Системный Алхимик IV (СИ)

Пора возвращаться в привычный мир, где великая башня уничтожена и всё, что от неё осталось, — это кости мертвецов и ходячие трупы, захваченные алой ци.
Закрыл глаза и, услышав последнее падение осколка, резко распахнул их. Оказался в том же месте, где и потерял сознание. Кровь уже давно ссохлась, вокруг снова сгустился алый туман, который валил из приоткрывшейся бронзовой двери. Медленным шагом направился к ней и решил снова попытаться отворить её.
  
Пока шёл до двери, перекручивал в голове странную встречу с деканом. Он выглядел словно лишённый души старик, который утонул в рассуждениях и анализе того, что же на самом деле произошло. Увлечённый моей аномалией, он настойчиво игнорировал меня самого, пытаясь заглянуть в суть моего тела. По сути, я не так много узнал, если резюмировать всё услышанное и увиденное. Больше всего поразил факт, что…
— Получается, между эпохами, когда небесная энергия властвует в мире, когда практики рождаются на каждом шагу, а технологический прогресс достигает своего пика в кратчайшие сроки, приходит оно… Алая ци… — Остановился и, немного подумав, покачал головой. — Должен ли я стать спасителем практиков и простых людей? Старик, не слишком ли много ты взвалил на мои плечи? Я обычный человек, которого волею судьбы занесло в этот треклятый мир, самому бы кони не двинуть… — Ухмыльнулся и потянул за холодную металлическую ручку.
В этот раз дверь открылась без проблем, но стоило мне сделать это, как изнутри хлынуло просто колоссальное количество алой ци. Она густая, словно кровь, растекается по полу и взмывает высоко вверх. Пройдясь штормом по мне, она не оставила даже следа, уносясь прочь из башни. Передо мной открылась удручающая картина: закованный в золотые цепи скелет сидел в позе лотоса. Из его спины тянулась едва заметная струйка голубой энергии, которая медленно утекала вверх через разбитый на куски потолок. Обломки так удачно сложились, что по ним можно смело шагать и выбраться на поверхность, откуда уже возвращаться в привычный реальный мир за пределами древних руин.
— Долго же ты сидел, старик, — Я подошёл к трупу и присел напротив него. Полы вокруг исцарапаны, вся мебель уничтожена. Сохранился только бронзовый диск, покрытый странными рунами, отдалённо напоминающими те, что начертаны на бронзовой двери. — Пять тысяч лет… Держал на своей спине умирающую башню… — Покачал головой и осторожно коснулся скелета в оборванной белоснежной мантии, которая даже спустя столько времени сохранилась. — Пора уходить. — Кости мгновенно обратились в летучий прах, который подхватил случайный порыв ветра, проникший с поверхности. Он закрутился в тонкую линию и вырвался наружу. Остатки одежды упали на пол, а вместе с ними — небольшой камень духа, обрамлённый золотом. Этот кулон выглядит потрясающе, он испускает огромное количество небесной энергии.
— Странно… — Я нахмурил брови. — Этот кулон куда меньше моего камня духа, но плотность выпускаемых частиц стоит наравне, если не больше… — Осторожно положил его в глубокий карман изорванной рубахи и встал, подошёл к бронзовому диску, который занимает практически всю площадь этой странной комнаты. Некоторые руны сплетаются между собой и отдалённо напоминают планеты, зверей и даже людей в героических позах. Странная штука, она непонятна мне и, по всей видимости, уже давно не работает так, как должна. — Если я всё правильно понимаю, то чтобы спасти отпрыска из великой семьи, мне нужно, чтобы моя стихия проникла внутрь него, чтобы обратить алую ци в обычную небесную энергию…
Почесал затылок и вышел из комнаты, подошёл к застывшему Онику и положил руку ему на спину. Прикрыл глаза и представил, как моя стихия медленно покидает свой клубок, сотканный у меня под сердцем. Вот только есть небольшая проблема: через канал, который я запечатал, она не пройдёт — нужно на мгновение приоткрыть его и снова захлопнуть. Вокруг ещё полным-полно алой ци, которая мгновенно распадётся на чистейшую энергию, поэтому нельзя рисковать. Второй раунд я попросту не переживу и, скорее всего, лопну, подобно воздушному шарику.
