Дистанция

Я рьяно срываю бирки, выбрасываю их в маленькое мусорное ведро, кладу платье на кровать и принимаюсь за прическу и макияж. Стоит только макнуть кисть в баночку с черной подводкой, и в голове возникают мысли о прошлых выходных. Похоже, Келлер не очень-то хотел снова меня увидеть. Ох.
Всю неделю воспоминания о его прикосновениях, его мощи, черт возьми, даже о его низком, хриплом, полном похоти голосе возбуждали меня до чертиков. И чтобы хоть как-то успокоиться, приходилось каждую ночь обращаться к своему фиолетовому другу.
  
Но каждый раз меня ждало разочарование. Нужно просто забыть о нем. Нельзя постоянно фантазировать о мужчине, с которым даже ничего не было. Он не мой и стать моим не может. Сегодня просто необходимо подцепить кого-нибудь и удовлетворить уже свою потребность. Сомневаюсь, что хоть один мужчина будет способен сразить меня, как Келлер, но имеет смысл хотя бы попробовать.
Мэдди входит в комнату, разодетая в пух и прах. Прямые волосы цвета платиновый блонд по-русалочьи прикрывают ее грудь. Естественный макияж подчеркивает высокие скулы, а прозрачный блеск привлекает внимание к пухлым губам. На ней платье оттенка серебристый металлик на тонких бретельках, и оно даже почти полностью прикрывает ее ягодицы. Полагаю, большинство платьев в ее случае кажутся экстремально короткими из-за того, что она выше ростом и ноги у нее от ушей. У меня такой проблемы нет.
Ставлю просекко на туалетный столик, и через тонкий край бокала от легкого удара переливается немного газированной жидкости.
– Си, до выхода всего полчаса. Давай уложу тебе волосы, – предлагает она и, не дождавшись ответа, уже берет фен и расческу.
Через тридцать минут мы готовы ехать.
Платье с блестками сидит как влитое. К нему я выбрала кроваво-красные туфли на каблуках и помаду им в тон.
Мэдди заплела пару прядей у лица во французские косички, а остальные завила крупными пышными локонами, желая подчеркнуть контраст между темными корнями и светлыми кончиками. Выглядит непривычно, но сексуально.
Сделав быстрое селфи, выкладываю фото на свой аккаунт, блокирую телефон и убираю его в черный кожаный клатч. И хватаю черную шубу. На прошлой неделе было чертовски холодно, а сегодня температура радует еще меньше.
– Си, только что написал Дэвид. Он едет в «Конечную зону» с парой приятелей из спортзала. Я сказала, мы будем там примерно через двадцать минут.
При упоминании клуба я мгновенно застываю на месте.
А вдруг он там?
Нет. Просто неделю назад «Конечная зона» только открывалась. Владельцу ведь не обязательно ходить в свой клуб каждые выходные?
Мэдди берет меня под руку.
– Если повезет, ты встретишь своего сексуального боксера.
Именно этого я и боюсь.
 
