Орбитальный самурай: Особая работаБеспартийное золото (СИ)

— Он был немцем? — опять она меня перебила.
— По некоторым неподтверждённым данным. По другим, евреем, но те скорее умрут, чем согласятся с таким. Мать-то у него немка, а у пейсатых нация определяется по ней, а не по отцу, который был из них. А вот у немцев, как раз по нему. Вот и выходит, он не тот и не другой. Но, вообще, это такая теория, чтобы отмазаться от родства с этим челом от обоих наций. Говорю же, переборщил он с той книжкой. Короче, хватит меня перебивать, а то так и не дойду до самого важного. Вернёмся к немцам, так вот, немцы живут в ФРГ, а в ГДР бывшие славяне, онемеченные, само-собой, разумеется. Американцы то ли специально так поделили Третий рейх, прямо по линии их внутреннего противостояния. А ведь казалось, что уже никогда оно не всплывёт. Вот чехи-то присрались, когда Фольксармее к ним вошли разбираться с их "весной". Хорошо помнили, кто их хозяин. Бундесвер так никого впечатлить не мог и уже, наверное, не сможет. Заметь, конфликта внутри вроде и нет, но за каких-то семьдесят лет, словно и не одна нация. Это как раз хорошая иллюстрация к моему утверждению, о завершении конфликта. Если с человеком ещё как-то можно решить без его физической ликвидации, то, когда речь идёт о народе, столетий мало, — наконец закончил, правда, совсем не тем, чем изначально хотел.
— Ну, вот, сам же сказал, что её можно и не убивать! — сделала она самый дурацкий вывод, который можно было сделать.
— Конечно, но для этого твою соперницу надо будет отделать так, чтобы она под себя в кресло каталку ходила от одного о тебе воспоминания, а все остальные, глядя на неё, сразу в храм бежали и просили своих богов, чтобы помог избежать встречи с тобой. Ты для этого хотела научиться драться? — сначала согласился с ней, а потом задал-таки давно взлелеянный вопрос.
— Ты маньяк? — почему-то в этот раз она спросила успокоившись.
— Нет. Просто убивать — это моя работа. А как любую работу, её надо делать качественно. Возвращаясь к нашим баранам, ты всё равно хочешь научиться драться, вместо того, чтобы эффективно решить проблему? — подобрался к ней с другого конца.
— Ты извращаешь саму мою просьбу, как хочешь! — в этот раз Коу стала меня обвинять.
— Послушай меня, сестрёнка, ничего такого, кроме как заставить тебя осознать реальность, не делаю. Ты кем хочешь стать? Рядовым боевиком, что ли? — вновь задал её не очень удобные вопрос.
— Нет, — задумавшись ответила она.
— Тогда какого рожна ты просишь меня научить тебя делать работу, которую и без тебя найдётся кому сделать? Ты на себя хоть в зеркало взгляни. Мне что, пройтись по пунктам, и ткнуть тебя в каждый из них, где из тебя никакой боец не выходит? Давай, мне не сложно. Для начала возьмём физическую подготовку. Ну-с, и чем ты тут нас удивишь. Тем что норматив для школьницы выполняешь. Так драка — это не спорт и там не всегда решает сила. Что толку от горы мышц, если этого инвалида интеллектуального труда банально ножом зарезали? И таких примеров масса. Ты даже психологически не готова к столкновению, — последнее выдал скорее расстроенно.
— Почему это? — возмутилась она.
— Хорошо, ударь бабушку, всё равно я ей уже всё лицо отмассировал, да и не только, — указал её на Кимико даже сидящую сейчас с трудом.
А что она хотела? Покушаться на мою жизнь, не поле перейти.
— Ну, что же ты медлишь? — поинтересовался у мелкой.
— Я не могу, — ответила она поникнув.
— Об этом я тебе и говорю. Ладно, недостаточная физическая подготовка. Можно было бы обойтись опасной бритвой. Правда, ей правильно и эффективно пользоваться тоже надо учиться. А так, лучше, конечно, была бы железная цепь под юбку. Хотя нет, под такую короткую только какой-то огрызка спрятать удастся. А вот обрезок трубы, с залитым в один конец свинцом, очень даже перспективный вариант. Если обклеить её бумагой для принтера, вообще цивильный вид будет. Можно даже по размеру предплечья изготовить сей агрегат. Но сама понимаешь, применять её тоже надо быть готовым. А то, что будет толку? Во-о-от. Потому начинать надо вовсе не с этого. А именно, как я тебе сразу и указал, с головы, — последнее сказал наставительно.
 
— И как это? — осторожно спросила она.
