Наследник графа Нортона (СИ)

-Видимо, узнав, что пропало ожерелье, вспомнила она о своем потеряном счастье, а доктора не было рядом.
-Да вы знаете, слабое сердце...
Эти разговоры велись на все лады. С утра до ночи кумушки вспоминали, как хороша была леди Эвелин в сапфирах, и как гордился её красотой её возлюбленный муж, сэр Лоренс.
-Они познакомились на приёме в честь её шестнадцатого дня рождения. И с тех пор не расставались, пока смерть не разлучила их...
  
А теперь они были вместе.
Мелани с трудом сидела на своём месте, слушая все эти разговоры и изо всех сил сдерживая слезы. Она успела полюбить леди Эвелин, и её ужасная смерть, причиной которой нечаянно стала она сама, камнем лежала у неё на сердце.
-Мамочка, а бабушка на Небесах? - Эмми смотрела на неё заплаканными глазами, а Мелани понимала, что её семейное счастье навсегда закончилось.
-Да, дорогая. Её муж, который давно умер, позвал её к себе. Теперь им хорошо вместе.
-Но мне так плохо без нее! - Эмма плакала, и Мелли ничего не остаавалось, как заплакать самой.
Сил все это выдержать у неё больше не было. Утешить её мог только малыш Себастьян, который как раз начал произносить первые слова. Мелани спешила к нему, чтобы обнять сыночка, понимая, что жизнь продолжается, и что она обязана быть сильной ради своих детей.
Отдала бы она ожерелье, если бы знала, к чему все приведет?
Мелани не знала. Спасение чести её сына Адама стоило денег. Но стоило ли оно жизни доброй леди?
-Мне прислали письмо из Ливерпуля, будто там нашли ожерелье. Один из ценителей видел его среди продающихся у ювелира украшений, - сэр Ричард стоял перед Мелани, похожий на призрак самого себя.
Он был привязан к матери больше, чем любил ее, Мелани, знала она. Но известие, что ожерелье цело, заставило Мелани сесть и закрыть лицо руками.
Правда может выйти наружу! Что делать? Ждать, когда её муж узнает её в Ливерпуле, или ехать туда с ним, самой, постараться первой добраться до этого злосчастного ожерелья? Правда убъет ее саму, искалечит жизнь лорда Александра и их сына! Мелли с трудом заставила себя собраться с мыслями.
-Вы поедете в Ливерпуль? - спросила она, всхлипнув.
Сэр Ричард покачал головой.
-Нет. Ожерелье привезут в Лондон.
Это оказалось не то ожерелье. Мелани так сильно молилась об этом, что молитвы её были услышаны. Это было совсем другое ожерелье, более дорогое, изящнее. Каждый день, проведённый в церкви, был оправдан этим фактом. Мелани намотала на голову самую тёмную вуаль, когда сэр Ричард сообщил, что привезли ожерелье. Она боялась, что он увидит страх, ужас на её лице. Но вуаль помогла скрыть невероятную радость и облегчение от того, что ожерелье - совсем не то! Неужели её кузену достало ума переплатить его и продать камни отдельно? Ведь он тоже не хотел прослыть вором...
-Мы продолжим поиски, - сказал сэр Ричард, разочарованно смотря на драгоценность, - я никогда не остановлюсь, пока не найду его. Ради памяти матери.
Мелани, чувствуя себя настоящей преступницей, которой она и была, положила руку ему на руку. Пальцы её дрожали.
-Возможно, его уже нет, - сказала она, скрывая радость, - возможно, его переплавили.
-Я все равно буду его искать, - он обернулся к жене, и Мелани увидела, как зло сверкнули его глаза, будто он догадался о её преступлении, - тот, кто совершил это, кто убил мою мать, пожалеет, что родился на свет!
Сэр Ричард ушел. Мелани же стояла, смотря на сияющие на солнце сапфиры. Она жалела, что родилась на свет. Вся жизнь её - сплошные ухабы. Счастье изредка заглядывало в её окно. Да и не умела она быть счастливой, каждый раз ожидая подвоха. Она была счастлива, живя в семье сэра Ричарда, но постоянно ждала, когда же счастье закончится. Оно закончилось. На днях. Навсегда. Разве сможет теперь она быть спокойной, зная, что ожерелье в любой момент может появиться снова и сломать не только её жизнь, но и жизни всех любимых ею людей?
