Призраки прошлого

– Брось, Лиль. Ложись у меня. Зачем будить ребёнка?
И снова он был прав.
– Я лягу на диване, а утром ты нам блинчиков сделаешь, – продолжал уговаривать Миша.
Предложение его было разумным, но я не любила оставаться на ночь в гостях. Что-то было интимное каждый раз во взгляде и улыбке моего друга по утрам. И я действительно начинала себя чувствовать приемной матерью Саши и Димы. Мне не хотелось давать Маркиным надежду.
  
Миша нравился мне, но исключительно по-человечески. Я была благодарна ему за помощь. Он единственный, кто не отвернулся от меня, а потом и помог.
Скажем прямо, я была обязана ему всем. Могла строчить шторы в каком-нибудь простеньком магазине за три копейки, а не создавать шедевральные свадебные платья в центре Москвы.
Но платить за это натурой я не хотела.
От ночевки меня спасла дочь.
Алиса вошла на кухню, растирая глаз кулаком. На ней была пижама с лисичками, которую подарили Маркины. Дочка прижимала к себе котодельфина и отчаянно щурилась.
– Мам, ты приехала. Как хорошо. Я заснула. Извини.
– Все хорошо, пупс. – Я поцеловала дочку в макушку. – Хочешь поехать домой?
Я знала, что она хотела, и пользовалась этим. Алиса, как и я, не любила оставаться в гостях с ночёвкой.
– Да, хочу. Можно?
– Конечно.
Миша обреченно вздохнул, но уговаривать нас не стал. Он прекрасно знал, что Алиска еще упрямее меня.
– Я принесу твои вещи, – поговорил он и скрылся в темноте коридора.
Спустя несколько минут мы уже ехали домой.
Я думала, мне станет легче, когда я заберу Алису и доберусь до дома. Но нет. Разговор с Мишей с одной стороны меня немного успокоил. Я перестала бояться, что Лена или Матвей выскочат на меня из-за угла и сразу же все расскажут Алисе. Но с другой стороны, Маркин засунул мне в голову противную, надоедливую мысль: что если мне самой пора рассказать Матвею?
Алиска отрубилась, едва мы вошли домой. А я никак не могла уснуть. Все эти годы Матвей жил свою жизнь отдельно от нас. Со своей женой. Возможно, они тоже родили ребенка.
Лена рассказывала, что она хотела детей, а Матвей – нет. Мне он говорил, что собирается разводиться, поэтому не хочет даже спать с женой.
"Я хочу ребёнка от любимой женщины. Когда мы оба будем готовы", – вспомнила я его лживые намеки.
Ох, сколько лжи. Одно сплошное враньё.
Матвей не развелся. Он взял и уволился, едва про нас узнали на кафедре.
"Так будет лучше для тебя, Цветочек", – сказал он мне. – "Ты лучшая на курсе и должна доучиться".
Я не заметила, что плачу, пока подушка не стала мокрой. Заблокированные воспоминания вырвались на свободу и терзали меня до утра.
Я решила воспользоваться отгулами, которые мне щедро предложил Миша, и не вышла на работу следующие три дня.
За это время никто не искал меня в салоне. Как Миша и напророчил. Ни Лена, ни Матвей не бросились меня разоблачать.
Зато девочки в салоне обрывали трубку и дергали меня в чатах круглые сутки. Им катастрофически не хватало рук на примерках и подгонке платьев.
Пока коллеги доставали звонками и сообщениями, я сходила с ума от любопытства.
Почему Лена и Матвей живут вместе? За кого моя подруга собралась замуж? Почему я не встретила в доме Матвея его жену, а только подругу Лены?
Зачем Дербенев стоял на дороге и смотрел мне вслед? Зачем сказал, что я не изменилась? Что он хотел?
Я сдалась и вышла на работу через три дня. Иначе свихнулась бы или поехала к Матвею рассказывать об Алисе. Эта шальная мысль не давала мне покоя. Особенно, когда я смотрела на дочь, которая была поразительно похожа на своего отца.
Миша ржал, забирая Алису на день рождения наших общих друзей. Я хотела сама отвезти дочь, но девочки из ателье заявили, что не смогут укоротить платье без моего участия.
– Чего ты их не уволишь? – веселился Маркин, пока Алиса переодевалась в примерочной.
– Сам увольняй. Ты тут босс, – огрызнулась я.
– Меня они в чате не дергают сто раз за выходной.
– Наверное, потому что ты сразу всех увольняешь.
Миша неожиданно оказался слишком близко, обвил мою талию рукой и поцеловал меня в щеку слишком крепко. Я увлеклась и не успела среагировать.
Когда я очнулась, он уже отпустил и сделал шаг назад, сказал:
– Потому что ты замечательная.
И он точно не имел в виду мои навыки.
Я покраснела и зависла с открытым ртом и без единой мысли для ответа.
Алиска выскочила из примерочной в своем любимом принцессином наряде.
– Вау, детка, я ослеп от твоей красоты. Как можно быть такой прекрасной?
Слава богу, это Миша сказал не мне.
Алиска ничуть не смутилась. Она не страдала скромностью, слава богу. Моя красивая дочь важно кивнула.
– Красота – адский труд, дядь Миш, – сообщила эта королевишна и пошагала к выходу. – Вы идете?
Она указала на близнецов. Они тоже прекратили попытки крушить магазин и уставились на Алиску.
– Вау, Лиса, ты сама на себя не похожа, – отвесил комплимент Саша.
Миша довольно улыбался. Думаю, ему нравилось, что сын умеет говорить комплименты девочке.
– В машину полезайте, – отправил он детей, а мне сказал: – Думаю, мы к восьми вернёмся.
– Спасибо, что прикрыл.
Мишка хмыкнул понимающе. Я обожала Алиску, и даже близнецы не могли вывести меня. Но когда детей много – они бегают, орут, дерутся – я схожу с ума буквально за час.
– Работай, Золушка моя.
Миша подмигнул и сел за руль.
Сам он ненавидел даже руководить подгонкой платьев. Настоящий мастер, он предпочитал творить.
Я не брезговала и работой маглов. В свое время именно монотонная работа спасала меня от переживаний. Я находила успокоение в рутине.
Именно рутинной работой я и занялась в ателье, пока меня не позвала одна из консультантов.
– Лиля, клиентка просит тебя выйти пообщаться.
– Иду, – откликнулась я, не подозревая подвоха.
Меня часто звали невесты, чтобы обсудить личный пошив или корректировки в моделях.
Прошло несколько дней после инцидента с Леной и фатой.
Меньше всего я ожидала увидеть свою бывшую подругу посреди студии.
К счастью, Лена была одна и не собиралась меня убивать. Она стояла и улыбалась мне, сжимая в руках злосчастную коробку, которую я ей привезла.
 
