Адмирал космического флота (СИ)

Обе группы отправились к системе ТХ-2108, но, согласно приказу, переход через гиперпространство закончили на пять секунд раньше положенного и теперь висели в глубоком космосе, перейдя в режим тишины.
«Гремящий» вошёл в группу «Бета», и только на нём оставалась включенной гиперсвязь, чтобы мы могли вовремя отреагировать на сигналы разведки и запрос «Кроноса». Пятисекундный рывок через гипер, и мы придём к нему на помощь, когда это потребуется. Пяти секунд должно хватить, «Кронос» должен продержаться, даже если вступит в бой.
  
Между собой сидящие в засаде корабли общались по обычной связи, не боясь быть разоблачёнными. Даже если целенаправленно отправить сообщение адмиралу Вебер, на скорости света оно дойдёт только через восемь стандартных лет, а она столько ждать не будет. Да и мы тоже.
Такой способ связи создавал определённый риск, из-за задержки сигнала существовал шанс не успеть вовремя. Пока «Кронос» запросит помощь, пока мы с «Гремящего» передадим приказы на «Эгиду» и «Палладу», пока они спустят приказ вниз… Пройдёт гораздо больше, чем пять секунд.
Поэтому я на всякий случай провёл учения. Без скачка к линкору, просто чтобы выяснить примерное время от полученного запроса и до перехода обеих групп в гиперпространство. С учётом задержки сигнала время получилось в районе шестидесяти секунд, и это уже куда больше, чем пятисекундная задержка.
Но контр-адмирал Ткачёв, хоть и был предельно раздражён своей ролью наживки, заверил меня, что продержится и больше.
— Я же не буду стоять посреди системы, как идиот, или мчаться навстречу снарядам, господин главнокомандующий, — фыркнул он. — У меня есть пушки, чтобы огрызнуться, у меня есть двигатели, чтобы маневрировать. Нет, я был бы рад, если бы вы пришли на помощь как можно скорее, но… «Кронос» продержится, сколько нужно, клянусь честью.
— Благодарю вас, господин адмирал, — сказал я ему.
— Благодарить будете потом, — сказал он. — Если ваш план сработает. Молитесь, чтобы он сработал, второго такого поражения Империя не выдержит.
— Поражения не будет, — холодно процедил я.
Я и сам понимал, что шанс у нас остался только один. Нужно хотя бы сравнять счёт, чтобы действовать дальше. Госпожу Вебер следует проучить, «Титан» просит отмщения, как и все другие погибшие. И возмездие случится.
В центре управления я теперь находился практически неотлучно, даже спать ложился тут же, на кушетке, совсем забросив каюту номер один и командирскую рубку. На «Гремящем» теперь почти всё время командовал Магомедов, с недавних пор старший лейтенант, хотя по совокупности заслуг он мог претендовать и на звание повыше. Все офицеры «Гремящего» могли, да и операторы тоже.
Собственно, все они и получили по новому званию. Звёзд на погоны я отсыпал щедрой рукой, ничуть не скупясь. В конце концов, наверх нужно тащить своих, близких людей, с которыми ты вместе проливал кровь, а у меня, если не считать Её Высочества, не было других близких людей. Только моя команда.
Ну и служили они все теперь, по сути, на флагмане, а не на простом эсминце, а это дополнительный почёт и уважение.
В глубоком космосе, в засаде, нам пришлось просидеть ещё четыре дня, и эта служба почти ничем не отличалась от привычной многим службы на орбите какой-нибудь планеты или станции. Безделье, мелкие ремонты, скука.
Но когда «Зоркий» доложил о том, что Свободный Флот начал движение, я ощутил настоящий азарт охотника. Даже не удержался и хлопнул в ладоши, заслышав его доклад.
— «Альфа», «Бета», объявить повышенную готовность, — приказал я. — Птичка летит в клетку. «Кронос», ждите гостей.
  
