Миротворец. Дипломатия Кланов (СИ)

Серебряков обернулся на него.
— Хочешь сказать, что он может работать на один из кланов Империи?
— Да, — мужчина отпил кофе. Чуть поморщился. — Айгуль что, сахар не положила? Как мне пить эту бурду? — отставил чашку и взглянул на Серебрякова. — Парень вполне может быть верен Российской Империи. Но работать на людей, которым вовсе не нужен наш с тобой успех.
— Демидовы?
  
— Может, Демидовы, а может, Самойловы. Откуда мне знать? Прибрать такое дарование, оставшееся без присмотра, мог любой паук в нашей банке, — он с ухмылкой пожал плечами. А потом тут же поднял указательный палец и качнул им вперёд, с улыбкой. — Но мы можем это выяснить!
— Значит, ты даёшь своё добро, чтобы оставить его без подозрений?
— Ну, а у нас с тобой выбор есть? Посол ещё не вернулся. Сообщать такое по телефону… такое дело. Сам понимаешь, куда лучше меня. А решение в любом случае останется за… — он поднял взгляд вверх и указал туда пальцем. — За Ним. Наше дело маленькое — сообщить с теми деталями, которые мы посчитаем нужными.
— В том и суть, — сверкнул глазами Серебряков. — Что именно ты передашь наверх?
— А вот то, что ты написал, и передам! — ответил его собеседник, поднимаясь с кресла. — Но! Как только сам поговорю с гостем и с нашей прелестной княжной. Может, они ещё смогут меня удивить, — и, принявшись напевать незамысловатую песенку, пошёл из зала.
А резидент внешней разведки — Ярослав Серебряков, вновь повернулся к окну. Проще не становилось. Если Иллирия уйдёт у него из-под носа… из-под носа Империи… то его карьере конец. Он больше никогда не получит должность выше куратора в какой-нибудь Румынии.
Он сжал руку в кулак.
Годами он выстраивал агентурную сеть, внедрял своих людей в кланы Иллирии и лично работал с князем Адрианом. Всё это он сделал не для того, чтобы какой-то из столичных упырей загубил результат его четырёхлетней работы, через подставного провокатора.
Впрочем, где дурак увидит проблему, мудрый увидит возможность.
Добрынин ею и был — возможностью узнать, кто точит на Серебрякова ножи из Москвы. А, может, и не оттуда.
Серебряков в последний раз взглянул на Загреб, затем резким движением зашторил окно и отправился в свой кабинет. Предстояло много работы.
* * *
С Софией мы встретились только через два часа. Сотрудник службы безопасности проводил меня в комнату к ней. С плотно зашторенными окнами и дежурящей у дверей охраной.
— Господин Добрынин! — услышал я знакомый голос на хорватском, как только вошёл. Княжна София резко обернулась на меня. Она сидела на диване, в новой чистой одежде: футболке и широких штанах.
И футболка была ей мала. По крайней мере, слишком уж хорошо она облегала верхнюю часть её фигуры. Прекрасной фигуры.
Безопасник, сопроводивший меня, сказал:
— Ожидайте, — и удалился, без подробностей. Точно как ранее — Серебряков.
Как только я закрыл дверь, София вскочила с места и двинулась на меня быстрым шагом. Взволнованная. Но… радостная?
В полуметре от меня она резко остановилась, будто наткнувшись на невидимую стену. И тут же вернула на лицо неприступную маску. Точнее, попробовала. Получилось не очень убедительно.
— Как вы? — сразу спросил я и сделал шаг навстречу.
— В порядке. Спасибо, — с некоторым напряжением произнесла она. Затем подняла свою руку, замотанную свежим бинтом. — Поменяли повязку, — я аккуратно взял её руку, проведя пальцами по бинту и задевая её кожу. Прозвучал слегка возмущённый голос. — Господин Добрынин!
— Садист постарался?
— Что?
— Медик перевязывал или медсестра? Она должна быть в штате.
— Медик, — она чуть нахмурилась. — А почему он садист?
— Да так, не берите в голову. Не болит?
— Нет, спасибо, — она чуть улыбнулась уголками губ. А потом тут же посерьезнела. — Вы так и будете держать мою руку?
— А Вы против?
— Ещё немного и Вы, как благородный мужчина, будете обязаны позвать меня замуж.
О, шутила. Значит, чувствовала себя более-менее комфортно.
— Магией мы уже связаны, — я усмехнулся. — Причём, Вашими усилиями.
