Тень на краю империи (СИ)

— Запрет на боевые действия, — охотно пояснил собеседник. — Любые. Вендетта, война, разборки между преступными синдикатами. Никаких крупных отрядов в черте города, а также в десятикилометровой зоне пригородов.
Я обдумал услышанное.
— И что, прямо завтра это начинается?
— Откровенно говоря, уже началось.
— Но ваши земли, князь, находятся за пределами этой зоны. Как и наша стройплощадка. Мы никак не можем обезопасить себя от потенциальных недоброжелателей.
  
— Здесь тонкий момент, — хмыкнул Мещерский. — Если аристократ проживает в черте Турнирного Города, никто не смеет объявить ему войну.
— Иммунитет распространяется на любые земли? — опешил я. — Даже если вы прикупили участок на Сахалине?
— Да хоть на Аляске! — князь искренне веселился.
— Но участок формально принадлежит моему Роду. А я живу в Фазисе. Так что на завод нападут и не поморщатся, если увидят уязвимость.
— Не нападут, — заверил Мещерский. — Потому что вокруг лежат мои земли. А я никого не пропущу, ибо мы с вами кто? Правильно — партнёры.
Я обдумал услышанное.
На том конце провода ждали реакции.
— Хорошая новость, — признал я. — И сколько это продлится?
Дату Турнира мне тоже никто не удосужился сообщить.
Вообще, понять кланы можно. Передача власти — это действие глубоко сакральное, не терпящее суеты. Кому бы не взбрело в голову устроить на Урале мясорубку — это не в общих интересах. А провокации могут организовать, скажем, наши европейские «друзья». Или заокеанские умники из Наска. Ведь период безвластья, когда старый властитель лишь формально исполняет свои обязанности, — лучшее время для нападения. Я уж молчу про физическое устранение приехавших конкурентов. В том числе, силами независимых дворянских Родов, которые будут впоследствии приняты под крыло заказчика. Ну, либо ими пожертвуют, как проходными пешками.
Так или иначе, безопасность необходима.
— Сергей, Турнир начнётся в январе, сразу после празднования Йоля. Мой источник уверяет, что бои на арене развернутся с пятнадцатого по двадцатое января.
— Шесть дней? Там же всего пять бойцов, разве нет?
Мещерский вздохнул.
Моё невежество его раздражало.
— Нет, юноша. Кланы выставляют гораздо больше воинов, чем вы думаете. Поэтому составляется турнирная сетка, проводится жеребьёвка. И лучшие добираются до финала.
— Там же будет море крови. Кому это надо?
— Старые правила. Каждый Дом может выставить до десяти бойцов. Во-первых, неизвестно, как жеребьёвка повлияет на конечный результат. Во-вторых, очень сложно предсказать, кто ведущий боец. Это затруднит ментальные и морфические атаки, а они непременно будут.
Боги!
Как меня тошнит от клановых интриг…
— И как они планируют обеспечить выполнение моратория?
— Формируется совместный гарнизон, — ответил Мещерский. — Но это лишь внешнее кольцо. В самом городе будут работать СБ всех пяти кланов. Ещё и независимых международных наблюдателей пригласят.
После этих слов захотелось рассмеяться.
Но я сдержался.
— Хорошо, это полгода. А дальше что?
— Полгода — это же прекрасно! — Мещерский буквально источал радость. — Мы успеем согласовать свою деятельность с инквизицией, получить нужные лицензии, провести геодезические работы… и смонтировать основные линии защиты. Как минимум, с юридической точки зрения наши позиции будут крепкими.
— Я услышал. Ваши предложения?
— Подстегнуть Плотниковых. Доплатите, если потребуется. Но пусть ускорят проектирование и как можно быстрее приступят к геодезическим работам. Уверен, над прототипом вы и так работаете, но… Если в ближайшее время возникнет угроза вашим людям… помните, что можно перенести КБ на Урал.
— Учту, — сухо ответил я. — Но в данный момент я контролирую ситуацию.
— Моё дело предложить, — голос Мещерского стал равнодушным. — До связи, барон.
Короткие гудки.
Стоило мне положить трубку на рычажки, как телефон вместе с тумбочкой исчез, пополнив запасы протоматерии. Удобно, загрызи меня пчела!
Услышанное нужно переварить.
А лучший способ привести мысли в порядок — это помахать мечом. Или шестом. Или другой железкой. Даже метание ножей настраивает меня на правильный лад и дарит просветление.
Покинув комнату с противотанковым комплексом, я пошёл к себе, переоделся в ифу и двинул в сторону додзё. Там уже не первый час тренировалась Маро под руководством опытных наставников. Звукоизоляцию Бродяга обеспечил идеальную — ни одного звона, ни одного удара за пределами помещения.
Закрыв за собой дверь, я остановился у стены.
В зале работали три человека. Маро, её бессменный наставник Мерген-оол и ещё один тип, к которому я пока не решил, как относится. Кряжистый бородатый мужик, смахивающий на гнома, какими их видел Питер Джексон. Крепыш носил старые треники в полоску, клетчатую рубаху навыпуск и совершенно никак не смахивал на серьёзного бойца. Если не знать, что перед тобой легенда — Ибрагим Таиров, главный ланистер Дома Эфы. Сам он по психотипу прыгун, но в бою эту способность использует редко. Происхождения неблагородного, но уже лет пять как носит пожалованный баронский титул и владеет землями в окрестностях Атлера. Главная заслуга Таирова вовсе не в наборе талантливых одарённых, этим успешно занимаются его помощники. Главный ланистер изучает техники конкурирующих бойцов, раскладывает всё по полочкам, анализирует и вырабатывает противоядие. Да, он тренер. Но тренер специфический. Заточенный под арену и её реалии.
Мастер Мерген отрабатывал с Маро какую-то хитрую связку, причём оба были вооружены посохами. Утяжелёнными посохами.
Ланистер наблюдал за поединком.
Увидев меня, «гном» приветливо помахал рукой.
Я уже говорил, что не знаю, как относиться к этому типу? А всё потому, что Таиров — человек с двойным дном. У него нет привычных аристократических понятий чести. Всё, что интересует главного ланистера — это поиск и натаскивание перспективных кадров. И да, речь идёт о нескончаемой подготовке к Великим Турнирам. Других обязанностей у ланистеров нет.
Когда помощники Таирова приходят в гимназию, они знают, кто им нужен. Знают, что через десять или пятнадцать лет кто-то из этих ребят умрёт на арене. Или будет покалечен, несмотря на ограничения. Или будет ликвидирован шиноби, которым заплатили другие кланы…
И это мне не нравится.
Очень не люблю тех, кто манипулирует людьми, словно бездушными пешками.
— Господин Иванов, какая встреча! — Таиров приблизился ко мне, продолжая краем глаза наблюдать за действиями бесов. — Решили поразмяться?
— Есть такое, — ухмыльнулся я.
— С удовольствием составлю вам компанию, — заявил главный ланистер Эфы. — Какое оружие предпочитаете?
— На ваше усмотрение.
С Таировым мы ещё не спарринговались.
Будет интересно.
  