Глава 8
 
Как и прежде, адмирал Вебер не распыляла флот, а держала его в едином кулаке, оставляя лишь незначительные силы для охраны захваченных систем. В Диамеде остался только один альянсовский крейсер, все остальные отправились дальше, вглубь имперского пространства.
И их путь лежал именно через ТХ-2108.
Разведчики доложили, что Свободный Флот ушёл в гиперпространство, как раз в нужном направлении, значит, через четыре с лишним часа силы Альянса выйдут на краю ТХ-2108. Если будут идти со стандартной скоростью. Предыдущие переходы адмирал Вебер проходила на тридцати тысячах, значит, и этот, скорее всего, пройдёт на такой же скорости. Капитаны обычно предпочитают одну и ту же скорость в гиперпространстве, это дело привычки, а привычки меняются только в самом крайнем случае.
Это делало её несколько предсказуемой, что играло нам на руку. Мы могли подготовиться.
И сигнал от «Кроноса», засёкшего выход первых альянсовских кораблей, пришёл именно тогда, когда мы его ждали.
Этот момент мы отрабатывали.
— Всем кораблям, боевая тревога! «Альфа», «Бета», начать переход! — приказал я.
Пока обычный сигнал идёт от передатчиков «Гремящего» к «Эгиде» и «Палладе», а потом ко всем остальным кораблям эскадры, Свободный Флот как раз доберётся всем составом.
Я объявил боевую тревогу заранее, чтобы все заняли свои места до того, как мы выскочим прямо в тыл эскадре аликов. Группа «Альфа» зайдёт с одной стороны, группа «Бета» с другой, не совсем клещи, но перекрёстный огонь точно должен получиться.
— «Эгида», начинаю переход!
— «Паллада», начинаю переход!
Вся мощь имперского возмездия обрушится на захватчиков, мы станем молотом, а «Кронос» будет наковальней, об которую мы и размажем альянсовский флот.
— Начинаю переход в гиперпространство, — объявил по корабельному интеркому старший помощник.
Раз… Два… Три… Четыре… Пять.
И мы на месте. Всегда бы так.
ТХ-2108 встретила нас ослепительно ярким белым светом нейтронной звезды, возле которой «Кронос» отбивался от атак «Либерти» и «Индепенденса», пока вся остальная мелочь пыталась сбить с него щиты. Вебер заглотила наживку. По самые гланды.
— В атаку, в атаку! — приказал я всей эскадре сразу.
Заход с тыла в космическом бою хоть и нечасто, но всё же бывает, нас почти сразу заметили, начали разворачиваться. Я не отрывал взгляда от развёрнутой карты, даже почти не моргал, чтобы ничего не пропустить. Жалел только о том, что не могу пойти на мостик и лично повести «Гремящего» в бой.
Обе группы шли строем, второй раз я такой ошибки не допущу. И огонь мы открыли одновременно, поливая растерявшихся аликов из всех стволов.
Я с холодным мрачным удовлетворением смотрел, как гаснут иконки на карте. Минус корвет. Минус эсминец. Крейсер подбит, тушит пожар, не боец. Вице-адмирал Платонов, прищурив глаза, делал то же самое, подсчитывая вражеские потери. Перекрёстный огонь творит чудеса, по сути, мы закинули аликов в котёл и захлопнули крышку. Ещё и «Кронос», мгновение назад бывший загнанной в угол жертвой, теперь показывал себя во всей красе.
Флагман Свободного Флота резко изменил направление, ушёл вниз на предельном ускорении. Адмирал Вебер, видимо, поняла, что здесь, кроме лазеров и боеголовок, ловить нечего. Вслед за «Либерти» уходить начали и другие корабли, и мы теперь могли их практически безнаказанно расстреливать. Словно взлетевших уток или тарелочки, выпущенные машиной. Они даже огрызаться перестали, сосредоточившись на манёвре отхода. Слишком большие потери они понесли в один момент, настолько, что дальнейшее сопротивление привело бы к гибели всего флота.
— Прикажете начать преследование? — хищно улыбнулся вице-адмирал.
— До границ системы, — кивнул я. — Не увлекаться.
Платонов передал мой приказ всем кораблям, мы отправились в погоню, чувствуя настоящий охотничий азарт, будто свора гончих, преследующих лисицу.
  
Оба линкора Свободного Флота уцелели, хоть их изрядно потрепало, зато мы выбили чуть ли не половину всяческой мелочи, так что силы более-менее уравнялись, даже более того, мы получили незначительный перевес. Поэтому адмирал Вебер решила срочно уносить ноги.
Мы сели им на хвост всей эскадрой, алики выжимали из своих манёвровых движков всё, что могли, пытаясь ещё и уворачиваться от наших залпов. Они неизбежно растянулись, так что мы, подобно волкам, преследующим стадо оленей, выцепляли отстающих.