Влюблен без памяти (СИ)

Девушкам, наверное, пришлось нелегко. Они выживали где-то в провинции, вдалеке от цивилизации… возможно, у дальних родственников. Может быть, научились зарабатывать деньги своим трудом. Или воровством и мошенничеством – ах эти голубые глаза на пол-лица, разве они способны соврать?
Имение семейства Рендинов в столице монарх пожаловал лорду Орену-старшему. Теперь, когда Эдвард похоронил отца, он стал единственным наследником и полновластным хозяином всего имущества Орена, в том числе и владений, в прошлом принадлежавших Рендинам.
  
В дверь постучали, всунулась голова предупредительного камердинера:
– Милорд, ваши гости…
– Да-да, Юбер.
Эдвард и забыл о гостях. Эти барышни, которые хватали его за рукав и корчили умильные рожицы в притворном восторге, были все на одно лицо. Ни одна из них ни разу его ничем не удивила. Вряд ли кто-то из них был готов пробраться в чужой – пусть даже в прошлом и собственный – дом и не запаниковать, будучи застигнутой прямо на месте преступления. Марианна, «леди Марианна», несмотря на юный возраст, точно знала, чего хочет. Она убедительно сыграла роль помощницы хозяина в таком деле, как пугающая и даже отталкивающая многих алхимия, и пошла на риск, лишь бы завладеть нужным ей артефактом.
Интересная особа. Весьма интересная.
Орен снова тихо засмеялся от радости. Он не станет торопиться, подумает и потом решит, как ему быть с ней дальше и как заставить ее помогать ему в применении шара памяти.
  