Глава 9
 
Келлер
 
Вечер пятницы. Я обещал Грейсону устроить в клубе вечеринку по высшему разряду, намереваясь загладить вину за то, что всю неделю вел себя как «конченый придурок» – и это цитата.
Прихожу на место пораньше, в кабинете наливаю себе скотча и просматриваю записи с камер наблюдения. На меня тут же накатывают воспоминания о прошлой пятнице, когда в этом самом кабинете на моих пальцах резвилась одна выдающаяся зажигалочка. Я почти ощущаю ее сладкий аромат. Он вызывает привыкание. Это опасно.
И все же я наблюдаю за тем, как люди заходят в клуб, и задаюсь вопросом, явится ли она. Хотя нет – я на это надеюсь. Что, черт возьми, со мной происходит? Эта женщина превращает меня в отбитого подкаблучника.
Я понимаю, что не должен ее хотеть. Мне ее не получить, но противиться своим желаниям сил нет.
В ее профиле в соцсетях я увидел, что сегодня она гуляет с подругой. И остается только верить, что ее великолепная задница очутится в моем клубе.
Грейсон пишет, что он уже в пути, когда я приканчиваю третью порцию скотча. Я продолжаю пялиться в монитор, и тут кое-что привлекает мое внимание. Выводя на экран камеру главного входа, я прищуриваюсь. «Это ты, принцесса?»
По дикому стуку в груди понимаю, что это она.
Она в очереди со своей подругой-блондинкой, которую я видел на прошлой неделе. Даже через экран заметно, как во время разговора загораются ее глаза. Почему меня волнует, что у нее есть друзья, способные о ней позаботиться?
Внезапно шею Сиенны обвивает пара мужских рук, и она откидывается на грудь этого мужчины, после чего поворачивается и одаривает придурка широкой, заразительной улыбкой.
На хрен. Это.
Едва ли не впечатывая стакан в стол, я вылетаю из кабинета, прижимая кулаки к бокам. И именно в этот момент замечаю Грейсона, идущего в сторону моего кабинета. У меня нет на него времени. Я не даю ему вымолвить и слова и говорю:
– Мне нужно срочно кое с чем разобраться. Твой столик в VIP-зоне. Назови охране свое имя. Встретимся через минуту.
Не дожидаясь ответа, тараном отправляюсь выполнять свою миссию – убрать этого парня от Сиенны.
Я всю неделю физически истязал себя, пытаясь выбросить ее из головы. Но хватило одного взгляда, чтобы все мои усилия пошли прахом. Каждая клеточка моего тела предостерегает меня, вопит, чтобы я остановился.
Может, мое сердце и способно биться и качать кровь, но оно не умеет чувствовать, любые эмоции в нем умирают.
В нем есть место только тьме.
Здесь нет света.
Я его не заслуживаю.
Чтобы быть чудовищем на ринге и костоломом на улице, я должен гнать свет из своей жизни. Я жажду тьмы.
Но, черт возьми, я согласен впустить свет, пускай всего на одну ночь.
Пока я проталкиваюсь через толпу в клубе, ярость разливается по венам, а в ушах стучит кровь.
Мы существуем всего две недели, а в заведении народ уже кишит кишмя. Я должен гордиться, ведь в жизнь воплотилось то, что я себе только представлял. В конечном счете, это средство достижения цели, часть сделки с Лукой. Он гонит через клуб грязные деньги, радует мафию и отпускает меня. Всего-то осталось стать чемпионом мира.
Бой назначен. До выплаты долга всего семь недель. Но я не могу сосредоточиться, пока не перестану думать о чертовой богине.
Первое правило в боксе: бейся с умом. А я вечно мыслями уношусь к ней. На ринге терять голову нельзя.
Черт, нужно успокоиться.
Есть вероятность, что Сиенна разозлится, ведь я не писал ей всю неделю. Но надеюсь, что уговорю ее согласиться на мое предложение.
Одна ночь разнузданного, грязного секса, а потом каждый пойдет своей дорогой. Легко, правда?
Протискиваясь мимо бесполезных вышибал, которых пора бы уволить, я изучаю толпу. Выслеживаю свою жертву, как волк на охоте.
Я узнаю ее из тысячи. Тело реагирует раньше, чем я ее вижу. Не мысли я рационально, предположил бы, что она меня приворожила. Еще ни одна женщина не производила на меня такого впечатления.
Вскоре я замечаю ее в толпе. Она выделяется среди всех. Ни один мужчина в этой вселенной не сможет игнорировать ее красоту. Проще говоря, она сногсшибательна. Взгляд ее пронзительно голубых глаз останавливается на мне, и, узнав меня, она широко улыбается, отчего ее лицо озаряется.
Черт, клянусь, когда она одаривает меня улыбкой, я забываю как дышать. Из легких выбивает весь воздух.
Я отвечаю ей дразнящей ухмылкой.
Часть ее волос заплетена в косички, а часть пружинящими локонами струится по спине. Под светящейся красной вывеской «Конечной зоны» ее сексапильное платье с блестками мерцает, отражая неоновый свет. И подчеркивает ее сногсшибательную фигуру. Готов спорить, без одежды она выглядит еще аппетитнее.
Какой-то придурок, положив голову ей на плечо, все еще обнимает ее за шею. Он довольно крупный, но все равно не сравнится со мной. Она поворачивает голову и что-то шепчет ему на ухо.
  
От этого зрелища у меня волосы встают дыбом, а от вида рук другого мужчины на ее нежной сливочной коже хочется убивать. Он смотрит на нее с беспокойством, а затем устремляет на меня встревоженный взгляд. Да, придурок, убирай руки. Я все еще стою у входа в клуб. Стоило бы подумать дважды. Не хватало перед боем засветиться еще в паре негативных статеек. Грейсон и так злится на меня после моей выходки.