Под маской ангела (СИ)

А еще вокруг дьявольски пахло сексом. Стол подо мной казался совсем не устойчивым — он был явно не предназначен для того, чтобы его так дико трясли. Но это нас мало волновало. Как и то, что нас наверняка стало слышно в соседнем номере, если не на веранде. На все наплевать. Мы наконец-то дорвались друг до друга. И, мне кажется, суток не хватит, чтобы полностью удовлетворить сжигающее нас изнутри желание.
Я любила его так же сильно, как и хотела. И, возможно, именно поэтому получала такое безграничное яркое наслаждение, как ни с кем до него. Не могла оторваться от его губ, наши стоны сливались со рваными, жесткими поцелуями. Я вновь чувствовала, что вот-вот меня захлестнет оргазм, намного мощнее предыдущего. Ждала его, упиваясь каждой секундой нарастающего наслаждения, и чертовски желала ощутить, как член будет пульсировать во мне, изливаясь. Но захочет ли он этого… Ведь он даже не надел резинку.
Казалось, Лео и на мгновение не засомневался перед тем, как войти в меня до предела, крепче прежнего сжать мои бедра и прокатить по моим губам низкий стон. Я впилась в его плечи, чувствуя, как меня захлестывает бурной волной мощная судорога оргазма.
Он так и не вышел из меня, когда мы, переводя дыхание, прижались друг к другу лбами. Эйфория постепенно отступала, и на меня накатывало смущение. Разум вернулся и сейчас громко возмущался: я ему сдалась! Лео все-таки добился своего. И теперь его губы растягивались в довольной улыбке.
Вот и все? Он получил, что хотел. Мое наслаждение от классного секса меркло с каждой секундой. Что будет дальше? Он со мной позабавляется сутки, потом отвезет в свой Лагерь. К тем людям, которым представил своей девушкой? А его слова о любви… Правдивы ли? Даже если так, не померкнут ли его чувства, когда он насытится мной? Может, ему лишь показалось, что он любит меня, а на самом деле…
— Что тут уже за акция протеста начинается? — Лео с улыбкой постучал мне пальцем по лбу. Я метнула в него озадаченный взгляд. Неужели у меня все эмоции на лице написаны? — Только не говори, что жалеешь. Слышишь? — Он взял мое лицо в ладони и пристально заглянул в глаза, будто искал в них ответ. — О чем ты думаешь?
— Ты не надел презерватив.
— А, — ухмыльнулся. — У ресемиторов так просто дети не получаются. Чтобы сделать ребенка, нужно совершить специальный… ритуал, так сказать. Поэтому не волнуйся.
Он сказал, не волнуйся, а у меня после его слов настроение скатилось почти под ноль. Под полный ноль оно скатиться не могло просто потому, что рядом был Лео. Как бы он себя ни вел, что бы ни говорил, рядом с ним я не могла чувствовать себя плохо.
— Ну что? Теперь можно и в душ.
— Иди первый, я потом. — Мне крайне необходимо было собрать себя заново. Навести порядок в мыслях.
— Еще чего. С этого момента мы будем постоянно вместе ходить в душ. Ты даже не представляешь, как я обожаю заниматься сексом в душе, — он подхватил меня на руки и, не переставая болтать, понес в сторону ванной комнаты. — Конечно, еще лучше это делать в широкой ванне. Либо в джакузи. Мы обязательно сделаем это везде, где только можно… Кстати, знаешь, чего мне стоило тогда тебя не взять прямо в душе? Еще никогда я не прилагал столько дьявольских усилий, чтобы держать себя в руках… и не обидеть свою малышку.
Его слова тронули так глубоко, что я начала верить в его чувства. На эти слова невозможно было набросить ярлык «Ложь!», потому что они лишь напоминали о совершенном поступке. Мысли невольно утекли к прошедшим событиям, я принялась их быстро обдумывать и все больше убеждалась в одном: Лео действительно не делал бы столько для меня, если бы хотел просто перепихнуться.
Он осторожно поставил меня на пол ванной комнаты и, потянувшись к выключателю, произнес с соблазнительной улыбкой:
— Хоть я и так неплохо вижу в темноте, но хочу рассмотреть тебя еще лучше.
Яркий свет ударил по глазам, и я машинально скрестила руки на груди, стушевалась. Мой взгляд сначала ускользнул вниз от похотливых огненных глаз, а в следующую секунду метнулся в сторону.
 
