Биомеханический барон (СИ)

— И почему же? — Захар натянул картуз на лоб, чтобы хотя бы девки поменьше пялились.
— Потому что они не сбежали, бросив нас на растерзание тварям. Они бились до последнего, хотя и сами могли погибнуть.
— Ага. Хабар они свой стерегли. В том числе двуногий.
— Я не знаю, кто вы на самом деле и откуда взялись, но клянусь кровью — если навредите моей семье, я достану вас с того света.
— Дворяшки — не твоя семья, — фыркнул киборг. — И однажды ты в этом убедишься.
Горничная ничего не ответила, предпочтя остаться при своем мнении. В молчании спутники углубились под сень просторного парка у Мордвиновского дворца, двигаясь к порту вдоль заточенной в камни Дерекойки.
И стоило им отойти подальше от оживленной улицы и скрыться от посторонних глаз за изгородью кипарисов, как дорогу им заступила троица забулдыг в замызганных костюмах. Несмотря на пропитые рожи и бомжеватый вид, сканер сразу заметил револьверы в карманах и ножи за голенищами — слишком уж характерно топорщилось оружие из-под одежды.
— А кто это тут шляется? — прохрипел один, сверкнув золотым зубом. — Да сразу после дырявой ночки? Уж не бестии ли, что людские шкуры на себя натянули?
— Упыри, небось, — хохотнул второй и достал ржавый кинжал. — Вот и лазят в тени, кровушку свежую ищут.
— Надо бабу раздеть, — третий шагнул вперед и жадно облизнулся. — Да на солнце божье выставить. Не сгорит — значит, не упыриха.
— Стало быть, — подытожил вожак, — можно употребить по прямому назначению.
— Жди здесь, — сказал Захар служанке. — Я скоро.
— Эй-эй, бугай! — бандит вытащил наган. — Давай не дури. Пуле на твой рост плевать.
— Ага.
Киборг вскинул руку и ударил золотым лучом по глазам вожака. Тот взвыл и обхватил ладонями лицо, покрасневшее, как после часа сварочных работ без маски. Сосед поймал огненный шар в голову, отчего сперва вспыхнул котелок, а затем и длинные сальные патлы.
Спасаясь от пламени, незадачливый разбойник сиганул в реку, но та в середине лета сильно обмелела, и, судя по хрусту и звериному воплю, засранец сломал ногу при неудачном приземлении. Третий же предпочел не нарываться, бросил оружие и драпанул в кусты.
Захар использовал толику магии Воздуха вкупе с бионическим модулем и ускорился так, что поймал бы на лету арбалетный болт. А уж косолапого ожиревшего пьяницу настиг в два счета, и сперва приложил мордой об дерево, а затем наподдал коленом промеж ног — так, чтобы навсегда отвадить желание раздевать посторонних баб.
— А разговоров-то было, — охотник поднял оброненный револьвер и сунул за пазуху.
И только тогда увидел неподалеку незнакомца в белом кителе с аксельбантом и длиннополом пальто с накидкой на плечах, подобное которому любил носить Пушкин. На груди алела портупея тяжелой рапиры, в кобуре на поясе виднелась посеребренная рукоять крупнокалиберного кольта. Сам же человек отличался худобой и высоким ростом, вытянутое лицо обрамляли жидкие черные волосы, а на правом глазу поблескивал монокль.
— Какое необычное сочетание колдовства и боевого искусства, — не с хвальбой, а скорее с подозрением произнес дворянин. — Никогда не видел такого прежде. Как, впрочем, и вас.
— А вы, собственно, кто? — нахмурился Захар.
— Ох, где мои манеры? — мужчина поднес к лицу пальцы, точно надел невидимую маску, и поклонился — плавно, как заводная кукла. — Лев Николаевич Белаго, экзарх Пресветлого Синода в Ялтинском приходе.
— Что ж, приятно познакомиться, — парень приподнял картуз и двинул дальше вдоль речки.
— Постойте, — окликнул его священник. — По правилам этикета и банального приличия принято представляться в ответ. Могу я узнать ваше имя?
— Захар.
— Захар? — мужчина вопросительно изогнул бровь, явно ожидая продолжения.
— Захар Михайлович.
— А фамилия у вас есть? Вы же чародей — неужто есть причина скрывать свое происхождение?
«Вот же докопался», — подумал киборг. «Как полицейский в пятницу у бара».
