Эргоном: Темная жатва (СИ)

Ого! Всё интереснее и интереснее.
— Для чего же? — спросил я.
— Чтобы сказать, что быть императрицей гораздо интересней, чем женой маркиза, — совершенно серьёзно и уже безо всяких улыбок ответила Екатерина. — Не удивляйтесь моей откровенности. Не только у вас есть амбиции, Николай.
А вот это было уже из ряда вон!
Царевна практически прямо сказала мне, что готова поддержать свержение мной её отца ради того, чтобы сесть на троне подле меня! Вот это поворот. Не ожидал. Удивила. Отдаю должное.
Слова Екатерины Голицыной заставили меня взглянуть на неё по-новому.
Кто она? Амбициозная интриганка, готовая на всё ради власти, созник в стане врага или искусная актриса-провокаторша?
  
Глава 21
 
Екатерина явно поняла мои сомнения.
— Ещё раз, — сказала она. — Я не жду, что ты признаешься. Мы ещё даже не женаты, но свадьба состоится, и я стану твоей женой. В любом случае, перейду в Зелёный клан. Отца я люблю, но верность мужу — главное. Так что не сомневайся. Если хочешь, могу доказать, что говорю от чистого сердца. Испытай меня.
Она замолчала, глядя на меня в ожидании. Словно думала, что я немедленно выдам ей задание.
Однако всего этого маловато, чтобы довериться человеку. Тем более, необходимости открывать карты этой девушке никакой не было.
— У меня и в мыслях нет свергать Его Величество, — ответил я. — Как тебе такое в голову пришло?
Голицына развела руками.
— Не мне. Многие так говорят. Не верю, что ты об этом даже не догадываешься.
— Печально слышать. Я всего лишь следую воле Спасителя, не более того.
Екатерина смотрела мне в глаза очень пристально — словно пыталась понять, правду ли я говорю.
Не поняла.
— Что ж, Николай, как скажешь, — улыбнулась она, наконец. — Дело твоё, я лезть не буду. Но, если что, имей в виду, что у тебя есть союзник.
— Спасибо за эти слова, — кивнул я. — Останешься на ужин?
— Нет, благодарю. У меня сегодня ещё дела, так что задерживаться не стану. Да и тебя внезапным визитом отвлекать долго не хочу.
Она поднялась. Я тоже встал, чтобы проводить её.
Уже на крыльце Екатерина чуть подалась ко мне и чмокнула в щёку.
— Надеюсь, ты не решил, будто я действую против тебя по приказу отца, — шепнула она.
Я ничего не ответил. Надеяться она может, на что угодно, однако её помощь мне не нужна. Хотя, конечно, радует, что будущая жена не имеет ничего против того, чтобы я взошёл на трон вместо её отца.
Так-то царевну легко понять. Быть одной из жён маркиза — это совсем не то же самое, что стать императрицей, да ещё из рода прежней династии. День и ночь, как говорится. Так что не скажу, что амбиции Екатерины меня прямо поразили.
Пока шёл обратно, встретился с Есенией. Она с Пешковыми шагала по коридору мне навстречу.
— Куда это вы собрались? — спросил я.
— Хотим прогуляться по парку, — ответила Есения. — Не желаешь с нами?
— Почему бы и нет?
— Ура! — обрадовалась Аглая.
Шушики, уловив её эмоции, возбуждённо запрыгали вокруг, тявкая, как лисицы.
Одевшись в холле, мы вышли на улицу и двинулись по одной из аллей. Девчонки быстро ускакали с шушиками вперёд, гоняясь друг за другом и издавая пронзительные вопли. Мне пришло в голову, что мы смахиваем на семейную пару, хотя ею и не являемся. Я словно собирал по частям то, чего у меня не было в прежней жизни. А ведь скоро появятся мои родные дети. Причём будет их довольно много. Роду нужны мальчики, а они появляются на свет статистически реже девочек. Пара-тройка лет — и вокруг меня будет носиться целая ватага карапузов.
— К тебе приезжала Екатерина Голицына, — проговорила Есения, наблюдая за играми Пешковых с шушиками. — Что-нибудь связанное со свадьбой?
— Если бы. Нет, она предлагала помощь в свержении своего отца.
— Что⁈ — ошарашенно уставилась на меня девушка. — В каком смысле?
— В самом что ни на есть прямом. Царевна уверена, что именно таковы мои планы, и полностью их одобряет.
— Так прямо и сказала?
Я кивнул.
— Похоже, ей очень хочется стать императрицей. Это, конечно, куда круче, чем быть маркизой.
  
