Адмирал космического флота (СИ)
Однако с нами был командир и высшие офицеры, так что гулять через весь корабль мы не пошли. Пятнадцать минут ходьбы, и мы в переговорной.
Командир «Кроноса», контр-адмирал Ткачёв, в сопровождении пары своих подчинённых, был уже здесь. Этот на меня смотрел совсем иначе. С любопытством и интересом, как на чрезвычайно редкий экземпляр в какой-то коллекции.
Я поздоровался и с ним, пожал руку. Всё-таки он поддержал меня тогда, во время битвы за Новую Москву. Первым почуял, куда дует ветер.
А вот на своего коллегу он смотрел с неприязнью и презрением, Песков, впрочем, отвечал тем же самым. Они хоть и подрались, но так и не выяснили, кто из них победитель. И что-то мне подсказывало, что причин для драки у них имелось гораздо больше, чем разногласия по поводу того, кто будет править Империей.
— Прошу садиться, — произнёс я, когда все заняли свои места за длинным овальным столом.
Место во главе стола раньше принадлежало Пескову, а теперь его занял я, и он вновь ожёг меня неприязненным взглядом.
— Какой у нас план действий, господин адмирал? — чуть насмешливо спросил Ткачёв. — Летим навстречу противнику и убиваем там всех?
— Вы очень проницательны, — кисло ответил я. — Именно так мы и поступим, но это если очень сильно упростить.
— Ваши планы нетрудно предугадать, — сказал Песков.
— И всё-таки в прошлый раз у вас не получилось, — сказал я.
— Это оказалось чересчур дерзко даже для вас, — поджал губы контр-адмирал Песков. — Никто не ожидал.
Я не стал отвечать на этот выпад, молча достал планшет и спроецировал над столом звёздную карту. Масштаб выбрал покрупнее, показывая только ТХ-2122 и соседние системы.
— Начну без долгих прелюдий. Соперник у нас достаточно сильный, — произнёс я, демонстрируя местоположение вражеской эскадры на карте.
— Вебер… — проворчал Песков.
— Знакомы с ней? — спросил я.
— Наслышан, — холодно произнёс командир «Титана».
— Адмирал Вебер изменила привычной тактике Свободного Флота, — продолжил я. — Она держит всю эскадру при себе, а не позволяет командирам гулять по соседним системам. Похоже, она хочет генерального сражения.
Адмиралы переглянулись.
— Что-то новенькое, — сказал Ткачёв.
— Как раз это меня и беспокоит, — сказал я.
Генеральных сражений альянсовцы избегали любой ценой, даже если были в большинстве. Слишком высокий риск, слишком многое можно потерять, и речь даже не о кораблях. Поражение в большой битве похоронит дальнейшую карьеру командующего, а за свою карьеру офицеры Свободного Флота тряслись даже больше, чем за свои корабли. Большие звёзды и высокие звания открывали для них путь в политику, а слава проигравшего не нужна никому. Избиратели не поймут.
— Может, она так самоуверенна, потому что нами командует мальчишка? — хмыкнул Песков.
Я вспыхнул.
— Молодость это единственный недостаток, который проходит со временем, — прищурив глаза, произнёс я. — Боевого опыта у меня не меньше, чем у вас обоих, господа.
— Ну, что вы, не время для склок! — вмешался Ткачёв.
Песков нахмурил брови, но промолчал. Старый мудак. Говорят, с возрастом приходит и мудрость… Нет, всё-таки иногда старость приходит одна.
— Вероятнее всего, генеральное сражение придётся дать, — сказал я. — Систему Диамед нельзя просто так отдавать Альянсу.
— Именно этого Вебер и ждёт, — заметил Ткачёв. — Что мы пойдём защищать её.
Я поморщился, побарабанил пальцами по столу, разглядывая карту. Делать то, что от тебя ожидает противник… Прямой путь к поражению. Но и оставить Диамед на произвол судьбы мы не могли.
Оба контр-адмирала ждали, что я скажу. Ждали моего решения. И что-то мне подсказывало, что Песков будет недоволен в любом случае, каким бы оно ни было. Просто из-за личной неприязни.
— Ну и чем мы на это ответим, господин главнокомандующий? — спросил Песков.
Хороший вопрос. Ещё лучше, если бы у меня имелся на него ответ. Но принимать решение надо, иначе всё так и останется в подвешенном состоянии.
