Вне сценария: Чужой канон (СИ)

— Вы уверены? — прохрипел техник из динамика. — Доза на пятерых мета людей… Сердце просто лопнет.
— Мое сердце выдержит столько, сколько нужно этой империи, — отрезал Фиск.
Пиджак и рубашка полетели на пол. Торс, похожий на гору шрамов и плотного, как резина, мяса, напрягся. Один за другим инъекторы вошли в предплечье. Пять щелчков. Пять порций концентрированной дряни рванули по венам.
  
Первый удар.
Фиск рухнул на колени, едва не проломив их. Лицо перекосило, вены на шее вздулись черными жгутами, будто под кожу загнали живых червей. Казалось, в жилы залили расплавленный свинец. Температура тела подскочила так, что пот испарялся с кожи, превращаясь в густой пар.
Второй удар.
По бункеру понесся жуткий сухой треск — кости ломались и срастались заново. Скелет становился плотнее, увеличиваясь в объеме, чтобы удержать массу растущих мышц. Гигантская туша Фиска стала еще шире, кожа натянулась до предела, приобретая серый, стальной оттенок.
Третий удар.
Сознание взорвалось. Мир превратился в набор вибраций. Фиск каждой порой чувствовал, как наверху плавится арматура и как испуганно скребутся крысы за стенами.
Спустя минуту он медленно поднялся. Выдох был похож на рык работающей турбины. Кингпин взглянул на свои ладони — теперь они могли дробить черепа, как гнилой виноград. Внутри всё пульсировало яростью, но разум оставался чистым и холодным.
Фиск сел в массивное кресло напротив входа. Сложил свои тяжелые, нечеловеческие руки на коленях.
Он ждал……
Пыль и гарь заполнили разрушенный холл, превращая воздух в серо-бурую взвесь, но легкие уже не нуждались в чистом кислороде. Веки сомкнулись лишь на мгновение, чтобы дать волю слуху. Тот включился с резким, сухим щелчком, мгновенно отсекая треск догорающих балок. Началась фильтрация: оседание обломков, гул вентиляции в шахтах… и, наконец, цель. Тяжелое, неестественное сердцебиение.
Тум… Тум… Тум… Звук был похож на удары гигантского молота по наковальне в недрах горы. Каждый толчок этой крови отзывался отчетливой вибрацией в подошвах берцев.
Зрение прошило пространство насквозь, как только глаза открылись снова. Стены потеряли плотность, превратившись в блеклые контуры, обнажая слои армированного бетона, сплетения силовых кабелей и толстые свинцовые экраны. Фиск обнаружился глубоко внизу — массивная, раскаленная тень в самом сердце подземелья.
— Я иду, Уилсон, — сорвалось с губ сухим, едва слышным шепотом.
Кулак сжался, заставляя воздух вокруг костяшек задрожать.
Удар.
Пол под ногами не просто треснул — он взорвался, превращаясь в крошево. Мощная волна вынесла многотонный пласт перекрытия, открывая путь уровнем ниже. Остановка означала потерю темпа, поэтому тело превратилось в живой снаряд, вгрызающийся в саму планету.
Очередной замах — и кулак вошел в армированную плиту, словно в мокрый песок. Пальцы впились в края рваного металла, и с утробным рыком пласт стальной обшивки был вырван с мясом, отлетев в сторону тяжелым диском. Когда на пути встала метровая плита из закаленного сплава, в ход пошла чистая, концентрированная ярость. Короткий, резкий удар на выдохе — и сталь лопнула, разлетаясь рваными лепестками. Тело прошило дымящееся отверстие, пробивая следующий уровень.
Работа шла яростно и методично. Бетонная пыль под кулаками впрессовывалась в гранит, блоки вылетали из пазов целиком под весом разогнанного тела. С каждым уничтоженным этажом пульс Фиска становился громче, тяжелее, заполняя всё пространство вокруг.
Финальный рывок потребовал максимального ускорения. Сложенные перед собой руки протаранили последний слой свинцовой защиты с таким грохотом, будто под землей сдетонировал фугас.
Приземление на обломки потолка в стерильном, холодном коридоре бункера выбило из пола искры. Пыль медленно оседала, обнажая массивную стальную дверь в конце пролета. Руки покрывала бетонная окалина, кожа дымилась от трения, а взгляд был сфокусирован на одной точке.
Между нами осталась всего одна преграда. Обычный гермозатвор, который теперь казался не надежней листа бумаги.
Вынос последней перегородки плечом превратил тяжелую сталь в измятую гармошку, которая с грохотом улетела в угол, а берцы приземлились на пол бункера так, что бетон под ними пошел мелкой крошкой. Пыль еще не успела осесть, как в лицо воткнулись десятки лазерных точек.
Охрана «Синдиката» — элитное мясо в футуристическом обвесе — что-то истошно орало, пока их пальцы уже начали вдавливать спусковые крючки, но для разогнанного мозга время превратилось в густой, застывший кисель.
— Отойдите, — голос лязгнул, как скрежет тектонических плит.
Естественно, эти смертники не послушали, и по комнате хлестанул залп.
Уворачиваться было лень, да и незачем — вместо этого внутри вскипела ярость, требуя выхода. Взгляд сфокусировался в две тончайшие, как бритва, точки, и в ту же секунду из глаз ударил тепловой концентрат, превращаясь в ослепительный багровый росчерк. Энергия вспорола комнату насквозь, на ходу плавя штурмовые винтовки и вскрывая бронепластины вместе с их владельцами. Это была не битва, а резкая дезинфекция: оружие со звоном валилось на пол, аккуратно разделенное пополам, а солдаты оседали бесформенными кулями мяса, пока шаг к цели даже не замедлился.
Каждое движение вперед оставляло глубокие вмятины в стальном полу, и возникшая впереди массивная дубовая дверь казалась здесь, среди бетона и микросхем, каким-то тупым издевательством. Открывать ее никто не собирался — тело просто прошило дерево насквозь, превратив дорогую древесину в облако щепок и сухой трухи.
В дальней комнате царил полумрак, густо замешанный на запахе крови и дорогого табака. Там, в массивном кресле, которое теперь трещало под его весом, сидел Уилсон Фиск.
От холеного бизнесмена в белом пиджаке не осталось нихрена — теперь в кресле возвышалась гора серой, вибрирующей мощи, чья кожа лоснилась от избытка «Омеги», а вены на предплечьях напоминали вбитую под шкуру арматуру. Фиск даже не дернулся, продолжая сверлить пространство своими новыми, стальными зрачками, и в этом тяжелом взгляде не было ни капли страха — только зверское, голодное ожидание большой драки
— Ты все-таки дошел, — пророкотал Фиск, и от его голоса задрожали стаканы на столе.
  
