Киберзона (СИ)

Удачи, Тони.
p.s.: И еще, Тони. Наши люди навели справки об упомянутом тобой Мразоте. Остерегайся его, Тони. Не позволь ему узнать, кто ты на самом деле. Этот парень работает на Гегемонов и выполняет для них самую грязную работу. Он может разобраться с тобой в реальной жизни, Тони. Ты ведь понимаешь, о чем я говорю?
Если все же он поймет, что ты работаешь на Доброго Дядюшку, и узнает, кто ты, дай нам знать. Добрый Дядюшка обеспечит тебе защиту и постарается обезвредить Ивана Мартынова (это его настоящее имя).
  
В общем, будь осторожен, Тони. Еще раз удачи и помни, Добрый Дядюшка рассчитывает на тебя…'.
— Охренеть! — выговорил я сквозь зубы.
Ничего не скажешь, Добрый Дядюшка действительно очень-очень добрый, вот только не к своим врагам и соперникам. Одно было неясно! Чем так насолил ему Баклан?
Я перечитал сообщение Адвоката трижды, прежде чем окончательно осознал: ошибки нет, и Добрый Дядюшка решил просто-напросто кинуть Баклана. На моей памяти раньше такого никогда не случалось, так что это показалось мне очень странным.
Как верный агент, я должен был исполнить данное мне поручение. Но в то же время моя совесть побуждала меня воспротивиться приказу. Хотя разрешить эту дилемму не получалось, одно я знал точно — было необходимо как можно скорее оказаться на Берегах Везувия.
Тут-то и вспомнился пресловутый телепорт. Дорога с ним заняла немного времени, которого, впрочем, мне хватило, чтобы обдумать новые данные и сделать выбор.
— Ты так и не объяснил, как ты можешь двигаться с такой скоростью, — произнес Жлобяра. Они с Бакланом были свидетелями, как я уходил с пещер и как возвращался.
— Это что — телепортация? — спросил Баклан.
— Да, — признался я.
Они некоторое время спорили о том, как круто на Зоне передвигаться с помощью телепорта, и как бы они могли использовать его. Но, наконец, они вспомнили о главном.
— Ну и как? — слегка взволнованным голосом спросил Баклан. — Поговорил?
— Да, — кисло ответил я.
— Кажется, ты не очень-то рад, — заметил Жлобяра. — Что-то пошло не так?
— Да.
— Вот как-то подробнее можешь расписать, а? — раздраженно потребовал Баклан.
— Да я же объяснял, — вступился за меня Жлобяра. — Он связан рамками NPC и свободно может дать лишь односложные ответы. Иначе он гонит эту глупую энписишную фразу. Простите, мол, я не знаю, что и сказать.
— Да-да. Забыл, — поглаживая свои длинные усы, ответил Баклан. Тон его стал смиреннее. Он повернул голову ко мне. — Добрый Дядюшка отказался помогать мне?
— Да, — я даже опустил голову от расстройства, так как чувствовал, словно это я предал Баклана, а не мой работодатель.
— Они что? Просто решили кинуть меня? Взяли мои сведения и оставят здесь? С Гегемонами хотя бы разберутся?
— Да.
— А со мной что?
Вместо ответа я показал ему переданное Адвокатом устройство. Баклан и Жлобяра озадаченно возрились на него.
— И что это? — спросил Жлобяра.
— Простите, я не знаю, что сказать.
— Это какое-то оружие? — спросил Баклан. — И для кого оно предназначено? Не для меня случайно?
— Да, — ответил я и после короткой паузы добавил еще раз. — Да.
— Но меня здесь нельзя убить, — Баклан усмехнулся.
Я огляделся, придумывая, как бы ответить ему.
— Знаешь, а ты тут как в ловушке, — сказал я, показывая вокруг, а потом показал пальцем на сосуд.
— О-о-о, — ухмыляясь, протянул Жлобяра. — Так он пытается на что-то намекнуть, что-то разъяснить. Жаль, я не сразу сообразил.
— То есть это оружие типа как ловушка? — догадался Баклан.
Я невесело улыбнулся.
— Но почему? — удивился Жлобяра. — Ты дал им то, что они хотели. Опасности для Доброго Дядюшки не представляешь, и вытащить им тебя ничего не стоит. Я понимаю, тут могут быть тру…
— Ты ошибаешься. — Баклан расхохотался. Веселья в его смехе было не больше, чем в моей улыбке. — Ошибаешься, что я не представляю угрозы для Доброго Дядюшки.
Мы впились глазами в Баклана.
— Хотите знать, какие сведения я передал им? Это опасная информация. Само то, что вы будете знать, что в ней, — смертельный риск.
— Ну и что там? — равнодушно поинтересовался Жлобяра.
— Отчаянный ты парень! — Баклан покрутил пальцем у виска.
  
