Жнец. Книга одиннадцатая (СИ)

— Мы использует черные якорь-сферы, — Кей вытаращилась на меня, словно не веря моим словам. — Ты должна помнить, кого нам предстоит спасти в первую очередь.
Цельные конструкты, добытые нами в Рифте, где обитал Грозовой Левиафан, хранились в моем Родовом кольце-хранилище. Забрать я их решил сразу после того, как Кей решилась на эксперимент, истечением которого стала открывшаяся в подвале моего имения аномалия. Это демоница использовала рядовые якорь-сферы, а вот что могло произойти, используй она самые «козырные», оставалось лишь гадать.
  
Немедля я выудил конструкты из кольца и протянул их демонице. Оболенский и Романов не удержались от восторженного возгласа, а Донской лишь хмыкнул и кивнул своим догадкам. Изумлению министра внутренних дел и императора было объяснение: во-первых, они только что стали свидетелями подтверждения, что Рифты с чёрными сферами существуют, а во-вторых, они видели цельный конструкт вне аномалии.
Кей приняла якоря и кивнула, после чего с хлопком исчезла, направившись своим ходом в Якутск. Я же, в свою очередь, повернулся к оставшимся в одном со мной помещении людям, которых распирало от возникающих в их головах вопросов.
— Для начала хочу поблагодарить вас за то, что вы остались, — я обозначил поклон, который князья и император восприняли с достоинством. — А также обозначить то, что увиденное и услышанное вами является большой тайной моего Рода. Ничего из этого не должно покинуть большой зал совещаний, как и императорский дворец.
— Клянусь жизнью! — первым отреагировал князь Донской, чем вызвал чрезвычайное удивление своих товарищей по цеху.
Тем не менее, они были не столь категоричны, как Игорь Владимирович, и ограничились клятвой Даром. Остался лишь Романов, на которого я перевёл требовательный взгляд. Было видно, что он желает возмутиться тем, что я требую клятву с него, с императора, однако Михаил понял, что сейчас не до шуток и так же, как остальные, поклялся Даром.
— Вот и отлично, — кивнул я, потерев ладони, после чего перевёл свое внимание к Ирэн и спросил: — Как ты узнала о нападении?
— Невольно подслушав ваш откровенный разговор с Его Императорским Величеством, я взяла на себя смелость отправить в Якутск пару сотрудников Тайной Канцелярии, чтобы они приглядели за… — девушка скосила свой взгляд на трёх князей.
— Моими родными, — помог я Ирэн.
— Верно, — кивнула мой заместитель. — Для надёжности отправила вслед за сотрудниками парочку своих девочек, чтобы они, в свою очередь, приглядели уже за ними. Вот и сложилось так, что и сотрудники, и девочки мне первой сообщили о внезапном нападении на город, а я сообщила Зубинину и сразу к вам, господин, — пожала плечами Ирэн, сделав это так, что у Оболенского чуть было глаза на лоб не полезли от изящности. — Сейчас наши люди стараются обеспечить безопасность для ваших родных. А гвардия подбирается к императорскому дворцу, чтобы получить дальнейшие указания.
— Я нашёл место, — вернулся к столу Долгоруков, которому пришлось давать клятву, находясь «на телефоне». — Одна из тюрем будет идеальным вариантом для входа. Выходным же станет воинская часть имперской армии в Якутске. Все предупреждены, всё подготовлено.
— Это всё чудесно, — кивнул Романов. — Саша, может, пока мы ждём возвращения твоего фамильяра, ты поведаешь нам то, как тебе удалось добыть целые якорь-сферы, закрыв при этом Рифт, а также то, каким образом вы собираетесь открыть стабильный портал?
— К сожалению, не могу, — пожав плечами, я виновато развел руками. — И первое, и второе — заслуги моего фамильяра. И я сомневаюсь, что Кей станет делиться с кем бы то ни было своими секретами.
— И зачем клялись-то? — вздохнул Оболенский. — Никаких подробностей не узнали…
— Подробности не важны, — отмахнулся я. — Главное, что я смогу спасти родных мне людей, а вы, господа, покажете жителям империи, что больше ни клочка нашей земли не достанется выродкам из иного мира!
* * *
Российская империя, Якутск
Евгения Новикова возвращалась домой со школьных дополнительных занятий. Она уже привыкла приходить домой очень поздно, ведь школа находилась на другом конце города, а дополнительные занятия никак нельзя пропускать.
«Это мой шанс в успешное будущее», — не своим тоном цитировала в своей голове девочка.
Вот и приходилось юной Новиковой возвращаться домой, когда уже стемнело. Весь путь она находилась в смешанных чувствах. После того, как ее однофамилец стал Канцлером Российской империи, большинство ее одноклассников считает своим долгом постоянно подтрунивать над девочкой. Ещё бы, белый цвет волос как бы намекал на некое родство. Вот и называли Евгению «брошенной сестрёнкой».
«Хоть Игорю не достаётся так же, как мне», — думала на ходу девочка о своём младшем брате, который ходит в школу начальных классов.
Главное, что никто из одноклассников Евгении не понимает, насколько она и Канцлер похожи на самом деле. Совсем недавно у девочки пробудился Дар. Само пробуждение девушке удалось скрыть ото всех, даже от ее родителей. Тем не менее, Евгения то и дело игралась с тенями, попадавшимися ей на пути.
Девочка сама не понимала, по какой причине ей не следовало никому рассказывать о своём Даре, однако в этот раз она решила довериться своему чутью.
«Да и эти странные взгляды матери и отца, когда на экране телевизора появляется лицо графа-однофамильца, — на ходу раздумывала Евгения. — Столько боли, печали и тоски отражается на лицах родителей, которые моментально сменяются неизмеримой гордостью.»
Эти мысли преследовали девочку уже не первый день. В первый раз они посетили голову Евгении, когда она почувствовала, что может управлять тенями, заставляя их плясать в весьма причудливом танце. Девочка тогда даже втихую утянула мамины свечи, после чего зажигала их ночью в своей комнате, чтобы тени двигались самостоятельно, а она направляла их движения. А потом Евгения увидела информацию о герое Российской империи, спасшем много людей от гнусного графа Миссурийского и его иномирных соратников. Она узнала, что он способен управлять тенями и молнией. Лицо отдаленно напоминало одновременно и мамино, и папино, а волосы и вовсе были того же цвета, что присущи их семье. Только глаза были странные: двух разных цветов, которые, по удачному стечению обстоятельств, также имелись в семействе Новиковых. У матери были голубые, а у отца зелёные. Самой Евгении посчастливилось стать обладательницей двух небесно-голубых очей.
«Слишком много совпадений, — покачала головой девочка, подходя к своему дому, который находился на отшибе Якутска. — Я, конечно, понимаю, что многим хотелось бы иметь Канцлера в родственниках, но здесь, так сказать, сходства на лицо. Решено! Сегодня же устрою допрос матери с отцом!»
С этими мыслями девочка взлетела по покосившейся лестнице крыльца старого одноэтажного дома. Открыв входную дверь своим ключом, девочка юркнула внутрь и, снимая сапоги, прокричала:
— Я дома!
— Иди ужинать, доча! — донеслось с кухни теплым, наполненным заботы голосом.
Умыв руки и лицо, девочка влетела на кухню, с которой доносились головокружительные ароматы, исходящие от стряпни её матери. Сама женщина сидела уже за накрытым столом и, подложив руку под голову, ждала своё чадо. Некогда обворожительная красавица, сейчас взирала на свою дочь потускневшими глазами, рядом с которыми проступили морщины. Ей уже за пятьдесят, что также надвигало её дочь на некоторые мысли.
— Мам, а где папа? — садясь за стол, поинтересовалась девочка.
  
— Спит уже, — улыбнулась женщина, поправив прядь волос, выбившуюся из прически её дочери. — Ты же знаешь, ему рано вставать завтра, чтобы идти на работу, — эти слова, слетевшие из её уст, были наполнены печалью. — Ты хотела что-то обсудить с отцом?
— Не только с ним, но и с тобой, — несмотря на голод, девочка ковыряла вилкой в тарелке, находясь не в силах притронуться к пище.
— О чём же? — внезапно взволновалась женщина.