Измена. Сегодня меня бросят (СИ)

Я тоже раньше верила в сказки.
Пока мне не показали, что не все они заканчиваются на «долго и счастливо».
* * *
Руслан смотрит на меня как-то по-другому. По-новому, что ли.
Никогда прежде не замечала, чтобы его взгляд, устремленный ко мне, был именно таким.
Не только удивленным.
Он словно и не знал настоящей Маши Кирсановой… не за горами уже Уваровой.
  
Надеюсь, что не за горами!
Конечно, я ведь простая всегда была, как пять рублей. Послушная, удобная, правильная и хорошая во всех отношениях.
Надо быть осторожнее с добротой. Иначе в один прекрасный момент ее подло и грязно используют против тебя.
Как и случилось у нас с Русланом…
Смешно.
Вот стараешься, чтобы лучше поступить.
Построить с мужчиной идеальные отношения. Здоровые, адекватные, без взаимных претензий и недопониманий.
Где-то навстречу идешь и думаешь, что это нормально… так у всех семей.
Сто лет назад было, сейчас и спустя пятьсот ничего не изменится в нашем мире.
Нельзя только получать, отдавать в партнерстве тоже нужно.
Мы, женщины, часто не замечаем, как отдаем, еще раз отдаем и снова отдаем! Ничего взамен не получаем.
Разумеется, пары разные бывают. Порой и женщины попадаются токсичные и эгоистичные. Но история сейчас не про них.
Боже мой!!!
Я ведь столько времени на психолога убила со своими постоянными срывами и депрессиями, а всего-то хватило получить единственный, идеально точный удар наточенным ножом в спину, так, что лезвие прошло прямо сквозь сердце, пронзив его и оставив внутри несколько маленьких осколков.
Больно, да. Адски!
Зато отбивает всякую охоту романтизировать мужика.
А кто говорил, что все будет легко и просто?
— Браво, — криво усмехается Руслан, продолжая взирать на меня оценивающе.
Будто пристально под микроскопом рассматривает глупую, надоедливую, мешающую ему блоху.
— А на что ты рассчитывал, Рус? — всплескиваю я руками. — Это мои пять процентов. Захочу — вообще себе оставлю.
Начинаю раздражаться.
Неужели он вообще дурой меня считал⁈
Наивной клушей, у которой в голове вместо мозгов вязкий кисель. В одно ухо втекает, в другое — вытекает.
— Ты и без того получишь прилично, — его глаза превращаются в две узкие щелочки от злости. — Мало тебе, да? Решила отыграться?
О, БОЖЕ.
— Если бы я хотела отыграться за измену, то оставила бы тебя с головой задницей. А пятьдесят процентов совместно нажитого имущества — это честно.
— Да ладно⁈
Он старается сохранять спокойствие, но я давно знаю Руслана. И сейчас почти бывший муж очень раздражен.
Похоже, и правда был уверен в том на всю тысячу процентов из ста, что ему его проклятые акции в виде подарочка на четырнадцатое февраля преподнесу на блюдечке с золотой каемочкой.
Наивный чукотский мальчик.
Кто же виноват в том, что его желания не оправдались?
Жизнь сурова, но на то она и жизнь.
— А ты решил, будто на круглой дуре женился, милый?
Он приглушенно смеется. Берет меня под локоть и настойчиво отводит в сторону.
От прикосновения Руслана тело начинает бить ледяной озноб.
По коже бегут липкие мурашки.
Им плохо… будто лихорадит от страшной неизведанной простуды, против которой пока еще нет лекарства. Не придумали. Колите наобум сильнодействующие антибиотики сколько душе угодно — все без толку.
— Я всегда знал, что ты умная женщина, — говорит он. — Не передергивай.
— Тогда ты прекрасно понимаешь, что я имею полное право на эти несчастные пять процентов.
Хотите честно?
Вот нафшг мне не упал бизнес Кирсанова. Но теперь… да я теперь чисто из принципа на своем стоять буду!
— Надо же, она иголки выпустила. Забыла, что это моя компания, которую я с нуля поднимал?
Да-да. Еще в то время, когда мы просто встречались.
— А ты забыл, что мой отец кучу денег в нее вбухал, когда твои родители и пальцем не пошевелили, чтобы помочь своему сыну с начальным капиталом. Они ведь не верили, что это не очередная твоя блажь. Мол, деньги тупо в унитаз спустишь.
Кулак Руслана врезается в стену. Непроизвольно вздрагиваю.
— Я свой долг Петру Ильичу сполна выплатил, — цедит сквозь зубы. — В конце концов, он один из главных акционеров и член совета директоров.
К слову, родители Руслана далеко не бедные люди. Наши отцы даже как-то вели совместный проект в прошлом. Я тогда еще в школе училась.
— Не нужно передо мной оправдываться.
Пробую уйти, но Рус удерживает меня, поймав за талию.
Мы теперь стоим слишком близко друг к другу. Кажется, еще чуть-чуть и лбами соприкоснемся.
Чувствую себя неуютно. Загнанной в клетку мышкой. Вот-вот и большой страшный кот слопает меня, даже не поперхнется.
Не знаю, чем бы все в итоге закончилось.
Может, я бы набралась смелости и врезала ему между ног как следует. Напрашивается же, гад этакий!
А другого «может» мы с вами не узнаем, потому что очень вовремя из-за поворота вылетает Ангелина, вышагивая на своих сногсшибательных шпильках по больничному коридору, будто по подиуму.
Так и не скажешь, что сестрица в положении находится. Впрочем, ничего удивительного. Лина всегда была очень зависима от своего внешнего вида.
Она пролетает мимо нас, направляясь к тридцать пятой палате, где лежит наша мать. Но замирает в самый последний момент, круто разворачивается, пронзает меня по-настоящему убийственным взглядом, сделавшись похожей на натуральную Медузу Горгону, и идет обратно.
— Поздравляю, — усмехаюсь я. — Вот и первая сцена ревности, Кирсанов.
Отстраняюсь от будущего бывшего мужа, отталкивая его от себя, и почти бегу к родителям. Узнаю, что там с матерью, поддержу отца и сразу домой…
Лина намеренно толкает меня плечом, прошипев тихо-тихо:
— Оставь моего мужа в покое!
— А он пока еще мой муж, — парирую в ответ я.
Зачем я это делаю? Да черт его знает!
  
