Предречение (СИ)
– Превосходно! Значит, утверждаем план капитана Гвайда. Артиллерией я рисковать не буду, и мы оставим её позади позиций наших войск. Теперь пойдемте, разместим гостей. Капитан Уотерс, полагаю, вы захотите осмотреть новых амбулатов, которые должны были прибыть с отрядом кавалергардов.
Тони кивнул и вышел вслед за Кристофером.
Новые шагоходы были прекрасны. Высотой в три человеческих роста, они сверкали темно-серебристым покрытием в заходящем солнце.
– Они дают самое яркое представление о могуществе и силе Империи, – букрнул Кристофер с кислым лицом.
Тони, наоборот, радовался как ребенок. Сейчас, он с удовольствием подставлял лицо ласковым лучам солнца и беспечно улыбался, рассматривая хмурого друга.
– Три модели «Гранног-63» – тихо сказал Кристофер, – новые, более прочные, чем все модели до этого.
Тони кивнул и решил поинтересоваться: – Раньше амбулаты легко могли привести тебя в возбужденный трепет, друг. Что случилось?
– Что было там, в штабе? Ты опять не поддержал меня.
– Крис, не начинай. – Ты хочешь угробить амбулаты, а я хочу их спасти. Мы по разные стороны баррикад. Я не понимаю твоих стремлений залезть в самую гущу боя.
– Ну конечно, – Кристофер скривился и решил сменить тему: – Ладно, проехали. Я тут письмо с завода читал. «Гранноги» несут на себе встроенную в манипулятор пушку, паровой двигатель уменьшили, он теперь экономнее, спрятан в корпус машины.
– Да, мне не нравилась пыхтящая бандура на спине моего Орленога.
– Как делить новых амбулатов будем?
– Один мне, два лейтенантам. – Тони говорил тихо, любуясь отражением заката на стекле боевой машины. Долговязому и худощавому Кристоферу, который с трудом помещался в кабине шагохода из-за своего роста, Тони доверял руководить вторым флангом в наступлениях.
Через пару часов Тони решил опробовать «Гранног-63».
– Капитан, ты пыхтишь как толстяк после забега в лигу, – услышал Тони вместо приветствия, когда забрался в кабину. Верный боевой товарищ капитана – капрал Джек развалился в кресле водителя, демонстрируя худощавое жилистое тело, заросшее густым черным волосом.
– Друг, ты бы хоть рубашку надел, – пробормотал Тони, пока рассматривал показания датчиков. По беглому осмотру он мог судить, что приборная доска в новой модели не изменилась.
– Пот и так ведрами течет, – отмахнулся капрал. На кнопочки не смотри, тут все как на Орленоге.
– Рычаг пароперегревателя теперь справа, – деликатно кашлянул крепкий парень, который полусогнулся возле двигателя.
– Тебе откуда знать, Коллинз, это твой первый выезд, – Джек громко зевнул.
– Ну… нас же учили на «Орленогах», – смутился Коллинз.
– В этих яслях для обслуги амбулатов? Я там был, ничего дельного не узнал. Меня капитан всему заново обучал потом.
– Это потому что ты не учился как положено, Джек. – Тони довольно поцокал языком, осмотрев двигатель. – Поднимай свою задницу, твоя задача за двигателем следить, а не кресло для офицера греть.
Капрал заворчал, лениво потягиваясь.
Тони шутливо взъерошил всколоченные черные волосы капрала. – Не бойся Коллинз, я тебя всему научу, лучше Джека справишься с этой махиной.
Рядовой быстро кивнул.
– Имя у тебя есть, друг? – Тони занял кресло водителя. Новехонькая жесткая кожа неприятно заскрипела.
– Матушка Джаром назвала. – Коллинз поспешил уйти с дороги Джека, поигрывающего жесткими узлами мускулов.
– Смотри, не перепутай нас, капитан, а то я обижусь, – Джек засмеялся.
– Дж-дж-дж, – начал наигранно заикаться Тони.
Коллинз неловко улыбнулся. Милая улыбка, большие голубые глаза на худом лице. У капитана сжалось сердце, когда он представил, как очерствеет этот открытый взгляд. Как часто он будет улыбаться вот так открыто, после двух-трех боев?
Капрал тем временем согнулся до самого пола, кашляя от смеха.
