Пропавшие брачные артефакты (СИ)
Тем временем, рыдающая Лиззель бросилась в покои вдовствующей королевы Гретхен. Вдовствующая королева Гретхен была неопределенного возраста и приходилась бабкой еще отцу Сигизмунда, но все называли ее бабушкой. Она еще смолоду была поклонницей эльфийских романов. Бабушка Гретхен встретила внучку в дверях и взволнованно спросила:
- Лизи, мои старые глаза меня не обманывают, и этот прекрасный Ланселот, который сейчас ест во дворе пироги с капустой, настоящий?
- Дааааа! - Лиззель рыдала, размазывая слезы по щечкам, - И дядя Сигизмунд собирается его казнииииить!
- Я правильно поняла, он тебе нравится? - заговорщически подмигнув, спросила бабушка.
- Да! - ответила, вмиг успокоившись, Лиззель.
- Так вот, по старинному закону Кромхольдских дев, осужденного нельзя казнить, если дева возьмет его в мужья. Ты можещь...
Последние слова бабушки Лиззель уже не слышала, она неслась во двор, где совместными усилиями всей челяди быстрыми темпами возводилась виселица гигантских размеров.
- Стойте! Дядя! По старинному закону Кромхольдских дев, я беру его в мужья! - выпалила Лиззель и схватила жующего пирог ошарашенного Фреда за руку.
В первый момент Сигизмунда взяла досада, что казнь не состоится, но потом, поразмыслив и взвесив все возможные выгоды, он признал ход бабушки (он не сомневался, чей мозг мог подобное измыслить) беспроигрышным. Он прищурился и спросил Фреда:
- Согласен ли ты взять в жены эту деву, или предпочтешь смерть?
- Конечно, согласен! Сказали тоже, смерть! Дураков нет!
- Вот и прекрасно! Свадьба через три минуты. Зовите священника!- объявил королевскую волю Сигизмунд, и вручил Фреду ту самую злосчастную эльфийскую книжку.
Через три минуты священник, загадочно поигрывая бровями, провел церемонию бракосочетания по укороченному сценарию, и счастливо избежавший одной петли Фред, даже не успел заметить, как влез в другую. Лиззель сияла, бабушка плакала от счастья, подданные с воодушевлением выкатывали из королевских подвалов бочки со знаменитым гномьим самогоном. Фред думал, что пока все идет хорошо.
К себе в покои гномий король отправлялся весело приплясывая.
- Маргит, - говорил он, мысленно обращаясь к покойной сестре. - Я выдал твою дочку замуж за такого парня, ты бы удавилась от зависти, если бы его увидела!
Тут он спохватился, что его может услышать не только покойная сестра, но и покойный зять, и уже более спокойным тоном добавил:
- Генрих, я просто имел в виду... Ну ты, сам понимаешь, парень крупный, и... кхммм, значит и детки будут тоже крупные!
В какой-то момент перед мысленным взором короля гномов явственно предстал его покойный зять. Глаза Генриха были налиты кровью, а его кулак нацеливается Сигизмунду прямо в глаз. Сигизмунд затряс головой, избавляясь от наваждения, и вприпрыжку побежал в кабинет. Там, закрывшись на ключ, он, наконец, расслабился, и смог заняться тем, чего ему хотелось еще с полудня. Гномий король вытащил из-за пазухи один тех самых эротических эльфийских романов, и отдался чтению. До начала свадебного пира у него был почти целый час.
Счастливый новоиспеченный муж Фред наконец-то обратил внимание на книжечку, которую держал в руках. Недоуменно посмотрел на королевский подарок, потом перевел вопросительный взгляд на Лиззель. Гномочка сначала смутилась, но очень быстро нашлась с ответом:
- Это ээээ...любимый роман дяди Сигизмунда. Да!
Фред постарался поскорее спрятать подальше злосчастный королевский подарок и вытереть руки. Потом он сгреб в охапку свое маленькое кругленькое сокровище и, шепча на ушко краснеющей и улыбающейся Лиззель о своих планах на ближайший вечер, понес женушку в сторону пиршественного зала. Потому что любые планы осуществляются значительно лучше на сытый желудок. На пороге пиршественного зала им повстречался король Сигизмунд. Фред как-то странно посмотрел на дядю своей жены и слегка шарахнулся в сторону, когда Сигизмунд двинулся к зятю с распростертыми объятиями. Пока шел веселый свадебный пир, во дворе срочно натягивали походный королевский шатер для новобрачных, и переделывали великанью виселицу в великанье брачное ложе.
