Миротворец. Дипломатия Кланов (СИ)

— Мягко сказано «странноватые», — она нахмурилась.
Я кивнул.
— Вас в любом случае никто не отдаст ему, против Вашей воли.
— Как Вы можете говорить за всех? — её бровь поднялась вверх.
— Я знаю, в чём интерес Империи. Пока что мои прогнозы сбываются, — я слегка улыбнулся. — И в этом прогнозе нет Вашей выдачи. Будьте спокойны. В конце концов, пока я с Вами, всё будет в порядке.
  
Кончики её ушей чуть покраснели. Она отвернулась с неприступным выражением и коснулась своей забинтованной руки.
А через пару мгновений нас пригласили в зал приёмов. Он находился там же, где мы стояли — на втором этаже.
Прекрасная гостиная комната. В ее центре — просторный мягкий диван. На нём мы с Софией расположились.
Она была в строгом черном платье, в котором она же выступала на трансляции. Оно было достаточно свободным, чтобы не слишком сильно облегать фигуру, но хорошо подчеркивало талию и придавало девушке ещё большую элегантность. Я — в простом костюме-двойке.
Вскоре к нам присоединился посол Державин. Мы быстро проговорили нюансы будущих переговоров и стали ждать. Встреча считалась неофициальной, поэтому от строгого церемониала было решено отказаться. Никаких торжественных элементов, почти «посиделка».
Напротив дивана стояло два кресла: одно для Непчича, другое для офицера, которого он возьмёт с собой. Остальные члены его делегации подождут внизу.
Между диваном и креслом — чайный столик. С четырьмя чашками парящего чая, вазой с фруктами и парой тарелок, полных сладостей.
Но едва ли к ним хоть кто-то притронется.
Непчич вошел в зал широким шагом. За ним — один из его офицеров. И сразу всё пошло не лучшим образом. Воевода Непчич сходу выцепил Софию взглядом и, не отводя от неё глаз, двинулся к нам.
Вопреки всем правилам приличий, он подошёл почти вплотную и навис над чайным столиком, всё время буравя Софию взором.
— Моя госпожа, — произнес он, кланяясь… и продолжая смотреть-смотреть-смотреть на неё. После чего протянул руку. — Я счастлив видеть, что Вас живой.
Но София даже не шелохнулась. Она ответила ему ледяным взглядом и такой же ледяной фразой:
— Здравствуйте, воевода, — её руки остались лежать на коленях. Она не протянула ни одной для приветственного поцелуя. Что уже было актом неприязни.
— Воевода Непчич, — прозвучал сильный голос посла Державина. — Благодарю, что вы отозвались на мое приглашение побеседовать в миролюбивой обстановке.
Только тогда Непчич перевел взгляд на него и заявил:
— Единственная цель моих переговоров — это освободить княжну Софию от удержания в вашем посольстве.
— Нет никакого удержания, — моментально заявила она твердым голосом. — Я здесь по собственной воле и буду оставаться здесь, покуда посчитаю нужным.
— Я понимаю, почему Вы так говорите, Ваше Высочество, — Непчич обвёл взглядом всё помещение и только после этого сел. Сел и его офицер. — Но скоро Вы сможете говорить открыто. Я добьюсь этого любой ценой. Ради Вас, ради Вашего отца и всего народа Иллирии. Я клянусь Вам.
— В этой клятве уже нет необходимости! — София начала заводиться. — Я говорю то, что считаю нужным!
— Вы сделали очень серьёзное заявление, — произнёс Державин. — На грани провокации, господин Непчич.
— Похищение дочери князя Адриана — вот провокация, — непреклонно заявил Непчич. — Но я забуду об этом. Если вы выполните очень простое условие: прекратите удерживать княжну Софию в русском посольстве. Тогда я отведу свои войска и забуду об этом акте агрессии.
— Актом агрессии Вы называете предоставление политического убежища? — спросил посол Державин, смотря ему в глаза.
— Вы меня слышали⁈ — вспыхнула София. — Я здесь добровольно!
— Я знаю, как умеют обрабатывать психику специальные службы, — невозмутимо ответил ей Непчич. — Возможно, Вы даже не представляете, насколько сильно сейчас обмануты. Даже если считаете, что всё было сделано добровольно и ситуация под Вашим полным контролем.
Н-да…
Конфликта этот человек не боится. Это понятно сразу. И он абсолютно уверен в собственных силах. Неплохие качества для военного.