Глава 6
 
Выскочив из особняка, который прежде принадлежал ее семье, Марианна украдкой пробралась по мокрому саду, а выйдя на улицу, опрометью кинулась домой. Они со старшей сестрой, Вив, проживали теперь в доходном доме недалеко от центра города – делили одну на двоих комнату под самой крышей.
Когда родителей не стало, Вивьен пришлось взять на себя обязанности воспитания младшенькой. Такая ответственность закалила ее, сделала чрезмерно серьезной и негибкой. Она боялась привлечь к себе внимание, сурово ругала Марианну за необдуманные поступки. Поэтому, чем ближе Марианна подходила к нынешнему убежищу, тем медленнее шагала. Противный дождь закрасил все серым цветом. Платье липло к ногам, и Марианну била дрожь не то от холода, не то от пережитого шока.
Мимо пронесся лихой всадник, и Марианну забрызгало грязью с ног до головы. Она вздрогнула и крепче прижала к груди драгоценный артефакт.
Поначалу план казался Марианне очень даже удачным. Шар из розовато-дымчатого хрусталя способен пробуждать воспоминания, отец говорил об этом убежденно, он даже утверждал, что это главное сокровище в их доме. А еще он говорил, что шар был изготовлен специально для их предка и зачарован таким образом, что может приносить пользу только членам их семьи. Первым делом надо вернуть артефакт в семью – пусть она и состоит сейчас всего из двух человек. Больше у них никого нет на свете, кроме друг друга.
Возможно, отец, твердивший о важности артефакта, надеялся когда-нибудь возвратиться в столицу, получить возможность оправдаться перед королем, показать ему свои воспоминания и продемонстрировать, что у него и в мыслях не было предательств или хищений казны. Кто знает. Отца нет в живых, и теперь все в руках Марианны. Шар она уже добыла.
А дальше… Нужно подобраться с этим шаром к тем, кто давал показания против отца, заставить их признаться, что они оклеветали достойного человека из зависти, и тогда можно будет надеяться, что нынешний правитель – говорят, он справедлив, – вернет изгнанным наследницам хоть часть имущества, если не титул.
– Мы появились на свет не в трущобах и не затем, чтобы подавать еду работягам, пропившим последний ум, не затем, чтобы обшивать лавочниц и рыбачек, – повторяла Марианна сестре, но та лишь отмахивалась.
– Гордыня родилась прежде тебя, Марианна! Всякий труд заслуживает уважения. Если провидению было угодно скинуть нас вниз, так тому и быть!
Вивьен научилась шить, и у нее это получалось неплохо. Она с детства любила возиться с лоскутками и сама пыталась мастерить наряды для кукол, хоть в высшем обществе это было и не принято. Конечно, только ее смирение и усердие и позволило обеим девочкам выжить. Марианна помогала сестре, тоже выучилась кроить и даже моделировать одежду, но ей это было не по душе. Она все время говорила себе, что ее задача – очистить доброе имя родителей.
И вот, первый шаг был сделан. Вивьен уступила Марианне и согласилась переехать обратно в столицу. Она твердила, что на этом следует остановиться, и сама даже не ходила смотреть на бывшие владения семьи Рендин. Ладно, Марианна знала, что обойдется своими силами!
Сейчас она несла сестре драгоценный шар и обдумывала, как бы рассказать ей историю его обретения. Всей правды говорить нельзя, в этом сомнений нет! С Вивьен станется вернуть артефакт нынешнему хозяину, наплевав на все усилия Марианны.
Жаль, уже не выйдет прикинуться невинной, как в детстве, и поведать, что все вышло как бы само собой: дверь в усадьбе была открыта, артефакт лежал на столе… просто сам просился в руки! Про то, что в особняк нужно было зайти и выкрасть шар, сказать придется. Марианна решила умолчать о том, как устраивала комедию перед гостями лорда, как пряталась за шкафом и вынуждена была воспользоваться помощью Дрейка, чтобы выбраться. Да. Она просто взяла то, что им принадлежит, и все. Именно так.
– Марианна! – всплеснула руками Вивьен, когда сестра наконец добралась до их пристанища. – Ради всего святого!
Дождь к тому времени превратился в ливень, а Марианна – в замарашку. Изящно одетая Вивьен, с блестящими, уложенными в скромную прическу волосами, отличалась сейчас от нее, как… настоящая леди от бродяжки.
Измученная переживаниями, Марианна уныло проплелась к стулу, оставляя за собой лужицы воды. Аккуратистка Вивьен даже поспешила отодвинуть от сестры столик, на котором были разложены выкройки.
– Где ты была?
– Я ходила домой, – буркнула Марианна.
– Что? Это я жду тебя дома, а тебя неизвестно где носит! Скорее снимай платье и переодевайся в сухое, сейчас нагреем воды.
Придуманная история выветрилась у Марианны из головы, она никак не могла вспомнить, с чего хотела начать, поэтому она подняла дрожащую руку, протягивая сестре розовато-дымчатый шар.
– Что это?
Вивьен распахнула глаза и в смятении упала на стул, не принимая артефакт.
– Ты не помнишь? Папа нам его показывал.
– Папа?!
– Это артефакт памяти. Он работает только для нашей семьи.
– Марианна! Откуда ты его взяла?
– Я ходила домой, – упрямо повторила Марианна, и до Вивьен вдруг дошло.
– Ты… Ты ходила в нашу усадьбу? К лорду Орену? – Ее рука взлетела к губам. – Он тебя узнал? Что ты ему сказала?
Марианна невольно улыбнулась. Хоть Вивьен и старше, она оставалась такой наивной! Неужели лорд Орен стал бы с ней разговаривать?
– Да, ходила, нет, он меня не узнал. – Марианна кашлянула. – Потому что он меня не видел.
– Что?!
– Вив, не изображай дурочку. Я просто взяла то, что принадлежит нам. Ему это не нужно.
– Марианна! – Вивьен повысила голос. – Дурочку тут изображает только один человек, и это не я! Ты хочешь сказать, что ты обокрала лорда? Ты сошла с ума, если думаешь, что это сойдет тебе с рук!
Марианна вскочила и тоже закричала:
– Никого я не обокрала! Для него это стекляшка, это ценный артефакт только для нас с тобой!
– Он тебя найдет и душу из тебя вытрясет! Вот знала я, что не надо поддаваться на твои уговоры и возвращаться в город! Но когда же у тебя появится хоть капелька ума?!
  
– Когда мы вернем себе то, что наше по праву!
– Наше тут только то, что мы можем честно заработать, сестричка, – сказала Вив, неожиданно сбавив тон. – Ты сделала большую глупость. Это нужно завтра же исправить.
– Каким образом?
– Вернув артефакт лорду Орену, конечно!
Марианна осторожно пристроила шар на стол подальше от края.
– Это наше. И никому я это не отдам. И ты не отдашь. Когда я взяла его в руки, Вив, он показал мне… Он напомнил мне, как папа и мама… – Горло сжали рыдания. – Мы с тобой и папа с мамой стояли возле того шкафа, за которым кроется сейф, и я увидела в шаре тот вечер. Понимаешь? Если нам никогда и ничего больше не достанется из того, что нажили поколения наших предков, Вивьен, мы заслуживаем, чтобы хотя бы этот артефакт остался у нас.