Влюблен без памяти (СИ)

Он покачал головой.
– Я не знаю, как буду жить дальше.
– А я тебе скажу. Мы вернемся в твой дом. И все будет хорошо. Как и прежде. Для меня ты не изменился – ничего не изменилось. И никому не надо знать, что за тайну скрывает твое прошлое. Если хочешь, мы даже Вивьен ничего не откроем. Меня вполне устраивает то, кто ты есть!
Эдвард вновь пристально вгляделся ей в лицо. Она не отводила глаз.
  
– Леди Марианна, графиня Рендин, – упрямо возразил он, – бастард лорда Орена вам не пара.
Марианна топнула ногой.
– Лорд Орен, а вам не пара – Марианна Райнор! И что с того? Если только ты не ищешь повод избавиться от меня… В этом случае, конечно, повод у тебя есть. Ничуть не хуже вчерашнего.
Она расстроенно вздохнула и медленно пошла вперед. Эдвард нагнал ее.
– Ты говоришь глупости, – рассерженно констатировал он.
– О! – Марианна хохотнула. – Знаешь, тебе идет иногда откладывать в сторону джентльменские манеры и выражать свои мысли проще!
– Проще?
– Ну да. Марианне это тоже по душе. Без всякого «прошу меня извинить, но ваши последние слова, возможно, не вполне отражают то, что было бы благоразумно высказать при сложившихся обстоятельствах…» Язык сломаешь, ум за разум зайдет!
Эдвард поймал ее за руку, чтобы найти опору.
– Марианна, – сказал он серьезно, – ты выйдешь за меня замуж?
Она вскинула брови.
– Выйду. Если ты перестанешь поминутно разрывать помолвку. Ну, если не перестанешь, может, тоже успею – в один из тех промежутков, когда ты меня любишь…
Она прикусила язык. Слово «любовь» между ними еще не звучало, и не пристало девушке упоминать его первой. Но когда было ему прозвучать, как не сейчас, когда они были так откровенны, когда Эдвард балансировал на краю отчаяния? Видно, мальчик, украденный у родной матери, принужденный расти без тепла и ласки, не мог просто так выговорить это злополучное слово. Зато, когда он глядел на Марианну, его глаза светились любовью. Она это видела. Она не ошибалась.
Эдвард споткнулся. Замер. Она тоже остановилась.
– Марианна, посмотри на меня, – попросил он.
Она выполнила его просьбу. Все перевернулось и встало с головы обратно на ноги. Мир наполняла любовь. Мир переполняла любовь. Любовь он увидел во взгляде невесты, любовь и надежду на то, что у него будет семья и самый настоящий дом, куда хочется возвращаться, где на душе спокойно, потому что это правильно. Все отступило на задний план – остались только они вдвоем, и вокруг – торжествующее лето.
– Ты выйдешь за меня, как бы я ни звался, кем бы ни оказался?
Марианна надула губы и капризно дернула плечом.
– Мне очень нравилось имя «Эдвард», и я уже вовсю воображала себя женой человека по имени Эдвард. А впрочем, ладно, выйду за тебя, как бы ты ни звался!
Он качнул головой, будто удивляясь ее ответу или ее тону, потом схватил ее за плечи и поцеловал в губы. И еще. И еще, и еще. Жадно, ненасытно, так, что скоро у нее подкосились ноги.
– Эдвард! – возмутилась она, задыхаясь и смеясь. – Средь бела дня, у всех на виду… нет, посреди чиста поля!
Они и правда отошли уже далеко от дома старого Бальтазара, и вокруг не было ни души, кроме кучера с его лошадями – в отдалении. Вокруг шумел радостный августовский луг, летали бабочки, жужжали пчелы, пели птицы. Все воспевало жизнь. Темные тайны, обретя разгадку, рухнули в прошлое, которому и принадлежали. А перед ними открывалось яркое, трепетное будущее.
– Я имею право целовать свою невесту, – отрезал Эдвард с вызовом.
– У меня голова закружилась!
– Пусть она кружится отныне только от моих поцелуев, и больше никакого загадочного кровопийства со стороны магических артефактов! Придем домой, и я его разобью. – Эдвард прижал Марианну к себе и вдруг встревожился: – Или тебе опять нехорошо? Карета рядом, если что!
– Да не нужна мне никакая карета! – Марианна снова хихикнула, встретив счастливый взгляд жениха, и приникла к его груди. – Ну что? Так и сделаем? Просто забудем все то, что тебе сегодня наговорили? Бальтазар молчал все эти годы…
Эдвард помрачнел.
– Юбер знает, – выплюнул он. – Юберу все известно. Мне нужно будет с ним поговорить, когда мы вернемся домой.
  
