Свести с ума дракона (СИ)

Рогатая голова резко обернулась в ее сторону, узкие ноздри раздулись, и губы обнажили ужасающие клыки.
Сердце неровно дрогнуло, гулко ударяясь о ребра. Дыхание перехватило. Перед глазами заскакали яркие искры, и мир вокруг начал стремительно темнеть.
Розалин обреченно заглянула в глаза приближающейся смерти и потеряла сознание.
Глава 3
Всполохи боли и накатывающей тошноты все усиливались. Грудь сдавило словно тисками, и каждый вдох давался с трудом. Виски неприятно пульсировали, кровь громко стучала в ушах, постепенно приводя в сознание.
Розалин приоткрыла глаза. Вокруг царил полумрак. Ее тело мерно раскачивалось в воздухе. Передняя часть плаща сильно врезалась в грудь, платье неприятно давило на живот. До каменистой земли было не меньше полутора метров свободного падения.
Паника мгновенно разрослась в сознании, и Розалин попыталась вывернуться и ухватиться руками, за что бы она там ни зацепилась. В шею вдруг дохнуло жаром, и гулкий рокот рыка дрожью прошел через все тело.
Розалин в ужасе застыла, вспоминая, что на нее напал дракон. Стараясь больше не шевелиться и не провоцировать огромного монстра, она лихорадочно просчитывала варианты остаться в живых. В голове проносились десятки прочитанных сказок и легенд о драконах. Во всех них они представали ужасными чудовищами, которые сражались с рыцарями за прекрасных дев и золото. Победитель получал все: рыцарь — богатство и жену, дракон — двойной обед и трофейные доспехи с оружием, которые добавлял к своим сокровищам. Так или иначе шансы были не в ее пользу.
Глаза метались из стороны в сторону, пытаясь найти спасение, которого не было. Вокруг повсюду были камни: и на полу, и на стенах, и на потолке. В редкие трещины проникал бледный солнечный свет, слабо освещая окружающее пространство. Хотя толку от этого? Кроме гладких скал, здесь не было ничего, даже растительности.
Розалин снова покачнулась, когда дракон свернул в какое-то ответвление. Плащ неприятно сдавил грудную клетку, сбивая дыхание. Ткань жалобно затрещала.
Пошевелиться, чтобы ослабить давление, Розалин не решилась. Она уже догадалась, что дракон нес ее, держа за шкирку, то есть за плащ и ворот платья, как какого-то котенка.
Допрыгалась… Надо было сидеть дома и слушаться отца. Теперь съедят ее и даже не подавятся.
Зато больше не нужно было идти замуж за этого тупоголового лорда.
Розалин зажмурилась, понимая, что это уже не шутки. Слезы набежали на глаза, и горечь сдавила горло, но плакать было слишком страшно. Вдруг это еще сильнее разозлит дракона. Хотя он больше не рычал. Только горячее дыхание касалось волос.
Сколько Розалин провисела, болтаясь в воздухе, она ни за что не смогла бы сказать. Солнечный свет давно померк. Пещера казалась бесконечной. Дракон то и дело сворачивал в разные ответвления, без труда ориентируясь в полном мраке. Розалин же догадывалась о том, что направление изменилось, только когда тело покачивалось в разные стороны и плащ больно врезался в ребра и грудь. Там наверняка будет синяк, и хорошо, если только один. Про отбитые при падении руки и ноги говорить даже не стоило.
Запах сырости усилился, и лабиринт наконец закончился. Дракон вышел в огромный грот и направился вперед, не сбавляя темпа. Розалин поморгала, заново привыкая к свету.
Потолки в гроте оказались настолько высоки, что здесь при желании мог свободно летать не один дракон. Где-то высоко наверху в скалах были трещины, через которые проникал солнечный свет, мягко рассеивался и освещал какие-то строения у дальней стены. Чем ближе огнедышащий ящер подходил к ним, тем явственнее становилось, что они все больше напоминали прекрасный дворец, созданный для драконов.
Широкий двор был вымощен плоскими мраморными плитами. Высокие массивные колонны поднимались на высоту нескольких этажей и поддерживали скалистый потолок над тремя огромными зданиями. Стены двух из них украшало серебро и золото. Солнце играло на драгоценном металле, и радужные отблески скакали по стенам пещеры.
 