Погрузился внутрь своего тела и довольно легко распахнул канал. Несколько крупиц голубой энергии вырвались наружу и быстро проникли в тело парня. Открыл глаза и, подхватив его под руки, выволок отсюда прямиком в помещение, где и скончался декан этой башни алхимиков.
Я осторожно положил его на пол и принялся наблюдать за протекающими изменениями. Так как его глаза раскрыты, я могу видеть, насколько быстро спадает краснота. Одеревеневшие конечности постепенно опускаются вниз, и тело в целом расслабляется. Своими глазами вижу, как сквозь поры на его коже вырывается огромное количество небесной энергии, но это ещё не всё… С этим излишком энергии уходит и его база культивации. Медленно, ступень за ступенью, она падает до десятого ранга мёртвой плоти.
Нет, не самого начала ступени, а её пика. Совсем чуть-чуть — и парень снова войдёт на ранг железной кожи, вот только неизвестно, сколько усилий придётся приложить, чтобы вернуть утраченное развитие. Будет ли он рад, что остался жив, или начнёт сокрушаться о потерях? Мне неизвестен темперамент местных практиков, да и в целом они непонятны мне как люди, ведь по сути не являются таковыми.
Нужно дождаться, пока он не придёт в себя, но до этого времени я планирую изучить комнату декана. Надеюсь, она сохранилась в целости и сохранности. Когда я пребывал в его иллюзии, то не заметил, чтобы студенты ломились именно в неё, значит, каждый из них прекрасно понимал, где находится декан, который, по их мнению, должен был защитить и спасти всех. Вот только ни черта не вышло. Все погибли в ужасных муках, оставив после себя обезображенные скелеты, что при малейшем касании рассыпаются в прах.
— Стой… — Я резко обернулся и посмотрел на бессознательного парня. — Получается, он недостоин? — Слова старика до сих пор набатом гремят в моей голове. Если ты достоин, то обратишься в подобие человека, лишённого души и разума, если нет — остаётся только смерть. Раз парнишка не начал обращаться, то ему была уготована жалкая смерть? Скорее всего, он бы просто застыл на месте до самого своего конца, пока не превратился бы в скелет, обтянутый кожей. — Интересно, алая ци проникла на нижние этажи? — Меня интересовала именно та, которая вырвалась из этой комнаты. Если она упала вниз и заразила всех выживших практиков, то быть беде. Всех я чисто физически не смогу реанимировать, да и надо ли оно мне? Больше пробуждённых — больше лишних вопросов. Моё положение и так шаткое из-за этого отпрыска из великой семьи.
Махнул рукой и вышел из просторной комнаты, часть которой обрушилась. Здесь всё также: алый туман заполонил всё пространство и завис, подобно непроницаемому барьеру. Сквозь него хорошо видно, ведь, как и сказал старик, его плотность заметно снизилась, что вылилось в потерю качества.
По памяти набрёл на кабинет декана и увидел обвалившуюся дверь. Она сильно износилась за это время, но удивительно, как она вообще не сгнила. Мягко отодвинул её в сторону и вошёл в плохо освещённую комнату. Со зрением практика я отлично вижу в темноте, вот только здесь столько пыли… Она буквально покрыла всё — от потолка до пола. Все полки, полные книг и склянок, чуть ли не скрылись под коркой пыли и грязи. Если спальные места студентов ещё кое-как сохранили божеский вид, то здесь всё слишком печально.
— Не так уж и страшно, главное, чтобы сохранилось то, за чем я сюда и пришёл, — Меня не интересуют лекарственные препараты, которые, скорее всего, сгнили под чистую за пять тысяч лет. Мне нужны книги и опыт алхимии той эпохи. Как они создавали свои лекарства? Что использовали и какую цель преследовали? — Ну-ка, ну-ка, что здесь у нас? — Моё лицо расплылось в довольной улыбке, ведь, подойдя к одному из шкафов, полностью забитому потрёпанными книжками, я схватил одну из них и, смахнув грязь с ободранной обложки, увидел то, что заставило моё сердце биться чаще. — Джек-пот! Ха-ха-ха! — Рассмеялся я во всё горло.
  
Ребят, не забывайте ставить лайки и подписываться на цикл.