— Да просто всё. Буду тебе морду бить, как бабушке недавно. И тут ты либо сольёшься полностью, либо проявишь свои бойцовские качества. Сама понимаешь, в первом случае тебе лучше сесть на попу ровно и воспользоваться услугами профессионалов. Второй вариант, допускает иные возможности. Всё эти дао-хао, крики друг на друга, хрень полная. В этом деле нужно тупо перестать бояться и ограничивать себя. Оттого, что ты просидишь в медитации пару дней, удар по интерфейсу ты держать не научишься. В теории, лучше всего тебе просто нужен равный по силе партнёр, чтобы вы тупо лупцевали моду друг другу. Шансов, что ты не напугаешься, как в случае моего избиения тебя, меньше. Зато и результат будет надёжнее. Не сломаешься, можно будет и поработать. В общем, пошли в школу, по дороге расскажу. Как раз на уроках и подумаешь, а надо оно тебе? — ответил ей.
— Запомни самое главное, самое продаваемое в любой секции — это именно рассказы про психологическую подготовку. Почему рассказы? Да большинство людей в принципе контактный бой не способны выдержать. Думаешь, почему в спорте столько вариантов бесконтакта. Потому как это всё танцы, в которых только всякий цирк и можно показать, а случись такому бойцу попасть в реальную передрягу…. Он честно расскажет, что лучший способ поведения в ситуации, это сбежать так, чтобы пятки сверкали. Знаешь, сколько мифотворчества вокруг этого? — рассказывал Коу реальную ситуацию вокруг её просьбы, продолжая идти в школу.
— Откуда? — отреагировала она.
— Естественно! Людям надо рассказать сказку, а лучше много. Такую убедительную, чтобы ему поверили. Все эти секции существуют всего для нескольких вещей. Чтобы дети не болтались по улице, чтобы немного жирок стрясти, ну и чуть-чуть уверенности вселить в задрота. Кстати, знаешь кто это? — поинтересовался у неё, продолжая мерно переставлять ноги.
— Игроки, — ответила она просто.
— Не совсем. Это когда развлечение на компьютере становится зависимостью. Такой человек не очень готов к столкновению с реальностью, потому ему легче всего навешать на уши лапшу и, вообще, рассказать всякой лабуды. Особенно, о том, как просто и легко научиться драться. Вот к примеру, частенько любят, всякие тренерасы спрашивать, что ты будешь делать если встретишься с только откинувшимся зеком ещё вчера лично удавившему удава голыми руками и порвавшим пасть койоту? — перенаправил этот вопрос Коу.
— Откуда мне знать-то? — удивлённо ответила она своим вопросом.
— А знать не надо, надо бить, бить сразу и так, чтобы он после этого не очнулся. Но что делать, если ты это ты, а он амбал под два метра ростом и весь в мышцах, словно его готовили для разделки на стейки. Да просто всё, ножичком в печень, да желательно ещё и хоть немного провернуть. Но, но, люди забывают, что мало защититься, надо ещё и не сесть после этого в ту самую тюрьму, где твоему визави пришлось голыми руками душить удава и рвать пасть койоту, а значит, весьма убедительно доказать, что всё это была самооборона. А значит, что? — задал ей новый вопрос на засыпку.
— Что? — естественно она отреагировала на него растерянно.
— Балда. Законы нужно знать и ещё, что и когда говорить, иначе на мелкой оговорке подловят и сядешь ты в места не столь отдалённые. А потом общественность будет возмущаться как такую хрупкую и милую девочку посадили за какое-то убийство кровавого маньяка, на котором больше сотни трупов. Но тут возникает другой вопрос, а как он вообще тебе на улице повстречался? Видишь, сколько нюансов вокруг, казалось бы, простой просьбы научить тебя драться, — остановился я на мгновение, но идти продолжал.
— Да уж, — заметила она сразу философски.
— И самым первым тут будет, какая уже говорил, умение не паниковать, получая по мордасам. Забудь про все те сказки, которые рассказывают задротам, как за пару занятий их научат не бояться. Это не происходит мгновенно и только в теории. Для этого тупо нужно драться. Бить и отхватывать самому и желательно проделывать с несколькими противниками. Иначе ты никогда не уловишь разницу и не поймёшь, все бьют по-разному и не всегда это даже страшно и опасно, да и, вообще, это не смертельно. Только понимание столь банального факта к тебе придёт недели за две-три ежедневных спаррингов в полный контакт и вот тогда ты перестанешь бояться получить в глаз и уж тем более дать, как сейчас, — и опять остановился, задумавшись.