Центральное здание оказалось просто огромным и походило на древний храм, вырезанный в скале. Похоже, это были покои самого дракона. Слева находилось не менее впечатляющее строение, из арочного проема которого наружу высыпались золото и драгоценные камни. Да ведь это сокровищница, и она явно была переполнена!
Дракон прошел мимо и остановился у третьего здания, оказавшегося двухэтажным особняком с нормальными для обычного человека пропорциями. Видимо, дом служил покоями для драконьих «гостей». Может быть, Розалин все же не съедят?
Дракон опустил ее вниз и разжал зубы, когда убедился, что она твердо стоит на ногах. Розалин неосознанным движением одернула плащ и юбку платья. Развернувшись, она с опаской уставилась на огромного ящера. Сердце гулко колотилось в груди, в животе царствовал холод, но искры перед глазами не скакали.
Убедившись, что она в обморок падать не собирается, дракон все так же молча сделал пару шагов назад. Распахнув широкие крылья, он несколько раз взмахнул ими, резко оттолкнулся лапами и взлетел.
Розалин зажмурилась и подхватила капюшон, когда порыв мощного ветра ударил в лицо. Гулкий звук крыльев стал чуть тише, и она приоткрыла глаза.
Дракон по спирали поднялся над дворцом и пролетел вдоль глубокой трещины в нескольких метрах от мраморных плит. Из его пасти вырвалось обжигающе-слепящее пламя, и стена огня взметнулась вверх, перекрывая единственный выход из грота. Путь к побегу был отрезан.
Розалин нервно обхватила себя руками, плотнее заворачиваясь в плащ. Дракон не убил ее сразу, не стал есть, когда принес сюда, и, судя по полыхающему огню, собирался оставить в живых на какое-то время. Но зачем?
Дракон, сверкая золотисто-желтой шкурой с черным пятнистым узором в свете огня, вернулся, подлетел ближе и аккуратно приземлился перед Розалин. Она непроизвольно шагнула назад и на мгновение прикрыла глаза, пряча их от поднявшейся пыли.
Огромная рогатая голова опустилась к земле, и пасть оскалилась, обнажая острые клыки. Два верхних оказались размером с половину ее руки! Еще две пары верхних и нижних были чуть короче, но все равно не менее внушительны. Про остальные острые зубы и говорить было нечего. Дракон мог бы без труда перекусить ее напополам и заглотить, даже не подавившись.
— Поиграем? — хрипло пророкотал огнедышащий ящер и дохнул на нее жаром.
Розалин испуганно вздрогнула, но с места не сдвинулась. Ноги, казалось, приросли к каменным плитам. Все, что она могла — это стоять, дышать и пялиться на жуткую драконью пасть. Его дыхание вкусно пахло жареным мясом и чем-то древесным. Желудок совершенно не к месту заурчал.
Дракон усмехнулся и поднял голову, глядя на нее черными, с золотыми лепестками вокруг вертикального зрачка глазами. Розалин обхватила живот руками и почувствовала, как румянец опалил щеки. Нашла чего стыдиться и, главное, когда. Хотя эта абсурдная ситуация помогла ей немного избавиться от сковавшего ее страха.
— Со мной нельзя играть, — набравшись смелости, тихо прошептала Розалин.
— Почему же? — снова оскалился огромный дракон, внимательно рассматривая ее. — Бегай, кричи, размахивай руками! Это же так забавно.
— Вовсе нет, — Розалин скривила нос и сделала робкий шаг назад. — Если мне суждено быть съеденной, я не хочу, чтобы по ту сторону горизонта предки попрекали меня тем, что я умерла шутом.
— Остальные именно так себя и ведут, — фыркнул дракон и выпустил кольцо белого дыма, которое разбилось о ее голову.
— Я не остальные! — возмущенно отмахнулась Розалин и гневно уставилась на ящера. Жаль, нельзя было убить взглядом. — И вообще! Меня нельзя есть. Я дочь герцога, владеющего этими землями. За то, что ты меня похитил, отец убьет тебя!
 
— Это мои земли, — оскалился дракон и покачал длинными темно-коричневыми рогами. — Люди здесь не властны.
— Куда ты меня утащил?
— К себе домой.
Дракон уселся на задние лапы и обернул вокруг себя хвост, совсем как кот. Крылья сложились вдоль тела. Черно-золотые глаза заинтересованно скользнули по фигуре Розалин, ноздри раздулись, и он снова оскалился.