Игрушки для куклы (СИ)
– Я фоточки смотрела. Так обидно, что я не с вами была...
Дима пожимает плечами.
– Ну... Тоже мысль. Может быть - когда и вместе поедем. Возьмёшь Серёгу...
– Димочка, я тебя обожаю!
– Заметь, он встречать не приехал, – отпускает ещё одну колкость Галя.
– А как бы мы потом все в Дядюшку уместились?
– Так ты нас ещё и отвезёшь?! – тут же приходит она в восторг. – Да ты чудо!
– Рукотворное, – подмигнула, обернувшись к Диме.
Чемоданы и дорожные сумки летят в просторный багажник Дядюшки Патрика. Поверх чемоданов падает складная коляска-трость. Дима старательно пристёгивает мальчишек на заднем сидении и садится с ними. Галя взбирается на переднее.
– Надя, ты не представляешь - как тяжело ездить на отдых с детьми. Я до сих пор не могу понять - отдохнула я или нет.
– Да ладно тебе, ну хорошо же было, – поправляет её с заднего сидения Дима.
Положила руку на рычаг переключения передач и вдруг ощутила на своей руке тёплую руку Гали.
– Мне кажется - нам всем тебя там не хватало, – со вздохом сказала она.
* * *
Новый учебный год. Венерочка теперь учится на другом факультете. Там девочек гораздо больше, поэтому удостоилась от полковничьей дочки только лёгкого приветствия издали. И это не смотря на то, что успела ей похвалиться: папа получил повышение до подполковника, так что на Корову, за которой присматривает декан в звании майора, можно и вовсе смотреть свысока. Вот только высота эта уже мало радует.
– Где мне найти старосту группы? – по-военному чеканит незнакомый девичий голос. Обернулась и оглядела. Немного ниже ростом, шатенка подстриженная под "сессон". Одета по форме, но вся какая-то уж очень ухоженная. Даже из простой стрижки "под горшок" сделано нечто удивительно аккуратное и красивое, как носила одна французская певица. Отметила в девушке небольшую схожесть с Коровой, от чего внутренне усмехнулась, но внешне сдержалась и указала взглядом:
– Вон та со стрижкой "каре".
– Благодарю.
От нечего делать подошла вместе с ней. Шатенка прошагала быстрым шагом и представилась:
– Курсант Якимова. Прибыла для дальнейшего обучения. Перевод с аналогичного факультета.
– Вольно, курсант, – улыбается Корова. – Так ты и есть та самая дочка генерала?
– Генерал-майора, – поправляет Якимова, но сердце уже стучит учащённо.
– Ну давай знакомиться. Я Надежда.
– А я Нина, – подаёт голос рыжее недоразумение.
– А-я-я-я-я, – отчего-то выпаливает новенькая.
– Чего? – переспросили все втроём.
– Яна Яковлевна, – весёлым голосом поясняет дочь генерал-майора. Чуть склонилась к ней и тоже представилась:
– Я Елизавета, очень приятно познакомиться.
– И мне тож. Чаю - будем вместе учиться, – кивает Яна. У неё безумно странный выговор. Ясно, что новенькая приехала издалека, поэтому сразу постаралась занять её внимание:
– Ты недавно приехала? Ещё с городом не знакома?
– Недавно-то. Обустраивалися, как бешеная тарашка. Так что пока тут ничего не знам. А ты-то чай местная?
– Городская. А эти обе поселковые. Так что, если что хочешь в городе увидеть - я к твоим услугам.
* * *
Подпёрла щёки кулачками. Проводив щебечущую парочку взглядом, глянула в сторону бывшей соседки по общежитию и предположила:
– Кажется - мы получили ещё одну Венерку.
– Посмотрим, – пожала плечами Надя. – Мне большой разницы нет, а если Лиза не будет ходить, как мокрая курица - уже неплохо. Одним головняком меньше.
– Тебе от этих важных дочек не один головняк, так другой.
Надя бросает взгляд на удалившуюся в задние ряды парочку.
– Пожуём - увидим. Мне с её папы ни холодно - ни жарко.
* * *
– Дашуль, ты слышала? Курова летом замуж вышла.
Поглядела на кудрявую подружку удивлённо. Потом не менее удивлённо - на старосту. И прокомментировала:
– Вот и верь после этого слухам.