– Ладно. – Тони завел двигатель. – Посмеялись и хватит. Завтра, послезавтра бой, мы должны объездить этого красавца, а то…
– А то это будет отличный огромный металлический гроб на ножках, – Джек все никак не мог прокашляться.
– Вот именно, – Тони нахмурился. – Всем занять свои места. Бросал бы ты, друг, курить.
– Это от дыма двигателя, – прохрипел Джек, то и дело вздрагивал от подавляемого кашля.
Педали сцепления и правой, и левой ноги Граннога были туже, а подача пара шла с большей задержкой, но после получаса вождения Тони уже неплохо освоился с нюансами нового амбулата. Джек отмахнулся от помощи рядового и великодушно доверил Коллинзу зарядку орудий.
– А раньше кто заряжал? Капитан? – поинтересовался Джар.
– Наивный, – Джек свистнул сквозь отсутствующий передний зуб. – Капитан себя утруждать не будет.
Тони усмехнулся. Он еще не привык к повышенным габаритам машины. Гранног с громким лязгом маневрировал среди больших валунов песчаника, в полулиге от лагеря.
– Просто у нас эту функцию водитель выполнял. Ему ближе и…
– Вот поэтому капитан меня и переучивал. Те, кто вас учит, в жизни в бою не бывали.
– И со здравым смыслом не знакомы, иначе бы догадались, что водителю некогда отвлекаться на это, – добавил Тони, прикусив язык. Гранног в полушаге разминулся с огромным камнем.
– Да и на Орленоге одна легкая гаубица, а здесь, видишь, две мощные пушки, серьезная сила. Одни заряды сколько весят. Когда-нибудь амбулаты станут ведущей боевой силой в Империи.
Тони хмыкнул. – Ты только полковнику об этом не говори, от такой перспективы его удар хватит. То, что для нашего корпуса прислали новые машины – чудо, которое самому Экхалору и не снилось.
Капитан полулежал в тени Граннога, лениво вытирая руки от машинного масла. Мимо бегали солдаты в полном обмундировании. Тони нравились бурые плотные доспехи из кожи с широкими стальными нагрудными пластинами и шлемами-капеллинами, на которые какой-то оружейный гений установил приближающие окуляры. А вот оружие вызывало лишь слезы жалости, это были палаши, да старые кремневые ружья. Если в Арихе людям помогали технологии, здесь на границе с шерфской пустыней не слышали не только про цивилизацию, но и про современное оружие. Солдаты ни разу не видели многозарядных орудий.
Ограду перепрыгнул посыльный. Его лицо раскраснелось на полуденной жаре, и он тяжело дышал. – Шерфы перешли в наступление, кха. – Синглтон, полковник Синглтон, кха…
– Отдышись, неужто помирать торопишься, – сказал Тони солдату и бросил ветошь в дремавшего Джека. Тот, не разлепляя глаз, отмахнулся и продолжил храпеть.
– Полковник Синглтон приказывает заводить машины, – наконец сказал посыльный.
Тони передернуло. Капитан словно наяву услышал приказ генерала Альпина: – Заводите машины! Они тогда пошли в бой доверху груженые боеприпасами. Вернее, они так думали. Их амбулаты несли пустые металлические болванки, с которых ссыпали порох. Джек дал таким боеприпасам меткое прозвище – металл без души. Потом Тони узнает, что Альпин продал порох их врагам из Альянса. Но он навсегда запомнил тот злополучный приказ, исполнив который, он повел машины своей роты на верную гибель.
Капитан повернулся к посыльному, но тот исчез, точно полуденное марево под набежавшими тучами.
– Выступаем, командир? – Коллинз был уже в броне, пот бежал из-под раскалившегося на солнце шлема-кабассета.
– Джек, ты только посмотри на новичка. Он, наверное, первый кто нацепил кабассет без приказа. Раздери меня демоны, друг, если я надену этот горшок на себя, – сказал Тони.
– Но приказ полковника Синглтона… – растерялся Коллинз.
– Пусть Синглтон нассыт в этот шлем, – отмахнулся Тони. – В такую жару кабассет может пригодиться только как ночная ваза по последнему писку военной моды.
– Тони, ты готов? – Кристофер перепрыгнул через ограду, вслед за другими офицерами и солдатами. Милина Рич перепрыгнула следом и улыбнулась, небрежно поправив прядь волос.
Тони отер пот со лба и взобрался в шагоход. Он сел в кресло водителя. Коллинз, так и не снявший шлема, встал у орудий.