У него снова стоял! Низ живота свело сладкой истомой. От мысли о том, что мне безумно хочется просто повернуться к нему спиной и призывно прогнуться в пояснице, щеки залило краской.
Лео подошел ко мне вплотную и с ухмылкой потянулся за чем-то, что лежало за моей спиной.
— Жаль, у нас нет пышной мочалки и круто пахнущего геля для душа. Но это тоже подойдет. — Он повел меня за собой под душ и задвинул за нами шторку. Я неотрывно следила за его движениями, будто это было самое интересное занятие в мире. Вот он включил воду, настроил ее температуру, разорвал пакетик с гелем и растер его между ладонями.
А все потому, что меня вдруг накрыло осознанием: если он действительно любит меня, значит, он… мой? То есть все это потрясающее тело, солнечная улыбка, медово-карие глаза, в которых резвятся огни, и безграничная живая энергетика, что раскрашивает черно-белую жизнь насыщенными, яркими красками — это все мое? А я… его? Ведет он себя точно так, будто имеет на меня полное право.
Вон уже накрыл ладонями мои груди и принялся нежно растирать по ним пенящийся гель. Струи воды били ему по спине, его роста хватало, чтобы на меня летели лишь мелкие брызги. Огненный взгляд намертво припечатался к моей груди и с наслаждением следил, как она покрывается пеной, а затем ладони вновь ее стирают. И так раз за разом.
Мне тоже нравился этот «массаж». Дико возбуждал. А руки покалывало от желания сделать что-то такое, чтобы увидеть в глазах Лео похотливую поволоку, а на лице выражение, близкое к экстазу. Но я совершенно не привыкла проявлять инициативу в сексе. Не наскучу ли ему, если буду просто постоянно позволять себя иметь?
Помнила, он взял с собой два пакетика. Потянулась к прикрепленной к стене полочке и взяла второй. От того, что собиралась делать, щеки горели огнем. Смущалась так, словно до Лео у меня никогда никого не было. И действительно… мне сейчас было так хорошо, что все предыдущие разы до него — неприятные и унижающие — рассеивались в памяти, точно пепел на ветру.
Я растерла между ладонями гель и обхватила руками член. Лео мгновенно замер. Кажется, я даже слышала, как сломалось его дыхание. С мелкой дрожью в руках провела пальцами по стволу, наслаждаясь тем, как мягкий гель скользит по нежной коже, под которой, казалось, находился камень. Как ни странно, я постепенно начала входить во вкус и мне даже нравилось его ласкать. Просто привыкла к тому, что у мужчины член — это инструмент, который может сделать больно. Особенно если его насильно пихают в горло так, что задыхаешься и захлебываешься слюной. Но сейчас, с удивлением обнаружила я, мне даже хотелось прикоснуться к нему языком и вобрать его в себя так глубоко, как это возможно.
Пока что я лишь не спеша ласкала руками, изредка крепко сжимая его в кулак, а потом отпуская и нежно скользя пальцами по головке. Шумное, тяжелое дыхание Лео побуждало меня не останавливаться и придумывать все новые движения.
Неожиданно он накрыл мои руки своей и хриплым голосом сказал:
— Теперь сожми его сильнее и двигайся быстро-быстро.
Он убрал руку, и я постаралась двигаться как можно быстрее, поднимая взгляд к его лицу. Только наши глаза встретились, он положил руку мне на затылок и накрыл мои губы своими. Член запульсировал в моих ладонях, и я вмиг замедлила движение рук, отдаваясь поцелую — сладкому и тягучему, который быстро набирал обороты и становился жгучим и пьянящим.
— Хочу тебе признаться, — пробормотал он мне в губы.
— В чем? — Я подняла веки и вмиг утонула в огне его глаз. В них зарезвились бесенята, взгляд стал игривым.
 
— Еще когда я прятался в твоей ванной комнате, у меня родилось одно желание. Жуть как хочу его исполнить прямо сейчас.
Его слова озадачили. И почему-то испугали. Что за желание у него могло родиться, что он предупреждает меня о нем? Видимо, страх отразился на моем лице, потому что Лео усмехнулся и решил меня успокоить:
— Просто хочу укусить тебя за кое-что. Повернись ко мне спиной.