– Ага. А говорили - машина уничтожения, боевой робот, инопланетянка...
– Блиин... Теперь ещё более обидно...
– Что обидно?
– Что она настолько сильнее, умнее и вообще...
– А мне не обидно.
– Почему?
– Думаешь - я не понимаю, как для этого впахивать надо? Я художественной гимнастикой занималась. Это же пот, кровь и безумие.
– Ты? Художественной гимнастикой?
– Ага. До сих пор страшно вспомнить. И это я даже КМС не была.
* * *
Глава 8
Группа, в которой есть - за кем тянуться. Декан обещал это, хотя и не сказал - за кем именно. До конца учёбы осталось-то два курса, но папа-то всегда говорил, что они самые ответственные. Как у него на службе - чем выше поднимаешься, тем выше-то и ответственность. На прошлом месте учёбы сама была старостой группы, поэтому сразу предположила - лучшим должен быть староста. Потому, войдя впервой в новую группу - сразу решила убить двух зайцев. Узнать - кто староста и... Зайчиха оказалась оченно милой, хотя и строгой на вид. Тоже коротко, но аккуратно стриженная. Тоже одетая по форме. И совершенно равнодушная к папиным погонам. Поставила себе мысленную закладку - разобраться: что за этим равнодушием стоит. Настоящие безразличие человека, ценящего людей только по их собственным заслугам или еще более высокое звание её папы. А может быть - наоборот: скрытая зависть. С этим тоже успела столкнуться на прежнем месте учёбы.
Попутно в первый же день обзавелась навязчивой подругой. Кажется - полная противоположность старосты. Хоть и не настолько милая, но - не смотря на высокий рост - довольно женственная блондиночка. Елизавета очень гордится своим папой, получившим повышение до подполковника. И, едва узнав про папу - генерал-майора - тут же предложила дружбу. Отвергать дружбу на новом месте посчитала глупым. И в первые же выходные предложила ей поблондить где-нибудь в центре. Правда - Елизавета сперва сделала круглые глаза и уточнила:
– Ты тоже хочешь покраситься?
Не сразу поняла - о чём она, так что несколько секунд глупо хлопала на новоиспечённую подругу глазами. Но потом вспомнила, что "поблондить" - местное нижегородское словечко, к которому сама не сразу привыкла после прошлого переезда. Вздохнула и пояснила:
– Ну это... Я чай насчёт побродить.
На огромное отличие местного говора от всех, к каким привыкла раньше, обратила внимание сразу. Чего стоит одно только мягкое южное "Г". А когда в первый раз услышала "полный кулёк буряка" - чуть не чебурахнулась. Но это оказалось не какое-то сложное ругательство, а всего-то пакет с красной свеклой. И при этом никто словно не замечает ни нижегородское "чай", ни по-северному звонкое "Г". Видимо - от того, что вокруг много людей говорящих с акцентом. А иногда и вовсе - на разных языках.
* * *
– Курова - страшный человек, – безапеляционно заявила подруга, стоило спросить её о старосте.
– Чем-то? – переспросила, не удовлетворившись столь кратким ответом.
– Она выжила из группы мою лучшую подругу.
– А на кой ей это спёрлось?
– Подруга эту выскочку на дух не переносила.
– А с другими она чай - поровнейча?
– Всегда сама по себе. Только с той рыжухой дружит.
– С Ниной? С которой сидят вместе?
– Ага - как два сфинкса на набережной. Раньше еще и соседками в общаге были.
– А потом-то что стало? – поинтересовалась, хихикнув от меткого сравнения.
– Этим летом Корова замуж вышла. К мужу и съехала. Только Нинку на свадьбу и позвала. Сама на машине разъезжает, а гостей собрать - зажала.
– На такси рысачит?
– Какой там! У неё какой-то армейский внедорожник. Но почему-то белый. Видать - импортный и блестит, как новенький.
– Где ж она такой отхряпала?
Елизавета пожимает плечами.
– Я таких раньше даже не видела. Говорят - она из десантуры пришла. Только я в это не верю.
Согласно кивнула:
– В десантуру-то девочек не берут.
– Так и думала. Но тельник голубой носит. Да она что только ни носит. Даже в красноармейской форме на занятия много раз являлась.