Вот только его взгляд на Софию мне совершенно не понравился. Так не смотрят на дочь своего господина. Если присмотреться внимательнее, то можно было заметить в глазах Непчича нездоровый интерес. «Голодные огоньки» — так бы я их охарактеризовал.
— Вас обманули, — произнес уже я.
На меня уставился офицер Непчича. Смуглый и «сухой» на вид.
— Ты кто такой? — спросил он с вызовом.
— Видимо, тот самый сотрудник российских спецслужб, — усмехнулся я.
— Он — человек, который спас меня, — едко произнесла София. — Пока солдаты гарнизона бездействовали, а вассалы моего отца пытались захватить, для использования в своих политических играх.
И тут Непчич нацелил свой взгляд на меня.
О, сколько в нем было эмоций!
Лицо — каменное, а глаза так и кричали, что хотят увидеть меня как минимум обезглавленным. На что я спокойно представился:
— Виктор Добрынин, политический аналитик и человек, который почти получил работу у князя Адриана. Мы с ним встретились вчера, прямо перед инцидентом.
— Что он здесь делает? — Непчич повернулся к послу.
— Он — мой советник и личный защитник, — произнесла София, сверкнув зелёными глазами.
— Защитник? — скептично переспросил Непчич, обводя меня взглядом.
Он видел, что с боевой подготовкой у меня далеко не так хорошо, как у его бойцов. По манере держаться и иным, неочевидным признакам. Специалист всегда отличит настоящего телохранителя.
— Именно так, — подтвердила София. — Он дважды спас мне жизнь и, дважды же, свободу! Потому найдите в себе честь обращаться к нему с должным уважением, иначе я буду вынуждена закончить эти переговоры здесь и сейчас.
Тут даже посол Державин скосил на неё чуть напряжённый взгляд. Да и я, если честно, такому повороту был удивлён.
И Непчич, зараза, это у нас заметил.
— Ваше Высочество… — начал он.
— Вы меня услышали, — не дослушала его София.
Тут Непчич недовольно поджал губы и обратился уже ко мне:
— Если выяснится, что Вы оказали на госпожу Софию ментальное воздействие, то я найду способ призвать Вас к справедливому суду.
— Проверьте, — я невозмутимо пожал плечами. — Вы пришли сюда, на неизвестную для себя территорию, для переговоров. Стандартные меры предосторожности — это иметь при себе артефакт магического распознавания, который связан с дубликатом у Ваших людей вне посольства. Если бы в радиусе нескольких метров вокруг Вас применялась магия, Вы бы об этом узнали. И Ваши люди вне посольства — тоже.
Он прищурился. Хотя никакой тайны я, по сути, не выдал. Это процедура, которая в этом мире являлась нормой.
Офицер посмотрел на Непчича, тот быстро с ним переглянулся.
А я сдержал улыбку и продолжил:
— Особенно если говорить о такой магии, как ментальная — магия воздействия на разум. Её нужно поддерживать постоянно. Я даже уточню максимальное время, за которое надо обновлять воздействие: раз в сорок минут. За этот срок энергетический след бы не рассеялся. Такую магию невозможно не заметить артефактами обнаружения. Так что каждый в этом зале понимает — нет никакого ментального воздействия. А княжна София — искренна.
Она уставилась на меня с лёгким удивлением, но кивнула, добавляя:
— Всё верно.
— Нет воздействия, говорите, господин Добрынин? — заговорил Непчич делая на моём имени специальный акцент и закатал рукав. На его запястье сидел браслет, в который был вмонтирован пульсирующий лёгким светом кристалл. — Здесь есть воздействие, господин Добрынин. — он поднял руку. Его артефакт распознавания магии засиял ярче. — И воздействие это связывает вас с княжной Софией. Даже не пытайтесь мне лгать. Я вижу вас насквозь.
  
— Правда? — Я улыбнулся и поднял свою забинтованную руку. Одним движением я сорвал с неё бинт, обнажая печать «Кровавой Цепи». — Вот, какая магия нас связывает. И это не ментальное воздействие, как вы ошибочно полагаете, — я протянул руку прямо к браслету Непчича, и тот вспыхнул ещё ярче. — Видимо, эта печать сама обновляет магическую связь. Не так ли Ваше Высочество? — я повернулся к Софии.