— Титов. Захар Михайлович Титов.
— О, — экзарх свел руки за спиной и подошел едва ли не вплотную, сверля чужака настороженным взором. — Так вы, получается, родственник Сергея Ивановича?
— Да. Очень дальний. Прибыл вот… отдохнуть. В море искупаться, свежим воздухом подышать.
— У вас весьма необычный вкус к одежде для родственника барона.
— А… — Захар до предела напряг аналитический модуль. — Просто я толстовец.
— Даже так? — тон сменился с подозрительного на удивленный. — Это многое объясняет. Не против, если мы немного пройдемся?
— Я спешу…
— Я пойду быстро, — Белаго ядовито улыбнулся. — И не отниму много времени.
Охотник вздохнул, и они вдвоем зашагали по набережной.
— Кстати, вам известно о давнем земельном споре между вашим патриархом и родом Игнатовых? — после недолгого молчания спросил спутник.
— Нет. Меня в такие вопросы не посвящали. Видимо, не хотели портить отдых. А что?
— Дело в том, что суд встал на сторону истца — то есть, господина Игнатова. И предписал Титову либо отдать надел, либо выплатить компенсацию хрусталитом. И Демьян Антонович сообщил мне, что прошлой ночью отправил младшего сына за долгом, а тот куда-то пропал.
— Действительно, — Захар усмехнулся. — Куда же мог пропасть чародей ночью, когда Прорех в округе вылезло больше, чем грибов после дождя.
— То есть, вы его не видели?
— Можете сходить и посмотреть, как сейчас выглядит наша усадьба, — киборг махнул куда-то за спину. — Ее словно из пушек бомбили. И поверьте — у нас и без того хватало хлопот, чтобы еще следить за соседями. Собственно, я и хожу сейчас в этом тряпье, потому что мой костюм нещадно пострадал в схватке с чудовищами.
— Вы же сказали, что толстовец.
— Да, — имплантат сразу подсказал, как исправить показания. — Но толстовцы облачаются как холопы только в своих усадьбах — так работать удобнее. А в мир выходят как подобает дворянам — пусть без шика и богатства, но все же в костюмах и платьях. Я же вынужден гулять вот так, — он развел руками. — Спасибо Тьме, чтоб ее Бездна сожрала.
— Ваши слова — да богу в уши, — Белаго с пониманием кивнул. — Но разве не проще послать слуг?
— Во-первых, нужно снять мерки. Я, как вы могли заметить, не самый габаритный индивид. А во-вторых, только представьте, что случилось бы, если бы меня не оказалось рядом, — киборг указал на корчащегося под деревом главаря.
— Ваша правда, — сказал экзарх. — Мои послушники сейчас прочесывают город в поисках недобитых чудовищ. Но надо обязательно сообщить обер-полицмейстеру, чтобы усилили надзор за криминальным элементом. Не хватало нам еще всплеска анархии и бунтов.
— Полностью с вами согласен. И если допрос окончен, я, пожалуй, пойду. Мне, если вы вдруг не догадались, сопровождение не нужно. Даже от экзарха.
— Обождите, — попросил Белаго, и Захар уже начал просчитывать варианты, как незаметно кокнуть этот банный лист и обставить место преступления так, словно эту занозу шлепнули бандиты. — Могу я взглянуть на ваши документы?
— Нет, не можете, — киборг осклабился. — Я их дома оставил.
— В чем причина?
— Чтоб не потерялись. Или не украли. Или какой-нибудь черт не порвал, как одежду. Какая разница? Разве моя магия — не документ? Или у вас тут и холопы колдовать умеют?
— Дело не в подлинности вашего дворянства, — Лев Николаевич смерил парня хмурым взором. — А в том, что вы можете быть вражеским шпионом.
— Шпионом? — Захар запрокинул голову и в голос рассмеялся. — С моей-то внешностью? Чтобы любой городничий мог найти меня по одному описанию — охрененно высокий и здоровый мужик?
— Охре… — чародей повертел бранное словечко на языке, — ненно?
— Я толстовец, — буркнул киборг. — Имею право выражаться.
— Пожалуй, вы правы. Более приметный облик, чем у вас, разве что у порождения Тьмы. Всего хорошего, ваша милость. Постарайтесь не отлучаться далеко от города. У меня могут возникнуть новые вопросы.
— До скорой встречи, — Захар с издевкой поклонился и махнул картузом, как француз — треуголкой.