Глава 56
 
Пока Марианна с лордом Ореном навещали доктора Бальтазара, Вивьен сидела запершись в своей спальне: она боялась новой встречи с Юбером. При мысли о его горящих глазах у нее начинало сильнее биться сердце, но она была настолько неопытна в сфере отношений мужчины и женщины, что не представляла, как быть, когда они снова столкнутся лицом к лицу. «Он не может и в самом деле любить меня, – повторяла она себе. – Мы совсем не знаем друг друга». Однако он не побоялся вызвать гнев лорда Орена, вставая на ее защиту.
Увидев в окно подъезжающую карету, Вивьен вздохнула с облегчением. Впрочем, Марианна и Эдвард не торопились домой.
– Прогуляемся по саду, – предложил Эдвард, когда они приблизились к особняку.
Они медленно пошли по тисовой аллее рука об руку. Через несколько минут Эдвард нарушил молчание.
– Тот мальчик. Твое воспоминание… Мальчик, который доставал тебе шишки из фонтана. Это был не я.
– Наверное.
– Это был Эдвард Орен, как он и сказал. Мне очень жаль, что ты грезила не обо мне…
Марианна задумчиво кивнула.
– Он был милый, – серьезно проговорила она. – Знаешь, хорошо, что ты его видел, что мы его вспомнили и что хоть у кого-то сохранилось воспоминание о нем. Мы его будем почтительно хранить. Надо разыскать его могилу.
– И попросить у него прощения, что я украл его жизнь.
Марианна ткнула жениха в бок.
– Тебя самого обездолили, вырвав из материнских рук. Прекрати терзаться.
Эдвард вздохнул.
– Мне нравилась мысль, что мы с тобой знакомы много лет, как будто бы мы были предназначены друг другу. Ладно, пустое.
– Конечно, были! – убежденно сказала Марианна. – Раз мы собираемся пожениться, значит, мы и были с тобой предназначены друг другу.
Он обнял ее за плечи и поцеловал в золотоволосую макушку.
– Я тебя никому не отдам, – предупредил он.
– Пф! Я и не собираюсь отдаваться кому-то еще!
Тут поцелуем в волосы дело не ограничилось, и они еще надолго застряли в саду, вдали от осуждающего взгляда Вивьен.
– Мы ей не скажем? – спросила Марианна, когда они наконец ступили на крыльцо.
– Леди Вивьен? Думаю, ты вряд ли способна что-то от нее утаить. Я не стану требовать такой жертвы, понятно же, что вы очень близки. Будь добра, пригласи ее в гостиную, а я вызову Юбера. – Эдвард решительно тряхнул головой. – Я хочу знать, что ему известно, а главное – откуда.
Вскоре все четверо собрались в гостиной, как накануне, однако все выглядело и ощущалось совсем по-другому. Сейчас в небе ярко сияло солнце, окна были приоткрыты, впуская свежий воздух. Люди на потемневших портретах словно сделали шаг назад, прячась в своих обрамленных убежищах, не в силах смотреть Эдварду в глаза.
Дамы заняли места в креслах, Эдвард встал в центре гостиной. Юбер принял непринужденную позу и расположился напротив.
– Итак, – отрывисто сказал Эдвард. – Леди Вивьен, Марианна успела ввести вас в курс дела?
Вивьен покачала головой.
– Не успела, – заключил он. – Юбер, по твоему совету мы побеседовали с доктором Бальтазаром. Как ты и предполагал, он был рад поделиться с нами тайной, которая, должно быть, терзала его душу. Ты был прав.
Юбер склонил голову то ли в знак согласия, то ли обозначая, что благодарит за эту сомнительную похвалу.
– Но что он вам сказал? – мягко поинтересовалась Вивьен.
– Может быть, вам раскроет это Юбер? Ведь вчера он дал нам всем понять, что он в курсе дела. – Эдвард махнул рукой, приглашая камердинера говорить.
  
– Вы этого желаете, сударь? – уточнил Юбер, изогнув бровь.
– Да. – Эдвард подошел к двери, распахнул ее, проверяя, не стоит ли кто за ней, и снова ее закрыл. – Говори.
– Вы боитесь, что кто-то узнает вашу тайну? – предположил камердинер.