Пройдёт время, муж её успокоится и примет уход леди Эвелин. Он привыкнет жить без нее. Но Мелани никогда не простит себе этого преступления. И никогда не сможет смотреть ему в глаза, зная, что она виновата в том, что произошло. Она обманывала его, а потом ограбила. И убила леди Эвелин. Это ли её благодарность за любовь? Как ей просить прощения, как доказать сэру Ричарду, что она благодарна ему за все, что он и его мать сделали для нее?
Ей было страшно. Сердце подсказывало, что она никогда не сможет доказать ему этого. Она не могла полюбить сэра Ричарда даже теперь. Но и жить с ним, понимая, что сделала его несчастным, она не могла. Бросить его и уехать тоже не могла. Ведь он только что лишился матери, и было бы предательством оставить его одного в этом горе.
-Мамочка, давай поедем в лес, я бы хотела порисовать деревья...
Эмма стояла перед ней в сером платье, отделанном чёрными лентами. Она давно ничего не рисовала, только плакала. Но детское горе мимолетно. Скорбь Эмми стала уходить, и ей захотелось заняться тем, что она любила.
-Конечно, езжайте. Прошло уже два месяца, - сэр Ричард отвлёкся от чтения газет, - девочке нужно развеяться. Нельзя постоянно грустить, детям это вредно.
Эмма радостно побежала наверх, чтобы собрать вещи. Мелани смотрела ей в след.
-Не рано нам развлекаться? - спросила она.
Сэр Ричард поднял на неё глаза. В последнее время он начал отходить от постигшего его удара и выходил утром пить кофе и читать газеты. Жизнь брала свое, оставив леди Эвелин в прошлом.
-Эмма всю весну просидела дома без подруг и картин. Ей пора заняться обычными делами. Пусть пока не снимает траур, но она вполне может ходить к подругам. Бедная девочка совсем одичает.
На глаза Мелани навернулись слезы. Господь послал ей лучшего мужа из возможных, а она так отблагодарила его. Сэр Ричард снова посмотрел на нее, заметив слезы.
-Дорогая моя, я очень ценю, что вы так любили мою мать. Но мы должны жить дальше.
-Я так благодарна вам за все, что вы сделали для меня и моих детей! - воскликнула Мелани, бросаясь к нему.
Она упала на колени и обняла мужа за шею, зарыдав на его плече.
-Мелани, что с вами?
-И леди Эвелин, она была так добра ко мне и к детям! У неё было слишком большое сердце, чтобы вместить всех нас, но слишком хрупкое, чтобы выдержать удар!
Он обнял ее, ища её губы.
-Ни я, ни моя мать ничего не сделали для вас, Мелли. Вы и дети внесли радость в нашу жизнь, достаточно обыденную. Леди Эвелин была счастлива, когда вы пришли к нам. Она любила и вас, и Эмму. И безумно любила Себастьяна. Поэтому вы ничего не должны нам, тем более, это я благодарен вам за все счастье, что вы принесли в наш дом.
Мелани окончательно расклеилась, понимая, что никогда не сумеет вымолить его прощения, если он узнает правду. Она рыдала, ни в силах остановиться, а он целовал её и гладил по волосам, и в этой ласке было что-то, что заставляло её рыдать ещё сильнее.
-Нам нужна дочь, - сказал наконец сэр Ричард, когда Мелани немного успокоилась, - мы назовём её Эвелин. И пусть она будет похожа на свою бабушку, хоть и никогда её не увидит.
  
Глава 12. Воплощение страха
 
Лето семья сэра Кортни провела на побережье. Решив развеяться, сэр Ричард собрал домочадцев и отправился в небольшой дом в Корнуолле, принадлежавший его дальнему родственнику. Родственник много лет не посещал поместье и был рад, что кто-то возродит дом к жизни, пока его нет.
Эмма рисовала морские пейзажи, марины. Сэм, приехавший на каникулы из школы, носился с палками по всей округе, подружившись со всеми сорванцами из соседних поместий. Себастьян играл камнями и песком, строя замки и выкапывая ямки, куда просачивалась морская вода. Мелани и сэр Ричард бродили по парку и побережью, и мир между ними постепенно восстанавливался, а преступление, которое Мелани удалось скрыть от мужа, постепенно забывалось. Ожерелье с сапфирами не тревожило их дум. Агент, которого нанял сэр Ричард, не давал о себе знать. Видимо, не было второго подобного ожерелья, а то, что было, исчезло, либо на века осев в коллекции какого-нибудь миллионера из Америки, либо превратившись в горстку синих камней.