Эвис: Неоднозначный выбор (СИ)

От эмоций, которыми сопровождалось это распоряжение, меня аж передернуло — он уже прикидывал стоимость «добычи», выбирал самых красивых и млел от сладострастия!!!
— Арр Арвел, вы забываетесь! — не без труда справившись с желанием зарубить ублюдка на месте, процедил я. — Лошади трофейные, поэтому принадлежат мне. И девушек спас тоже я, поэтому собираюсь отправить их в манор одного из своих людей.
  
Ублюдок пошел пятнами и… отрицательно помотал головой:
— Они уроженки Олунга!
— А что, манор вашего сюзерена уже не является частью Маллора⁈ — глядя на мужчину, как волк на ягненка, спросил принц. — Или законы Шандоров для вас не указ⁈
— Мы чтим законы нашего верховного сюзерена! — насмешливо посмотрел на него глава Разбойного приказа. — Но некоторые особенности жизни на Окраине приучили нас к внимательности и к добросовестности. Поэтому девушек сейчас проводят в опросную, осмотрят, зададут им нужные вопросы, составят все необходимые документы и отправят дежурный десяток в Глубокую Балку. Затем…
— Лоннер? — рыкнул я, не став дожидаться, пока мужчина закончит перечислять все, что ожидает пленниц в ближайшие несколько дней.
— Да, арр?
— Сопровождаешь Найту! — распорядился я, потом посмотрел на арра Арвела и добавил: — Девушки будут заходить на опрос по одной. Опрашивать их придется в присутствии моей супруги. А осматривать будет дозволено только лекарю-женщине. И убереги вас Пресветлая отнестись к бедняжкам без должного уважения!
Мужчина, за спиной которого к этому времени скопилось человек тридцать местных вояк, решил показать зубы:
— Вы, кажется, забыли, что говорите с начальником Разбойного приказа! Но я напомню. И не постесняюсь сказать, что вмешиваться в ход расследования я не позволю никому!
— А придется, арр! — холодно усмехнулся я и вытащил из-за ворота жетон Ночного приказа: — Мои полномочия куда шире и весомее ваших. Так что займитесь делом и организуйте опрос пострадавших в соответствии с моими требованиями. И, кстати, точно такой же «таран» есть и у моей супруги.
Арр Арвел растерялся и не нашел ничего лучше, чем заявить, что ему надо посоветоваться с управляющим манора.
Я пожал плечами:
— Советуйтесь. Но сначала распорядитесь принести мои деньги, ибо этот вопрос мы уже обсудили и пришли ко вполне определенным договоренностям.
Побагровевший ар Олунг скрипнул зубами и затерялся в толпе. А я подозвал к себе Террейла и послал его в Почтовую службу — отправить сообщение отцу от моего имени. Само собой, не одного, а в сопровождении Сангора.
Не прошло и десяти минут, как в оперативном канале раздался возмущенный голос Стеши:
— Эти уроды решили, что бессмертны: ты представляешь, они на полном серьезе обсуждают, какое количество людей потребуется, чтобы арестовать вас по обвинению в «вероломном нападении на отряд союзного рода степняков»!
— О, как! — восхитился я, спешиваясь. Потом повернулся к Найте и требовательно мотнул головой. А когда она скользнула за мое левое плечо, жестом приказал следовать за нами еще и Лоннеру.
Через толпу местных вояк мы прошли, как раскаленный прут сквозь масло. Поднялись на порядком обветшавшее крыльцо, аккуратно открыли дверь, нашли лестницу и неторопливо двинулись наверх. На третьем этаже слегка задержались — ждали, пока Лоннер сбегает в Почтовый приказ за Шандором-младшим. А потом, в компании с принцем, вломились в логово Клеща и, следуя указаниям Стеши, добрались до нужного кабинета. По дороге отправляя в беспамятство и хорошенечко связывая всех, кто попадался на пути.
Врываться непрошеными в кабинет управляющего манором не стали. В смысле, некоторое время стояли у неплотно прикрытых дверей и слушали планы, которые так неосторожно обсуждала эта парочка. А когда Тимо ар Олунг собственноручно написал и подписал приказ об аресте «человека, выдающего себя за Нейла ар Эвиса, и его сообщников», все-таки не удержались и завалились в гости.
Клещ возмутился. Его сородич — тоже. Но мы пребывали не в самом лучшем расположении духа, поэтому пропустили их возмущение мимо ушей, забрали приказ об аресте вместе с письмом командиру полутысячи, расквартированной в городе, в котором управляющий требовал выделить для ареста шайки преступников «лучшую сотню воинов». И настоятельно попросили хозяев кабинета рассказать о том, чем они вообще тут занимаются. Кстати, просили очень убедительно — после того, как я повесил на них петельки воли, в компании с «Таргом» и Лоннером от души помяли пленников ногами. Дабы их говорливость никого не удивила. А когда сочли, что борцы с несправедливостью достаточно мотивированы, начали задавать вопросы.
Дар Наказующих не подвел, и наши жертвы заговорили. Более того, вывалили на нас столько грязи, что нам с Найтой захотелось как можно быстрее вернуться на остров и хотя бы на десятину забыть об этом мире. Увы, такой возможности не было, поэтому пришлось заняться делом — выяснить у этих ублюдков имена причастных к творящемуся беззаконию, а потом вырезать практически весь Разбойный приказ, две трети Ночного и половину гильдии наемников.
Когда с первой половиной воздаяния было покончено, а невиновные в преступлениях повышены в должности, мы вытащили управляющего и главу Разбойного приказа из здания и обнаружили, что площадь забита народом практически целиком. Мы с Найтой двинулись вперед, по коридору, который сам собой образовывался перед нами, а Террейл с Лоннером и конвоируемые ими Олунги двинулись следом.
До Лобного места добрались без каких-либо происшествий и в мертвой тишине. Поднявшись на помост, оказались над людским морем и увидели море зевак, собравшихся посмотреть, что такого происходит в их обычно тихом городе.
Я особо не тянул — жестом приказал парням поставить обоих душегубов на колени, поднял руку, заставляя загомонившую толпу замолчать, и заговорил:
— Я — Нейл ар Эвис по прозвищу Повелитель Ненастья, доверенное лицо короля Зейна Второго, Шандора и сотник Ночного приказа королевства Маллор. В вашем городе только что случилось Первое Летнее Ненастье — я и воины моего рода уничтожили большую часть виновных в похищениях и торговле нашими соотечественницами. Да, я не оговорился — управляющий манором Олунг Тимо по прозвищу Клещ, а также главы городского Разбойного и Ночного приказов с помощью своих подчиненных похищали ваших сестер, жен и дочерей, насиловали, а потом продавали шартам!
Толпа взорвалась слитным многоголосым воплем. Дав горожанам выплеснуть первую, самую острую вспышку ярости, я снова поднял руку, дождался относительной тишины, и продолжил:
— Как я уже сказал, большую часть лиц, замешанных в этом преступном промысле, мы уже вырезали. А судьбы тех, кому повезло не оказаться в здании присутствия во время Ненастья, я передаю в ваши руки — через пару колец новый временный глава Разбойного приказа и несколько его невиновных подчиненных закончат переписывать списки с именами выживших ублюдков и вынесут их на крыльцо…
В загомонившей толпе мгновенно образовались течения и водовороты: горожане, жаждущие принять участие в охоте, и просто любопытные устремились к дому. А я, призвав олунгцев к тишине очередной раз, закончил свою речь:
— А теперь пришло время воздать болью за боль! Для этого нам потребуется пара прочных кольев и несколько помощников. Желательно, мужчин, потерявших близких по вине этих двух выродков…
[1] Роустон — небольшой городок на Дитренском тракте.
[2] Старший выжлятник, занимающийся воспитанием гончих псов.
[3] При похищении женщин шарты сначала намеренно выбивают пленницам плечевые суставы, а затем связывают «промокашкой». При этом связки повреждаются — сопротивляться насилию или готовить побег с бездействующими руками практически невозможно.
  
[4] Гельд — королевство на востоке Маллора. Гельдцы — порода очень дорогих лошадей. Темно-гнедые — масть, считающаяся наиболее работоспособной. Торренец — тоже порода лошадей. Только крупнее и злее.