Глава 46
 
История Баклана
 
Мы с Жлобярой не возражали против погружения в тайну Баклана. Я не мог не признать, что действительно до чёртиков хотел узнать, чем же этот парень был так опасен и для Гегемонов, и для Доброго Дядюшки.
Баклан тяжело вздохнул, прежде чем начать посвящать нас в свою тайну.
— Думаю, мне придется начать немного издалека, — сказал он. — А точнее, из прошлого.
— Обожаю истории. Я тебе потом и свою расскажу, — не скрывая своего предвкушения, произнес Жлобяра.
— Я работал на Гегемонов с одиннадцати лет. Ну, знаете, сначала надо было как-то существовать. Что-то есть, пить и платить коммуналку. Потом, когда дела пошли чуть лучше, а сам я стал чуть старше, то захотелось крутой смартфон, игровую приставку, клубы и модные шмотки, чтобы соблазнять девчонок.
— Постой-постой, — перебил Жлобяра. — А зачем тебе в одиннадцать лет понадобилось добывать средства на еду и проживание?
— Потому что в одиннадцать я стал сиротой. Какой-то маньяк вырезал всю мою семью. Моих родителей, сестру и брата. Сам я чудом выжил, успел спрятаться под кровать, и маньяк не заметил меня.
— Жесть! — ужаснулся Жлобяра.
— Сначала я выполнял довольно простые поручения. Узнавал кое-что, передавал сообщения, следил за кем-то, а потом докладывал. Иногда приходилось незаметно прошмыгнуть в какой-то офис и так же незаметно спереть пару каких-то бумаг. Я тогда мало понимал, что это за документы. Но за такие вещи Гегемоны платили мне особенно хорошо.
«Вот так да», — подумал я.
Оказывается, Баклан, как и я, мафиозный агент. Другой наниматель, другая специфика работы, но всё равно коллега.
Вскоре Гегемоны прочухали, что у меня получается лучше всего, и начали внедрять меня в разные организации. Моей задачей было добывание сведений, и скоро случился головокружительный подъем по мафиозной карьерной лестнице.
— Стал боссом? — удивился Жлобяра.
— Нет, — отмахнулся Баклан. — Но я стал для них максимально приближенным и получил доступ ко многим вещам, в том числе к документам.
Он ненадолго прервался, пристально глядя в наши глаза, как бы пытаясь понять, верим ли мы ему. Потом продолжил.
— Так я прослужил несколько лет, пока не осознал, что материал, который я собирал, оказался самым настоящим компроматом на огромную криминальную структуру под названием «Добрый Дядюшка». Попади этот материал в руки честных полицейских, и они бы могли упечь за решетку всех: от самых высоких боссов до мелких агентов, не говоря уже о коррумпированных чиновниках, полицейских, врачах и прочих-прочих-прочих.
Я невольно поёжился. Получалось, я тоже был в этой картотеке.
— Так вот зачем Доброму Дядюшке хранимая у тебя информация! — воскликнул Жлобяра.
— И да, и нет, — Баклан многозначительно поднял палец. — До этого дня я считал, что об этих данных им не известно. Я полагал, что Доброго Дядюшку интересуют сведения о Гегемонах. Такой же полный компромат, но на их конкурента.
— Погоди, — удивился Жлобяра. — Так у тебя и на Гегемонов компромат был?
— Полгода назад, случайно порывшись в одном из Гегемоновских архивов, я наткнулся на шокирующий меня факт. Моя семья была варварски убита не простым маньяком, а наемным убийцей Гегемонов. Я узнал, что моя мама работала государственным обвинителем и оказалась слишком честной и настырной в каком-то важном для них судебном процессе.
  
— О неееет, — пролепетал Жлобяра. У него был такой вид, что казалось, он сейчас расплачется. Но аватары на зоне не могли лить слез.
— В гневе, я быстро, насколько это возможно, собрал материал из того, к чему имел доступ, а это был ого-го, внушительный объемчик. А заодно спер документы, над которыми работал последние годы. Я не хотел, чтобы они навредили Доброму Дядюшке, так как знал, что те редко прибегали к таким варварским методам.