— Мы… Мы дождёмся остальную эскадру. А затем пойдём в Диамед и далее, — решил я. — Нельзя заставлять девушку ждать, не так ли, господа?
— Это не по-джентльменски, — усмехнулся Ткачёв.
— Вы суёте голову в пасть львице, — проворчал Песков.
— Пусть подавится, — сказал я.
Решение было принято и озвучено. Хотя при одной только мысли о нём у меня по коже пробегал холодок. Ощущение и впрямь было такое, словно я иду прямиком в расставленные силки.
Адмирал Вебер наверняка меня изучила, мой характер, психологический портрет, манеру боя и всё остальное. И ждёт теперь, что я с шашкой наголо ворвусь в захваченную систему, чтобы жестоко карать врагов Империи.
Значит, хотя бы в этом нужно её разочаровать. Значит, я буду предельно осторожен, как сапёр, идущий по минному полю. Права на ошибку у меня, как и у него, нет. Есть только один шанс уцелеть и победить.
Глава 5
«Зоркий» продолжал докладывать о происходящем в эскадре альянсовцев. Не так часто, как этого мне хотелось бы, но даже это лучше, чем ничего. Наблюдать за противником, находящимся в паре десятков световых лет от тебя, это тебе не в бинокль посмотреть.
Остальные наши корабли один за другим прибывали к точке сбора, так что я выжидал, точно как и адмирал Вебер. Альянс остановил продвижение аккурат перед Диамедом. Видимо, ждали, пока мы сделаем свой ход. Пешка на Е4.
Или решили не зарываться и ограничиться только Дер Эквинумом и нашими пограничными системами. Но в это я не верил абсолютно, потому что жадность Альянса не знает границ.
Когда к нам прибыли уже почти все корабли, пришёл очередной доклад от «Зоркого». Корвет только и делал, что периодически выныривал из гиперпространства в опасной близости от противника, снимал показания и нырял обратно. Во время очередного выхода система оказалась пуста. Свободный Флот исчез.
Получив такой доклад, я даже вскочил со своего места, начиная ходить кругами по центру управления.
— Внимание всем! — я остановился у пульта общей связи и нажал на клавишу трансляции. — Курс на Диамед, начать переход! Готовность номер один!
Началось.
Лететь в соседнюю систему не меньше часа, так что пока можно было отдохнуть, но мне не сиделось на месте. Как назло, на вахте находился Андерсен, наименее опытный из всех, он может растеряться, когда мы выйдем из гипера, а мне желательно оставаться в центре управления, а не лично сидеть за штурвалом.
Так что я капал ему на мозги с назойливостью гиперопекающей мамаши-наседки. По личной связи, не по общему интеркому.
— Из гипера выйдем, в оба смотри! Если кого увидишь, сразу тревогу врубай, понял? На рожон не лезть, наша задача в другом…
— Есть, господин адмирал, — раздражённо отвечал Андерсен.
Я понимал, что перебарщиваю, но остановиться уже не мог. Это давало мне иллюзию контроля. Как будто этими непрошеными советами я мог на что-то повлиять.
— От «Титана» подальше держись, и сейчас, и потом, и от «Кроноса» тоже, — продолжал я. — Они будут вражеский огонь притягивать, это я даже поспорить готов.
— Может и не будет никакого огня, — буркнул лейтенант. — Может, они к себе ушли обратно.
— Сам-то в это веришь? — фыркнул я.
— Нет, но…
— Ну вот и всё, — перебил я его. — Начинай переход уже.
— Начинаю переход в гиперпространство, — объявил он на весь корабль, и в этот раз у него получилось уже лучше.
По-хорошему, эскадра должна заходить и выходить одновременно, синхронизируя момент входа и выхода, чтобы не подставляться по одиночке. Но это в теории, а на практике всё выходило совсем иначе.
Ещё и обычное для гиперпространства отсутствие связи заставляло меня ужасно нервничать. Постоянно возникал соблазн дойти до медблока, за допингом, но я гнал эту мысль прочь. Я выяснил, какими таблетками потчевал меня Гуссейнов. Боевыми стимуляторами спецназа ИСБ, которыми он из-под полы приторговывал. Где и как он достал эту дрянь, я не представляю, но строгий выговор он за это получил. Остатки таблеток заперли под замок, доступ настроили на меня и старпома.