шеей. В руке у него был нож.
Макгрегор выстрелил, быстро, не целясь особо. Пуля попала в плечо, мужчина завертелся, выронил нож, упал на колени с воем.
— Лежать! На пол!
Молодой патрульный навалился на него, заламывая руки за спину.
Сверху раздались крики. Топот ног. Женские визги.
— Джонс, держи этого! — Макгрегор рванул к лестнице. — За мной!
Он побежал наверх. Мы следом.
Второй этаж, длинный коридор, несколько дверей. Одна из них распахнулась, и оттуда вывалился человек с револьвером.
Он выстрелил в Макгрегора! Мимо, пуля ушла в стену. Сержант отпрыгнул в сторону, прижался к стене.
И тут открылась другая дверь, прямо рядом с Пейном.
Бандит, молодой, со шрамом на щеке, вылетел в коридор. В руке пистолет. Дуло смотрело Пейну в лицо.
Всё произошло за долю секунды.
Чарли не думал. Не целился. Просто нажал на спуск.
Грохот дробовика в замкнутом пространстве был оглушительным.
Бандита отбросило назад. Он врезался в стену, сполз на пол. Грудь превратилась в месиво.
Пейн стоял, держа дымящийся дробовик. Лицо белое как мел. Руки тряслись.
Но он не замер. Передёрнул цевьё, клац-клац, и повёл стволом дальше по коридору.
Ещё одна дверь распахнулась. Я развернулся, Маузер наготове, но там оказался не бандит.
Девушка. Молодая, худая, в рваной рубашке. Глаза огромные от ужаса.
— Не стреляйте! — закричала она по-польски. — Пожалуйста, не стреляйте!
Я опустил оружие.
— Полиция, — сказал я. — Вы в безопасности. Подумав добавил тоже самое по русски. По идее она должна его знать.
Она поняла, прижалась к стене, закрыла лицо руками, заплакала.
Кокс уже шёл дальше по коридору, проверяя двери. Макгрегор надевал наручники на раненого бандита.
Следующая дверь была заперта. Макгрегор пнул её ногой, раз, другой, замок вылетел.
Внутри было темно. Пахло потом, немытыми телами и отчаянием.
Сержант нащупал выключатель, щёлкнул.
И мы увидели.
Комната без окон — бывшая кладовая, наверное. На полу — матрасы, грязные, замызганные. На матрасах — женщины. Пять или шесть. Молодые, худые, с потухшими глазами. Одеты в какое-то тряпьё.
Они смотрели на нас со смесью страха и надежды.
— Господи Иисусе, — выдохнул Макгрегор.
— Полиция, — сказал Кокс громко и чётко. — Вы свободны. Всё кончено.
Одна из них — совсем молоденькая, лет семнадцать — заплакала.
* * *
Следующие пятнадцать минут прошли в контролируемом хаосе.
Полицейские с чёрного хода вошли без проблем, там сопротивления не было. Нашли ещё двоих бандитов, оба сдались сразу. И ещё одну комнату с женщинами, четверо, в таком же состоянии.
Макгрегор командовал своими людьми чётко и профессионально. Раненых бандитов перевязали, надели наручники. Женщин вывели в гостиную, дали воды, одеяла.
Кокс нашёл в кабинете на первом этаже папки с документами. Имена, адреса, суммы. Бухгалтерия ада.
Я стоял у окна, наблюдая за улицей. Соседи уже выглядывали из домов — выстрелы в респектабельном Гросс-Пойнте не каждый день услышишь.
Пейн сидел на ступеньках лестницы. Дробовик лежал рядом. Руки уже не тряслись, но лицо было серым.
Я подошёл, сел рядом.
— Первый раз?
Он кивнул. Не глядя на меня.
— Я его… — Голос сорвался. — Я его убил.
— Он бы убил тебя. Ты был быстрее. Это всё, что имеет значение.
Пейн посмотрел на свои руки.
— Я даже не думал. Просто… нажал.