Глава 14. Проэкт Z
 
— Ты все-таки дошел, — пророкотал Фиск, и от его голоса задрожали стаканы на столе. — Посмотри на себя, Ви. Голый, злой, разрушивший всё на своем пути. Ты думаешь, ты пришел сюда за справедливостью? Нет. Ты пришел сюда, чтобы окончательно стать тем, кем тебя создали. Монстром.
Я остановился в трех метрах от него. Мои кулаки все еще дымились, а в воздухе между нами искрило от колоссального напряжения.
— Я пришел за твоей головой, Уилсон, — выдохнул я, и мои глаза снова начали наливаться багрянцем. — Остальное — шум.
Фиск не шелохнулся, он даже не сжал свои новые, похожие на кувалды кулаки, а просто сидел, заполняя собой всё пространство комнаты, и в этом было что-то по-настоящему жуткое. Его голос, ставший на октаву ниже и мощнее, заполнил бункер, вибрируя прямо в моих костях.
— Посмотри на себя, Ви, — он медленно вытянул руку, указывая на руины за моей спиной. — Ты прорубил себе просеку из мяса и бетона. Ты сжёг мой дом. Ты убил людей, которые просто выполняли приказ. И ради чего? Ради того, чтобы доказать себе, что ты ещё человек?
— Кингпин ухмыльнулся, и в его глазах блеснуло что-то холодное, расчетливое. — Ты ведь даже не знаешь, кто ты. Ты думаешь, что ты ошибка? Сбой в программе? Нет, сынок. Ты — прототип. Ты первый шаг к чему-то великому. И тот факт, что ты сейчас стоишь здесь, только подтверждает мою правоту. Ты идеальный инструмент, но инструменту нужен мастер. Я узнал в какой ты больнице появился, где тебя лечили и что тебе вкололи парень.
  
Он медленно поднялся. Каждое его движение сопровождалось гулом, будто заработал тяжелый гидравлический пресс.