Навечно моя (ЛП)
Но капитан — капитан моего сердца — он был единственным, кого мне всегда хотелось больше.
Телефон пискнул, напоминая о предстоящем звонке по видеосвязи с Лалой. Приемы на сегодня закончились, так что время было идеальным.
Я закрыла дверь, поспешила к столу и приняла звонок.
— Привет, — сказала я, наклонив голову и улыбнувшись своей лучшей подруге.
— Привет. Ну как твоя неделя? Уже начала принимать игроков?
— Да. Тренер Балби хочет, чтобы я познакомилась с каждым лично, и, честно говоря, это оказалось приятнее, чем я ожидала, — я хихикнула.
— Уверена, Хоук забронировал у тебя полдня встреч.
— Ты же его знаешь. Он весь день заходит и выходит, и это так удивительно — быть здесь, вместе.
— Я рада видеть тебя счастливой, Эв. И очень горжусь тобой за то, что ты не впала в панику, когда не могла его найти, и за то, что не побоялась следовать за своим сердцем.
— Ну, я немного впала в панику, — призналась я.
— А потом взяла себя в руки. Ты перестала убегать.
— Да. И это потрясающее чувство.
— Теперь, когда ты попробовала настоящего счастья, я думаю, ты будешь бороться за него всегда, — сказала она, и уголки ее губ дрогнули в улыбке.
— Ты выглядишь как-то по-другому. Что происходит? — я вгляделась в ее лицо. — Ты буквально светишься.
— Я беременна! — взвизгнула она.
— Что? Боже мой, Лала! Я так счастлива за тебя. А что сказал Грейсон?
— Он был в полном восторге. Я завернула в подарок слюнявчик с надписью «горячий папочка» и вручила ему. Так он тут же начал делать детскую страховку для всего дома, когда узнал новость вчера вечером.
— Вы будете потрясающими родителями! Боже мой. Ты и Виви — обе ждете малышей. Я не могу поверить.
— Да? И что ты об этом думаешь? Ты ведь всегда говорила, что никогда не выйдешь замуж и не заведешь детей. А посмотри на себя сейчас, девочка. Ты живешь своей лучшей жизнью.
— Чертовски верно. Мне понадобилось время, чтобы прийти к этому, но теперь… я определенно думаю об этом.
Она присвистнула:
— Могу поспорить, твой горячий парень будет более чем счастлив подарить тебе пару малышей.
Я откинула голову и рассмеялась:
— Думаю, придется сказать ему, что у него зеленый свет. Не сегодня… но однажды.
— «Однажды» — это хорошо, Эв. Я люблю тебя.
В дверь постучали.
— Ладно, я тоже тебя люблю. Я так счастлива за тебя. Позвоню завтра.
Мы попрощались, и я крикнула:
— Заходи!
— Готова домой? — спросил Хоук, заходя в мой кабинет.
— Абсолютно. Я готова ко всему, мистер Мэдден.
— О-о-о. Мне нравится, как это звучит. А о каких «вещах» идет речь?
Я закрыла ноутбук и обернулась, чтобы еще раз взглянуть на свой кабинет. Я до сих пор не понимала, как оказалась здесь. Никогда не думала, что смогу. Я жила своей мечтой: работала в одной из лучших команд НХЛ, жила в городе, который обожала, и при этом всегда могла съездить домой, чтобы увидеть семью. И всё это — рядом с мужчиной, которого я любила.
— У меня есть кое-что на уме, — сказала я, взяв его за руку. Мы вышли в коридор, спустились на лифте. Почти все уже разошлись по домам, в здании царила тишина.
— Ну-ка, расскажи, что у тебя на уме, моя Эвер, — он обнял меня, прижимая к своей груди, и поцеловал в шею.
— Лала беременна. У них будет малыш.
— Да? Это потрясающе. Я рад за них.
— Я тоже, — ответила я, когда мы подошли к машине, припаркованной внизу. Он открыл дверцу, подхватил меня на руки и посадил на сиденье, а потом наклонился и пристегнул ремень безопасности, не отрывая взгляда.
— А ты позволишь мне когда-нибудь посадить туда пару малышей? — поддел он, коснувшись лбом моего лба.
— Да. А как ты к этому относишься?
— Как самый счастливый парень на свете, — хрипло произнес он. — Поехали домой… и начнем тренироваться.
— Звучит как план.
Потому что будущее теперь принадлежало только нам. И оно никогда еще не выглядело таким ярким.