Глава 5
 
Ланистер просканировал меня таким взглядом, словно выбирал раба на невольничьем рынке. И тем самым набрал ещё больше отрицательных очков. Потому что я этот взгляд ненавижу давно. Прошло два тысячелетия, а я помню тех, кто смотрел на меня такими же оценивающими глазами.
Как-то так получилось, что Маро живёт в нашем доме уже три месяца, а с Таировым я почти не пересекался. Появился этот мужик недавно, недели четыре назад. До этого приходили бесы, меты и азиатские мастера, которых вызвали чуть ли не с Шаолиня. Ладно, шучу. Может, и не монахи они, но уж очень похожи. И на каждого мастер Багус выписывал пропуск, каждого пробивал через наши каналы.
— Парные тесаки, — уверенно заявил ланистер. — Батчамдоу.
Я хмыкнул.
Уж не знаю, почему так сложилось исторически, но все ланистеры обожают парное оружие. Вечно им надо что-то во вторую руку сунуть. Щит, сеть или дополнительный клинок — не важно.
  
Ибрагим Таиров приволок с собой целую кучу оружия. Приехал на собственном фургоне, без помощников, слуг или големов. Зато с чехлами, большими сумками и футлярами. Всё это приволок в мой зал и попросил оставить здесь на несколько месяцев, пока Маро тренируется. Я пожал плечами и согласился. У меня и своего холодняка было завались, а чего не хватало для упражнений, всегда можно выпросить у Бродяги. Единственный минус оружия, собранного из протоматерии — ограниченный радиус действия. Выйдешь со шпагой из дома, а она и развалится. Но для спаррингов я мог заказать АБСОЛЮТНО ВСЁ. Как вы понимаете, в библиотеке домоморфа — неограниченное количество чертежей клинков со всего мира. Но, как говорится, хозяин-барин.