Её щёки вспыхнули красным и она убрала руку из моих ладоней.
— Ваши манеры не идеальны.
— Увы, — я улыбнулся, но лишь на пару секунд. — С Вами говорили?
— Да, — кивнула она. — Девушка из охраны и третий секретарь.
— Пройдемте. Поговорим сидя, — я проследовал в центр комнаты.
Там стоял небольшой диван. Перед ним — стол, на котором стояло две тарелки с наскоро сделанными бутербродами, две бутылки виноградного сока, две бутылки воды и пустые стаканы. К пище даже не притрагивались.
— Почему не ели? — спросил я.
— Вас дожидалась, — смутилась, но тут же спросила, шутя: — А вдруг отравлено?
— Это едва ли, — хмыкнул я. — С Вами хорошо обращались?
— Да. Вполне, — она поджала губы. — Не так, как я привыкла. Но сейчас я и не могу рассчитывать на большее.
— Долгий допрос?
— Да. Именно, — она сцепила свои пальцы. — Пришлось заново прокручивать в голове весь день. Не лучший в моей жизни.
— Думаю, нас ждёт ещё одна беседа, после которой Вы сможете полноценно отдохнуть. От вас что-нибудь требовали?
— Нет, — покачала она головой. — Пока нет…
Раздался стук.
— Готовы? — я взглянул на княжну. Она ответила коротким кивком и, на этот раз, приняла действительно серьёзное выражение. Я громко сказал: — Войдите!
Дверь открылась.
В комнату вошёл мужчина, чуть старше сорока лет. Идеально сидящий синий костюм. Такие же синие, большие глаза. С гладко выбритым лицом и уложенными чёрными волосами.
Он выглядел как эталонный дипломат. Не хватало только кейса в руках.
Он одарил нас белозубой улыбкой и двинулся к дивану. Следуя этикету, я встал, София осталась на месте. Её статус, как ни крути, был выше. А в дипломатическом этикете именно статус был решающим фактором.
— Доброго дня. Имею честь представиться: Леонид Васильевич Шуйский, Посланник Посольства Российской Империи в княжестве Иллирия, — он оформил вежливый поклон в адрес Софии, а меня удостоил глубоким кивком.
Посланник? Это всего на одну ступень ниже посла. Вот только именно с послом я ожидал встретиться, потому что он будет передавать сообщение в Москву.
Шуйский протянул руку Софии. Она бегло взглянула на неё. Но спустя короткий миг вложила в неё свою левую руку, к которой Шуйский аккуратно прикоснулся губами. Он произнёс:
— Госпожа Зринская, рад видеть Вас в здравии. Меня глубоко встревожили вести о произошедшем с Вашей семьёй, но, думаю, всё куда лучше, чем может выглядеть. В любом случае, здесь Вы в полной безопасности.
Она стойко сохранила невозмутимое лицо. Хотя по глазам я видел, как она переживала.
— Благодарю Вас, господин посланник, — с холодной вежливостью произнесла она.
А Шуйский развернулся ко мне и протянул руку для рукопожатия. То, что моя рука была перебинтована, он проигнорировал. Но в любом случае — это был шанс.
Я протянул ему правую ладонь и мы обменялись рукопожатиями. С его стороны оно было чуть крепче, чем следовало. Выглядело так, будто он меня провоцирует. Но я уступать не стал. Что мне вырезанная печать, если моя хватка всё так же крепка?
И, самое главное — я его Зацепил. Система межличностных Связей Шуйского показалась передо мной, в виде десятков энергетических нитей, расходящихся в стороны.
— Благодарю за помощь, господин Шуйский, — произнёс я.
— Империя заботится о подданных своего государя, — он кивнул мне и перевёл взгляд на княжну. — А также о членах союзного Империи клана, — София кивнула. — Я понимаю, что вы сильно устали. Но я задержу Вас всего на десять-пятнадцать минут. Это важно. Вы готовы говорить?
  
— Разумеется, — ответил я. София снова кивнула, подтверждая мои слова.
— Замечательно, — произнес Шуйский, садясь в кресло напротив. Я тоже сел. — Вы создали непростую ситуацию для нашего посольства. Это не обвинение, но я хочу, чтобы вы очень хорошо понимали, насколько всё серьёзно. Уже несколько часов нет никаких официальных подтверждений о том, что князь погиб или пропал. Мы не можем утверждать ни того, ни другого. Факт лишь в том, что было совершено нападение и князь сейчас не контролирует свою страну.