Глава 30
 
Серьезный разговор
 
/Маша/ 
Противно смотреть. Просто тошно!
На то, как моя стерва мать виртуозно играет роль главной великомученицы. Коварства и хитрости ей точно не занимать.
Из нее великолепная актриса бы получилась.
Она могла бы с грациозной легкостью претендовать на любую из престижных кинопремий. «Оскар» или «Золотой Глобус». Все они украшали бы ее персональную полочку с трофеями.
Потому что Каролина Уварова — прирожденная победительница. Как Баффи Саммерс, только охотница не на вампиров, а на состоятельных мужиков, вроде моего отца.
А принимая в расчет откровенно неприятный разговор родителей, который я ненамеренно подслушала, становится еще более мерзко.
Она отвратительна!
Неужели нельзя с достоинством принять свои ошибки, сделать выводы и отпустить мужчину, с которым ты рядом находишься больше тридцати лет своей жизни? Да это низко!
Стою у окна рядом с отцом, молча оглядывая свою сумасшедшую семейку Аддамс.
Хоть смейся, хоть плачь…
Мать всю жизнь изменяла папе, обманывала его, выдала дочь от постоянного любовника за его родную кровиночку.
Меня с самого детства на задний план задвигала.
Впрочем, вернее будет сказать, что она меня просто ненавидела за то, что я в принципе есть, существую в этом ее идеальном мире. Жалкая, неугодная и нелюбимая дочь.
А младшая сестра, эта самая лучшая дочка на всем белом свете, проснулась однажды и решила забрать моего мужа себе. И у нее все прекрасно получилось, черт возьми!
Вот сейчас взгляните на них…
Голубки прямо влюбленные.
Ангелина ластится к нему влюбленной кошкой. Руслан сдержанно улыбается, прижимая ее к себе. Бе-еее, почему так сладко? 
  
Зачем свадьбу ждать? Пусть сюда выездную регистрацию закажут.
Ой… нет!
Мы ведь с Русланом пока в официальном браке. Документы на развод он до сих пор не подписал. Тянет чего-то кота за меховые шарики.