Человек государев (СИ)
— А главное, вам, Михаил Дмитриевич, придётся отказаться от боярства. Вы осознаёте, что это значит? Получить его обратно не будет никакой возможности. Никакой! — подчеркнул он, подняв палец вверх. — Даже государь не сможет вернуть его вам. А значит, вы навсегда лишитесь доступа к родовой магии. Готовы вы ли на это пойти? Не будете потом кусать локти?
Остановившись напротив, он пристально посмотрел мне в глаза. Я выдержал его взгляд и кивнул.
— Решение принято, Иван Карлович. Я хочу поступить на государеву службу.
— Хорошо. — Корш кивнул, вернулся в своё кресло и указал на диванчик напротив себя. — Садитесь, Михаил Дмитриевич.
Он сложил руки перед собой домиком и молча разглядывал меня.
— Вы похожи на Николая Никаноровича, егоровские черты, — хмыкнул он, — а глаза, мне кажется, скуратовские. Я вспомнил, мне однажды довелось видеться с вашим отцом. Достойный был человек.
Я благодарно кивнул.
— Давайте подумаем, что я могу для вас сделать, молодой человек. Самое простое — это помочь получить чин коллежского регистратора и отправить служить в какой-нибудь уездный городок. Скажем, в Епифань или Крапивну, где вы не будете привлекать внимания.
От такой перспективы я непроизвольно вздохнул. Даже мне, далёкому от чиновничьей жизни, было известно: коллежский регистратор в уездном городе без связей и денег — это приговор. В театре даже сложился такой типаж, обозначающий спивающегося неудачника без перспектив.
«Скажи, что ты не ищешь простых путей, — подсказал в голове Захребетник. — И держись уверенней — он к тебе присматривается».
— Простите, Иван Карлович, но я предпочёл бы сложный путь. Скуратовы не боятся трудностей.
По лицу Корша мелькнула лёгкая улыбка.
— Похвально, молодой человек, похвально. Тогда я могу сделать вам интересное предложение.
Он сделал паузу, пристально разглядывая меня.
— Отправлю вас в Тульскую городскую канцелярию моего ведомства. Начните работать, пообвыкнетесь. И присмотритесь, как там идут дела. Чем дышат сотрудники, хорошо ли выполняют свои обязанности и всё такое. И если покажете себя, то я о вас не забуду.
Я не стал отвечать сразу, обдумывая ситуацию. С одной стороны, Корш предлагал мне стать его «шпионом» в подчинённой канцелярии. Наверняка это часть какой-то аппаратной игры между чиновниками, в которой мне предстояло стать пешкой. Не слишком завидная и почётная роль. С другой стороны, а что я теряю? Не в моём положении разбрасываться такими предложениями. А так я становлюсь человеком Корша, и при некотором везении моя карьера пойдёт в гору. Всё лучше, чем прозябать в уездном городе до старости.
«Хорошие сапоги, надо брать, — странно хмыкнул Захребетник. И тут же добавил не терпящим возражений тоном: — Мы принимаем предложение».
— Я согласен, Иван Карлович.
— Не сомневался, что вы согласитесь, Михаил Дмитриевич. Но в этом случае я должен вас спросить о некоторых вещах. — Корш подался вперёд. — Расскажите мне, что произошло в вашем поместье. Как случилось, что род Скуратовых уничтожили?
* * *Естественно, я не стал рассказывать Коршу всё в подробностях. Коротко обрисовал про нападение людей Басмановых и смерть семьи. В душе же у меня царил холод, замораживающий боль и слёзы, — подарок Захребетника, сохраняющий ясность мыслей. Естественно, о самом Захребетнике и договоре с ним я упоминать не стал. О таком вообще нельзя говорить вслух, чтобы не оказаться в глубоких казематах Священного Синода. Шутка ли, гуляющий по улицам одержимый! Непонятно только, кто у меня внутри: бес, чёрт, демон или ещё что похуже?
— Благодарю, — кивнул Корш. — Простите, Михаил Дмитриевич, что заставил вспоминать о трагедии.
Я прикрыл глаза и изобразил на лице полагающуюся печаль. Холод так и сжимал сердце, не давая волю чувствам, — Захребетнику я нужен был с ясными мыслями и трезвой головой.