— Проклятье… — пробормотала с удивлением Есения.
— Что такое?
— Да просто я только сейчас поняла, что тоже могу стать императрицей.
— Если я взойду на трон.
— Но ты ведь хочешь?
— Не без этого.
— На твоём месте я бы не доверяла Голицыной. Ты же не сказал ей, что она права?
— Нет, конечно. С какой стати?
Есения одобрительно кивнула.
— Не мне давать тебе советы, Коля, но я бы ей не доверяла. Во всяком случае, пока не будет сыграна свадьба.
— Не беспокойся. Я всё отрицал.
— Хорошо. Но ты уверен, что действительно нужно бороться за трон? Тебе он так уж нужен?
— Нужен, — ответил я твёрдо. — Положение обычного главы рода уязвимо. Даже если его любит народ. Сама видела, что стало с Фиолетовым кланом. Несколько дней — и его уже нет. Все накинулись на него, словно саранча — на урожайное поле. Нет, я не могу чувствовать себя в безопасности, пока не стану тем, кому не нужно ни у кого спрашивать разрешения или заручаться одобрением. А сейчас надо мной и император, и Шувалов, и Совет клана.
— Но ведь ты сам себе противоречишь, — улыбнулась Есения. — Если можно свергнуть Голицына, то можно свергнуть, кого угодно. Получается, и ты не будешь в безопасности, если займёшь его место.
— Смотря, как удерживать власть. Белый клан сделал ставку на аристократов. То есть, на тех, кто не прочь занять его место. Так себе решение. Я же планирую заручиться поддержкой народа. Это огромная сила, если направлять её правильно. Когда Фиолетовые были объявлены неугодными Спасителю, многие вассалы и даже члены клана не захотели сражаться за своих господ. А это показатель того, что без простых людей власть не удержать.
Есения вдруг взяла меня за руку и слегка сжала.
— Знаю, что ты сделаешь то, что захочешь. Или считаешь нужным — как тебе больше нравится. И я тебя поддерживаю и буду делать это, сколько потребуется. Мне нравится твоя целеустремлённость. Амбиции — это не плохо. Я считала так, даже когда ты шёл к целям, используя методы, которые мне казались… не самыми правильными. Но я боюсь за тебя, Коля. Ты знаешь, что я сама из клана, который пытался совершить переворот. Наши лидеры хотели того же, что и ты. Они, конечно, не так тщательно подготовились, и это было ошибкой. У тебя шансов гораздо больше — я это вижу. Но остаётся возможность, что в погоне за журавлём в небе ты упустишь синицу, сидящую в твоих руках. Я тебя не пытаюсь переубедить. Это было бы бессмысленно. Я лишь опасаюсь, что ты станешь таким же, какой была я не так давно, — Падшим. Человеком, лишившимся всего и превратившимся в изгнанника. И это ещё если повезёт. Тебя ведь и убить могут. Ты поднялся слишком высоко. Таких врагов в живых не оставляют.
Проникновенная речь Есении неожиданно тронула меня. Я видел, что она искренне беспокоится за меня. Не за то, что снова лишится всего. Её тревожила моя судьба. Никто ещё не был готов забыть о себе, ставя мои интересы выше собственных.
Я сжал руку девушки в ответ.
— Не бойся, милая. Ни со мной, ни с тобой ничего не случится. Я не привык рисковать, не будучи уверен в победе. Конечно, ты права в том, что шанс оказаться не у дел остаётся, но я не могу остановиться. Слишком близок к тому, чтобы достигнуть желаемого. И это нужно не только мне. Я действую в интересах рода Скуратовых. