Эпоха сияния (ЛП)

— Огонь! — воскликнул он, и это прозвучало как ругательство. — Почему не загорается?
— Ты слишком дёрганный, — еле ворочая языком, произнесла я. — Успокойся.
Коря себя за неопытность, он чуть ли не рычал.
— Я пытаюсь…
Прижалась губами к его шее, прерывая на полуслове. Его влажная кожа казалась мне обжигающе горячей. Насколько же я замёрзла?
— Ты сможешь, — тихо сказала ему. — Я знаю, что сможешь.
  
В ответ он вскинул голову и снова сосредоточился на хворосте.
Я почувствовала искру ещё до того, как увидела. Ветки вспыхнули, огонь моментально распространился, и вот уже загорелось большое полено.
— Ты наколдовала нам одежду, — произнёс он, переключившись с костра на меня сразу, как только убедился, что тот продолжает гореть. — Скажи мне, как наколдовать одеяло.
— А ты нетерпеливый… — Я слабо рассмеялась. — Но ты ещё не готов материализовать вещи. Радуйся огню, Аэрон.
Тепло уже ласкало мою кожу, слегка щекоча.
— Тебе нельзя оставаться в мокрой одежде.
— Высохнет.
— Серафина, — рыкнул Аэрон, — я не…
Уже слегка согревшись от костра и жара его объятий, я повернула к нему голову. Аэрон раздражённо откидывал мокрые пряди с лица, пока пытался разжечь костёр, и теперь они были взлохмачены. А его тёмные глаза не отрывались от меня. Я очень ярко ощущала его раздражение и беспокойство.
Он был так красив, что у меня в груди всё сжималось. Как он отреагирует, если я его поцелую?
Аэрон тихо фыркнул, словно прочитал мои мысли, но я знаю, что он улавливает только эмоции.
— Как ты можешь сейчас думать о таком?
— Я могла бы оказаться на этом безлюдном пляже с кем-то намного хуже, — тихо произнесла я. — Ты сказал, что я замёрзла. Так согрей же меня.
В его взгляде отражалась внутренняя борьба. Но затем он медленно, словно предоставляя нам обоим время одуматься, наклонился ко мне. Моё сердце, казалось, перестало биться. Я задержала дыхание в ожидании, в предвкушении, в нетерпении. Мне это было безумно нужно.
Я закрыла глаза, когда он оказался близко, взволнованная ощущением его горячего дыхания на моих губах. Когда я уже была уверена, что сейчас он меня поцелует, он внезапно повернул голову и мазнул губами по моему уху. Дрожь вновь пробежала по моей спине, только теперь уже приятная. Мне хотелось большего.
Почему он не поцеловал меня?
— У меня есть чувства к тебе, — тихо произнёс Аэрон. Его слова щекотали мою холодную, чувствительную кожу. — Но ты ведь уже об этом знаешь, не так ли?
Я кивнула, не найдясь с ответом.
— Я не хотел этого. — Его нижняя губа коснулась моей ушной раковины, и затем зубы прикусили нежную кожу. Я удивлённо ахнула; Аэрон едва слышно усмехнулся. — Меня пугала ты и всё, что ты собой представляешь. Меня пугала мысль, что меня влечёт к фее.
— Аэрон, — с трудом произнесла я, почти не дыша.
Это изумительная пытка. Благодаря ей я забыла про бурю и холод. Сейчас нет ничего, кроме Аэрона, костра и понимания того, что мы здесь совсем одни.
— Ты хоть представляешь, как меня разрывало на части? — спросил он.
— Да.
Он чуть отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза.
— А теперь всё изменилось. Я больше не боюсь тебя. И не ненавижу. Я безумно тебя хочу. Из-за тебя у меня в голове поселились мысли, которые я десять лет туда не впускал.
— Аэрон…
— Я хочу ухаживать за тобой, Серафина.
Обескураженная, я резко отпрянула.
— Что?
— Мне надоели эти игры. Я не из таких парней. Мне нужно точно знать, перед тем как ступать на эту территорию, что твои намерения так же серьёзны, как мои. Что ты думаешь о будущем… со мной.
Я внимательно смотрела на него, не зная, что сказать.
— Я чувствую твои сомнения, — продолжил он со слабой, кривой ухмылкой. — Так что вполне можешь размышлять вслух.
— Что, если я соглашусь, мы со временем поженимся, а вскоре после этого меня не станет? Я ведь понятия не имею, сколько мне отмерено. Ты уже достаточно настрадался в этой жизни, Аэрон.
Он ещё больше нахмурился, но я чувствовала, что его уверенность не пошатнулась.
— Разве мало того, что у нас есть? — тихо спросила я. — Это всё, что я могу обещать.
Улыбка озарила его лицо. Он положил ладонь на мою щеку и покачал головой.
— Только не с тобой. Я не могу… не могу пойти по этому пути, если у нас нет надежды на будущее. Это куда больнее, чем потерять тебя раньше времени.
Я замотала головой, но Аэрон улыбнулся, словно считал что-то, что я сама ещё не до конца осознала.
— Я не сказала да, — прошептала я.
— Но ты хочешь, — возразил он, и от его самодовольного тона у меня затрепетало в груди.
Что же в нём такого, что я совершенно не могу устоять?
Я задавила свой страх.
— Я подумаю об этом.
Кивнув, Аэрон развернул меня в своих объятьях и прижал головой к своему плечу.
— Постарайся отдохнуть. Наверняка остальные скоро будут здесь.
Но несмотря на дикую усталость, я не была уверена, что смогу теперь заснуть.
11
КИР
Бутылёк выглядел как обычное лекарство — просто склянка с полупрозрачной янтарной жидкостью. Я долго смотрел на него. Теперь, когда зелье оказалось у меня в руках, я внезапно засомневался.
— Он должен выпить всё до последней капли, — разъяснял Мейлор. — Слышишь меня?
Мы были в моих покоях. Уже стемнело, ужин давно прошёл. Как правило, отец проводит вечера с мамой в гостиной. Если бы Бритон был жив и Амалия сейчас была бы с нами в целости и сохранности, мы бы к ним присоединились.
Бритон с отцом играли бы допоздна в эшелон. Мне никогда не давались стратегические игры, так что я бы сразу им проиграл. Поэтому я бы просто слонялся по комнате, умирая от скуки, и просто смотрел, как они перемещают деревянные фигурки.
Мне куда интереснее сражаться с реальными соперниками на мечах.
Однако сегодня, по словам Мейлора, отец закрылся в личной библиотеке. В последнее время он часто стал так делать.
Смерть любимого сына стала серьёзным ударом для короля.
— Это точно безвредно для здоровья? — настороженно уточнил я.
— Не говори мне, что ты опять колеблешься. — Мейлор страдальчески вздохнул. — Судьба целого королевства зависит от тебя, а ты всё мечешься, как мальчишка. Не разочаровывай меня, Кир.
Я выпрямился, ощетинившись в ответ на его упрёки.
— Просто ответь на мой вопрос.
— Зелье его не убьёт, — ответил Мейлор, зная, что я спросил не об этом. — Будут неприятные ощущения, но разве это хуже смерти?
От страха к горлу подкатила желчь, но я старался подавить в себе эту слабость. Сжав склянку в руке, развернулся и направился к двери.
— Я подожду тебя здесь, — добавил Мейлор. — Возвращайся, как только справишься со своей задачей. И помни…
— Он должен выпить всё до последней капли, — мрачно повторил я и закрыл за собой дверь.
Я шёл по коридору. Ладони вспотели, сердце стучало набатом.
С задачей собрать всё необходимое — два кубка с вином, несколько груш и головку сыра с кухни, я справляюсь быстро. У меня был план, хотя его реализация требовала с моей стороны полного доверия к Мейлору и его зелью. Если оно не сработает…
Нет, оно должно было сработать.
Стражник, стоящий у входа в отцовскую библиотеку, поднял взгляд на меня, но никак не отреагировал на столь поздний визит.
— Ваше Высочество, — произнёс он, склоняя голову, — вы хотите увидеть короля?
— Да.
Стражник повернулся к двери и три раза постучал.
— Принц Кирент просит об аудиенции, Ваше Величество.
Как и ожидалось, отец тут же велел открыть дверь.
Я зашёл внутрь. Руки, держащие поднос, дрожали. Холодный, склизкий страх сковывал мои внутренности. А от запаха сыра уже подташнивало.
  
Отец поднял на меня глаза и нахмурился.
— Ты бледен.
Я поставил поднос на тумбочку у его кресла, предусмотрительно разместив кубок с зельем ближе к нему. Сам же взял второй и занял кресло напротив. Очень трудно было держать оловянную ножку мокрыми пальцами, поэтому я сжал её изо всех сил.