***
Азгардберген. Дворец конунга.
Эрик Толстый, конунг Северного шельфа, уже второй час пытался добраться до покоев королевы, чтобы исполнить супружеский долг. Эти проклятые лестницы, они словно сговорились, и все уводили куда-то в сторону. Пение Эрика, а также различные обещания того, что он сделает с Ингрид, когда, наконец, до нее доберется, разносились по всему замку. По счастью, утомленный бесконечным празднованием замок, да и сама королева уже спали. Когда доблестный конунг добрался таки до королевской спальни, он хотел войти в дверь и не смог. Эрик попробовал еще раз, опять тоже самое. Тогда он разбежался и снова попытался - никак! Тут королю стало очень обидно, он крикнул в сердцах:
- Инга! Ты ведь никогда не запирала от меня эту чертову дверь! - крик перешел в шепот, - Ингочка моя... Ты меня больше не любишь...? Инга...
На шум проснулась королева Ингрид, увидела в сидящего дверном проеме расстроенного Эрика, и со словами:
- Мой пузатик, ты опять забыл снять свой рогатый шлем. Сколько раз тебе говорить, выходя из пиршественного зала, снимай его. Он же в двери спальни не проходит. - завела его в комнату бочком и пригнувшись.
Под ласковое бормотание королевы, расслабившийся конунг Северного шельфа, был избавлен от пресловутого шлема и прочих частей парадного костюма, переодет в пижамку, и наконец-то уложен спать. В замке воцарилась тишина (точнее, мощный храп). О побеге принцессы пока что никто не знал.
Все выяснилось утром.
Глава 5.
Риверпонтос. Королевский дворец.
Утро началось для королевы Матильды с доклада заикающегося начальника охраны о том, что наследника Эпамвлитанассиоса (сиречь Паблито) нет в покоях, и вообще, его нигде нет. Матильда строго приказала молчать о случившемся, а сама, кипя тихим бешенством, подошла к зеркалу и набрала по прямому каналу свою подругу Морриган. Этот канал предназначался только для экстренных случаев, и пользовалась королева им всего пару раз, когда надо было предупредить подругу об опасности. Теперь помощь требовалась ей самой. Морриган ответила сразу:
- Тильда, у тебя что-то случилось? - на Матильду смотрела жующая рогалик заспанная демонесса с чашкой дымящегося кофе в руке.
- Мори, у меня просто здесь дела, просто п...ц, приезжай, если сможешь.
- Сейчас буду, - Морриган сразу посерьезнела. - Не придумывай себе там ничего, ради Бога, все решаемо.
Давняя подруга королевы демонесса Морриган была полукровкой с изрядной примесью драконьей крови. Она училась вместе с Матильдой на юридическом в МеМУ. После окончания университета Матильде пришлось вернуться к мужу, который и отправил ее на учебу, и вообще все эти годы ждал, пока девочка вырастет. Дальше ждать уже было нечего. В отличие от замужней Матильды, Морриган была абсолютно свободна. Сначала она занималась адвокатской практикой, но скоро ей стало скучно копаться в бумажках о разводах и дрязгах из-за наследства. Обусловленный драконьей половиной авантюрный характер демонессы и пытливый ум, доставшийся ей в наследство от старого черта (извините, демона) дедушки, нуждались в более активном образе жизни. И Морриган занялась сыском, а найти она могла все что угодно, заказы у нее были разнообразные и невероятно интересные. Кроме всего прочего, Морриган иногда, для души, подрабатывала свахой. И, если вчера Матильде нужна была сваха, то сегодня ей потребуются все криминальные способности ее гениальной подруги.
Через несколько минут элегантная демонесса в эльфийском мужском костюме вышла из портала. Королева ждала ее, и тут же увела в свои покои. Там, за полностью звуконепроницаемой завесой, две давние подруги обсудили создавшееся положение, и выработали план.