Глава 3. О вреде кофе
 
– Привет, – поздоровалась моя бывшая подруга и переступила с ноги на ногу.
Весь ее вид сигналил о неуверенности в себе. Мне это было на руку. Я запретила себе падать на дно истерики и решила избавиться от Лены как можно быстрее.
Миша не вернётся с детьми так быстро, но все равно стоит поторопиться.
– Здравствуй, – проговорила я, задрав нос. – Если ты решила обменять фату по браку, то, боюсь, это невозможно.
Я указала пальцем на коробку, которую она сжимала, как спасательный круг посреди океана.
Лена рассмеялась слишком громко, оценивая мою шутку.
– Нет, я не хотела ничего менять, – заверила она меня. – Только извиниться, Лиль. Кажется, я повела себя некрасиво.
– Кажется? – Я приподняла бровь и напомнила: – Ты растоптала фату и наорала на меня.
Девчонки в зале грели уши изо всех сил. Я сразу пожалела, что разболталась. Хорошо, что на примерке была только одна клиентка и то в дальнем зале.
– Мне жаль, правда, – сказала она вполне искренне. – Прости, пожалуйста. Я не ожидала увидеть тебя дома. Сразу подумала о…
  
Я подняла руку, запрещая ей упоминать Матвея.
– Все нормально. Не надо подробностей, – проговорила я и скосила глаза на девочек, которые втроем усердно поправляли складки на пышной юбке ближайшего платья.