30 Хоук
— Мы работали ради этого всю жизнь, — сказал я, когда парни сомкнулись в круг для последнего напутственного слова.
Кубок Стэнли. Олимпиада для хоккеистов. И мы дошли до этого.
Наша команда была молодой, но сильной и под руководством тренера, который верил в нас. Сезон получился потрясающим. Полным взлетов и падений, но с новым тренерским штабом и потрясающим спортивным психологом, которая сделала для нас гораздо больше, чем сама могла представить… мы справились.
Это был лучший сезон в моей жизни. Может, потому что я знал — он, скорее всего, станет моим последним. Может, потому что у нас наконец появился тренер, которого я по-настоящему уважал. Но я знал правду. Все дело было в девушке, которую я любил. Эверли Томас всегда была той недостающей частью моей жизни. С ней всё стало лучше.
— Спасибо, что привел нас сюда, брат, — сказал Бакли, и в его голосе я услышал эмоции.
— Это не только моя заслуга. Мы сделали это вместе. Каждый из нас. А теперь пойдем и разнесем их к черту.
— Ты готов? — Уэс хлопнул меня по плечу. Его лицо было таким бледным, что казалось, он вот-вот рухнет в обморок.
— Расслабься, парень. Мы справимся. Теперь нам пора насладиться результатом всей этой тяжелой работы. И ты помог нам добраться сюда, так что и сам должен кайфануть.
Мы выстроились в линию, пока диктор громко называл имена игроков, и каждый выходил на лед под рев болельщиков. Я был последним, по настоянию тренера Балби. Я хлопал, глядя, как парни один за другим выкатываются из туннеля, и в этот момент Уэс протянул мне коробочку, которую я просил его сохранить.
— Горжусь тобой, Хоук.
Я рассмеялся и покачал головой. Он приписывал мне слишком много заслуг, но я ценил его слова.
— А я горжусь, что могу назвать тебя другом.
— А теперь встречайте капитана команды Lions... Хоооооука Мэддена!
Мы хлопнули ладонями, и я выехал на лед под оглушительный рев трибун и вспышки со всех сторон. Черт, я обожал эти моменты. Этот сезон снова заставил меня почувствовать себя так, будто это мой первый год в лиге.
Я помахал зрителям и поднял взгляд. В первом ряду сидели мои родители рядом с Джеком Томасом и всеми его дочерьми, кроме Эверли. Нико держал на руках их малышку, у которой на ушках красовались огромные наушники для защиты от шума. Я взглянул на нашу скамейку — там сидели тренер и Эверли, а Уэс как раз присоединился к ним.
Судьи собрались вокруг меня, а команда выстроилась за моей спиной.
— Ну что, Хоук, готов? — спросил один из судей, с которым я был знаком много лет.
— Еще как. Либо ва-банк, либо домой, верно?
— Честь для меня — быть на льду с тобой все эти годы, — сказал он и пожал мою руку.
Я заметил, что Эверли растерянно смотрит на тренера и парней, не понимая, почему мы не выдвигаемся к лавке.
— Иди ко мне, — я лукаво приподнял брови и снял шлем.
Тренер, Уэс и Эверли встали, пытаясь понять, что происходит. Двое первых знали, что будет дальше. А вот моя девочка — нет.
Я поднял взгляд — Джек Томас сидел с рукой, прижатой ко рту, явно переполненный эмоциями. Я специально съездил домой, чтобы лично попросить у него благословения.
Дилан отчаянно размахивала руками, пытаясь понять, что за задержка, а Шарлотта, Эшлан и Виви уже начинали догадываться, глядя на меня округлившимися глазами.
Эверли выглядела совершенно в панике, пока держалась за руку судьи и выходила на лед.
— Дамы и господа, давайте поприветствуем очаровательную леди! — прогремел голос диктора.
Толпа зааплодировала, но пока не понимала, что происходит. А потом я опустился на одно колено и раздались оглушительные крики.
Эверли ахнула, прикрыла рот руками и замотала головой.
— Я люблю тебя, Эверли Томас. Я любил тебя еще в детском саду, когда ты делилась со мной фруктовыми батончиками. Я любил тебя, когда ты выскальзывала на лед, как богиня, в средней школе. Я любил тебя в тот день, когда впервые поцеловал тебя, и каждую минуту после. Сделаешь меня самым счастливым мужчиной на свете? Выйдешь за меня замуж и родишь мне кучу детей?