— Что же, тогда не будем затягивать. Как начальник губернского управления Коллегии Государевой Магической Безопасности… — По губам Корша скользнула улыбка, словно ему доставляло удовольствие произносить полное название своей должности. — Я имею право сам назначать людей на младшие должности и приводить к присяге. Идёмте.
Он встал и, не оглядываясь, двинулся из гостиной. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.
* * *Корш отвёл меня то ли в свой кабинет, то ли в личную библиотеку. Все стены были заставлены книжными шкафами, а посреди комнаты стоял монументальный письменный стол, обитый зелёным сукном.
— Садитесь, — бросил он мне, указав на стул.
Мне пришлось ждать почти четверть часа, пока Корш рылся в дальнем шкафу. Наконец он нашёл нужное и водрузил на стол передо мной тяжёлую толстую пластину. Будто икона в окладе, в серебряную обложку была заключена плитка зелёного камня. От которой веяло магией и опасностью. Малахит! Не узнать его было невозможно.
Малахитовая пластина Корша не была ровной — по центру в ней имелась выемка в форме левой ладони взрослого человека. Вокруг неё водили хоровод странные угловатые символы непонятного языка. А сверху был выгравирован государев герб — двуглавый дракон.
— Положите руку, — приказал Корш, — и повторяйте за мной.
Магия боярских родов плохо сочеталась с «государевой силой» камня, так что мне запрещали даже пальцем касаться малахита. В редких случаях, когда отцу требовалось использовать особые артефакты, он надевал защитные перчатки и с отвращением брал в руки зелёные камни.
С опаской опустив ладонь на малахитовую пластину, я почувствовал, как пальцы тут же начало покалывать, а под кожей потёк магический жар.
— Я, полное имя, отрекаюсь от всех званий и титулов, что имел прежде.
— Я, Михаил Дмитриевич Скуратов, отрекаюсь от всех званий и титулов, что имел прежде.
— От родового источника и всякого другого волшебства.
— От родового источника… — Жар охватил меня всего, а по вискам потёк пот. — И всякого другого волшебства.
— И клянусь верно служить государю, исполняя…
Чужая сила, огромная, как гора, и могущественная, сжала меня в гигантской ладони. Звенели струны, связывавшие меня с угасшим родовым истоком, обрываясь одна за другой. Боль пронзила всё тело, выворачивая наизнанку. Не раздумывая, я повторял слова за Коршем и думал только об одном — чтобы всё это поскорее кончилось. В какой-то момент мне стало так дурно, что я едва не упал. Но рядом был Захребетник. Он будто подхватил меня под мышки и дёрнул вверх, шепча на ухо:
«Терпи, дружок. Уже почти всё».
Я прохрипел последние слова клятвы и с удивлением уставился на левую руку — на тыльной стороне ладони проступал двуглавый дракон. Ящер подмигнул мне глазами на обеих головах, и я вырубился, рухнув в мягкие лапы обморока.
* * *В нос ударил резкий запах, я поморщился и открыл глаза. Корш убрал бутылочку с нюхательной солью и усмехнулся.
— Удивительный вы юноша, Михаил Дмитриевич, всего лишь обмороком отделались.
Я ничего не ответил, тряся головой и пытаясь встать с кресла.
— Сидите, — приказал Корш, — и дышите глубже.
Он передвинул стул, скрипнув его ножками по паркету, и сел напротив меня.
— Слушайте меня внимательно, Михаил Дмитриевич, и запоминайте. С этого момента вы на государевой службе. Сейчас отправляйтесь домой и ложитесь спать. Никакого спиртного! После ритуала его категорически нельзя. Лучше вообще откажитесь от ужина, чтобы не навредить здоровью. Это понятно?
— Да, Иван Карлович.
— Далее. Обычно новоиспечённому чиновнику положен выходной для восстановления сил. — Он выразительно на меня посмотрел.
— Готов приступить к работе, ваше высокородие!
— Замечательно! — Корш одобрительно кивнул. — Тогда завтра утром вы явитесь в городское отделение Коллегии Государевой Магической Безопасности. Представьтесь коллежскому советнику Сильвестру Аполлоновичу Мухину.
На мгновение на его лице мелькнуло недовольное выражение. Судя по всему, этот Мухин порядочно досаждал Коршу, и он отправлял меня к этому господину, чтобы разыграть какую-то интригу.