— Это и есть правильная реакция. Думать будешь потом. Когда никто не будет хотеть тебя продырявить.
Он кивнул, хотел что-то сказать, но снаружи раздались крики.
Я вскочил, бросился к окну.
Во дворе какая-то суматоха. Один из полицейских лежал на земле, держась за ногу. Второй стрелял куда-то в сторону переулка.
И я увидел, какой-то высокий хрен в дорогом костюме с пистолетом в руке бежал к заведенному Dodge Brothers. А не Винсент ли Террано это? Похож на ориентировку!
Он прыгнул в машину. Хлопнули двери и взревел мотор.
Додж рванул с места, разбрасывая гравий.
— Они уходят! — заорал полицейский.
Я буквально вылетел из дома, подбежал к Паккарду, сел за руль и заорал.
— Кокс, Пейн! Быстро, в машину!
Кокс выскочил из дома, за ним Чарли. Они запрыгнули в Паккард. Я повернул ключ зажигания, двенадцать цилиндров взревели. Газ в пол, погнали!
Паккард прыгнул вперёд, как пришпоренный конь.
Полицейские Форды тоже тронулись, но я видел, что они отстают. Двадцать лошадиных сил против моих семидесяти пяти. Это не гонка, избиение
Додж нёсся по улице, распугивая прохожих, я за ним. Тачка у меня мощнее, но в городе это особо смысла не имело. Форды да. эти слабосильные отстали. Мы же примерно в одинаковой ситуации.
Первый перекрёсток. Додж пролетел на красный свет, снеся телегу с молоком и только чудом не убив лошадь и возницу. Бутылки разлетелись по сторонам и наверное это было в какой-то степени красиво и кинематографично. Эффекутный кадр.
Вот только он хорош когда ты в уютном кресле смотришь кино, а не когда твоя машина несется следом за этими ублюдками.
Второй перекрёсток. Додж вылетел на встречную, обогнал грузовик, вернулся на свою полосу.
В зеркале заднего вида я видел полицейские Форды, они отставали всё больше. На третьем перекрёстке их уже не было видно.
Пейзажи за окном быстро менялись. И вот Додж уже вылетел на Лейк Шор Драйв — прямую дорогу с минимумом перекрёстков, которая тянулась вдоль озера Сент-Клер и по которой можно было вырваться прочь из Детройта.
Дорога широкая и почти пустая. Отличный шанс как раз для моего Паккарда, который, как ни крути, мощнее Доджа этих уродов.
Стрелка спидометра ползла вправо. Вот уже сорок миль в час. Пятьдесят. Додж впереди приближался. Лошадок у него меньше, так что мы его догоним.
И тут из заднего окна Доджа высунулась рука с оружием.
— Пригнись! — заорал я.
Выстрел. Стекло рядом с моей головой треснуло — пуля прошла в дюйме от виска.
Ещё выстрел. На этот раз — в капот. Паккард вздрогнул.
Я посмотрел на приборы. Температура двигателя ползла вверх. Из-под капота начал подниматься пар.
Радиатор.Эти сволочи пробили радиатор.
— Чёрт! — Кокс тоже увидел. — Долго не протянем!
Ещё пара минут — и двигатель заклинит. Они уйдут.
Нет.
— Кокс, держи руль!
— Что⁈
— Держи руль!
Я отпустил руль. Кокс схватился за него, матерясь.
Обернулся к Пейну. Тот сидел на заднем сиденье, бледный как полотно, вцепившись в дробовик.
— Держи меня.
— К-как держать? — выдавил он.
— Нежно!
Я схватил Маузер с прикладом, опустил боковое стекло. Ветер ударил в лицо, скорость как ни крути большая. Высунулся из окна по пояс.
Пейн вцепился в мои ноги.
  
Маузер к плечу. Приклад в плечо. Прицел на заднее колесо Доджа.
Машину трясло. Ветер бил в глаза, неудобно-то как!
Выстрел!
Мимо.