Эвис: Неоднозначный выбор (СИ)

— Ох, вы у меня договоритесь! — «злобно» прошипела старшая Дарующая. — Времени у меня много, фантазии тоже достаточно, поэтому к возвращению домой я придумаю для вас такое изменение, от которого вы взвоете!
— Не-не-не, только не это!!! — ужаснулась Алька и «в панике» прикрыла ладонями полушария груди Стеши, сидевшей рядом. — Такую потерю Нейл не переживет…
К моему удивлению, сразу после окончания этой перепалки, когда мои красавицы, погрустнев, отправились на занятия, Найта подъехала поближе и написала в личный канал:
  
— Ты ведь не думаешь, что мне действительно есть хоть какое-то дело до Террейла и его короны, правда⁈
Шутить на эту тему я не рискнул — эмоции старшей Дарующей звенели напряжением, как перетянутые струны, готовые лопнуть, а личико ощутимо побледнело:
— Мне не надо думать: я чувствую все твои эмоции с раннего утра и до поздней ночи. Поэтому знаю, что в твоем сердце нет места ни для кого, кроме меня и наших девочек.
Тень несколько мгновений вслушивалась в мою душу, потом полыхнула облегчением и благодарно улыбнулась…
…На Дитренский тракт выбрались за два часа до заката и, ведомые Стешей, порысили на Полдень. А уже через двадцать минут головной дозор, обратив внимание на птичий грай, раздающийся откуда-то справа, подал знак «Внимание». И Сангор, повинуясь моей команде, отправил в лес пару лучших следопытов. Все время, пока их не было, принц не находил себе места — рассматривал неглубокий овраг, перед въездом в который мы остановились, придирчиво оглядывал нависающие над дорогой деревья, сверлил взглядом густой кустарник и вслушивался в окружающий мир. А когда мои вассалы вдруг бесшумно возникли из-за ближайших стволов, невольно вздрогнул.
— Там трупы, арр! — доложил Лоннер. — Три крестьянские семьи. Мужики, женщины старше тридцати лет и дети. А молодух, продукты и все, что можно продать, нет — их, видимо, забрали с собой.
— Разбойники? — подъехав к нам вплотную, хрипло спросил Террейл, вдруг чем-то неуловимым напомнив мне своего отца.
Воин утвердительно кивнул.
— Когда произошло нападение? — поинтересовался я.
— Судя по состоянию тел, вчера во второй половине дня.
«Правильно…» — мысленно отметил я, так как стараниями Сарджа и Стеши видел это нападение от начала и до конца на картинке со спутника.
— Что ж, идем, посмотрим повнимательнее… — буркнул я, спешившись и жестом приказав Найте следовать за собой.
— Арр Нейл, можно, я с вами? — попросил принц. А когда я пропустил эту просьбу мимо ушей, начал вываливать на меня аргумент за аргументом: — Погибшие были подданными моего отца. И, не столкнись с разбойниками, рано или поздно стали бы моими. А значит, я, как будущий король, просто обязан увидеть их тела собственными глазами!
Аргументы он привел веские, поэтому я «нехотя» согласился. А через пару минут, стоя на краю оврага, заваленного трупами, убедился, что не зря вытаскивал Террейла из дворца: Шандор-младший, переходя от тела к телу, пристально вглядывался в каждое лицо, осматривал каждую рану и постепенно наливался холодным бешенством. А в самом конце, посидев на корточках рядом с изломанным тельцем мальчишки лет семи, вдруг выпрямился и требовательно уставился на меня:
— Арр Нейл, я надеюсь, мы не оставим это нападение безнаказанным⁈
— Мы не оставим… — подтвердил я, выделив интонацией самое первое слово. — А тебе придется подождать с лошадьми. Ибо бесшумно передвигаться по лесу ты не умеешь и не чувствуешь своего напарника, а те навыки мечевого боя, которые вбили тебе в ноги наставники, хороши только для поединков.
Принц вспыхнул, набрал в грудь воздуха и… скрипнув зубами, выдал фразу, которая меня по-настоящему обрадовала:
— Вы правы, я еще не готов, а значит, буду для вас обузой! Поэтому в этот раз подожду…
Двадцать с лишним минут, которые потребовались для того, чтобы въехать в лес и найти подходящую полянку для временного лагеря, Тарг не находил себе места. А к моменту, когда лошади были стреножены, и я назвал ту пару вассалов, которая отправится вместе со мной и Найтой, был готов броситься по следам разбойников в одиночку. Поэтому на мою просьбу отвернуться и в течение половины кольца не поворачиваться, среагировал как-то уж слишком нервно:
— Зачем⁈ У вас от меня есть какие-то тайны⁈
Я кивнул:
— Да, есть: я и мои вассалы охотимся на разбойный люд в снаряжении, придуманном именно для этого. И мне бы очень не хотелось, чтобы по какой-нибудь трагической случайности нечто похожее вдруг появилось, скажем, у хейзеррских боевых звезд, у воинов Торренского Ночного двора или у тех же лихих людишек!
— А-а-а…
— Все те, кому удается увидеть это снаряжение, умирают! — ответил я на не заданный вопрос. — Поэтому эта тайна рода Эвис до сих пор и остается тайной.
Принц нервно хрустнул костяшками пальцев, потом развернул плечи и гордо вскинул подбородок:
— Клянусь кровью рода Шандоров и своей жизнью, что все тайны ар Эвис, которые я узнаю в этом походе, умрут в моей душе!
Клятва была серьезной, чувства, которые при этом испытывал принц, тоже не давали достаточно веских причин для отказа, поэтому я коротко кивнул, скользнул к одной из своих переметных сумок и вытащил из нее сверток с простеньким тряпичным «лесным» маскхалатом. Найта, Тамор и Лоннер последовали моему примеру. А когда нацепили их на себя, сразу же принялись вдевать в петельки листочки, веточки и пучки травы.
Все это время принц стоял, открыв рот: еще бы, на его глазах мы превращались во что-то вроде оживших кустов или выворотней. Точно так же, не отвлекаясь ни на мгновение, он смотрел и на процесс нанесения на лица и кисти рук самой обычной лечебной мази, перемешанной с зеленым, коричневым и черным красителями. А когда мы закончили и занялись проверкой оружия, вдруг криво усмехнулся:
— Да уж, несколько умелых воинов в таком облачении могут изменить ход любой войны. И делать врагам Маллора такие подарки я не намерен…
…К лагерю душегубов мы подобрались ближе к полуночи, то есть, через час после того, как угомонились самые похотливые и любвеобильные ублюдки. Обнаружив, что в этой шайке стражников[5] не выставляют, приятно удивились. В смысле, удивились мои вассалы, ибо мы с Найтой об этом знали точно, так как наблюдали за лагерем сначала через спутник, а потом и через камеры дронов сопровождения. Затем я распределил цели, прекрасно видимые в одном из специальных режимов наблюдения тактического комплекса, и дал команду начинать.
Лоннер и Тамор отработали просто великолепно — бесшумно прокрались каждый к своему шалашу, почти неслышно прирезали каждый по паре душегубов, и при этом постоянно находились в готовности к действию. Я тоже особо не тянул, поэтому обошелся одним ударом по каждому телу. А Найта, быстренько разобравшись с первыми двумя, скользнула к шалашу главаря, ударом в голову отправила спящего татя в беспамятство и добросовестно связала. Еще через минуту, первой сняв с себя маскхалат и спрятав его в рюкзачок, прошла к загону для пленниц и, остановившись у «двери», связанной из приличных жердин, с нетерпением посмотрела на моих вассалов.
Парни, только-только закончившие возиться с трупами, мгновенно поняли намек. Поэтому не только ушли с поляны, но и встали спинами к ней. Убедившись, что они, выпившие зелье кошачьего глаза, не нахватают лучей Ати[6] от яркой вспышки, я бросил на кострище сушняка, раздул тлеющие угли и коротко кивнул Дарующей.
— Привет, девчата! — выворотив из земли и отбросив в сторону «дверь», мягко заговорила она. — Я — Найтира ар Эвис по прозвищу Метель, супруга главы Странного рода и одна из тех воинов, которые только что отправили за Грань ваших мучителей. Сейчас я перережу путы на ваших руках и ногах. Пугаться, плакать или убегать в лес не стоит — темная фигура, которая стоит у костра — мой муж, Нейл ар Эвис по прозвищу Повелитель Ненастья и человек, который очень не любит разбойный люд…
  
С такими пленницами Найта уже общалась, соответственно, прекрасно понимала, что первое время большинство воспринимает не смысл произнесенных слов, а интонацию, и очень нервно реагирует на любые резкие движения или жесты, которые выглядят угрожающими. Поэтому говорила неторопливо и очень благожелательно, а резала кожаные ремни и перемещалась между женщинами так плавно, как будто исполняла медленный танец.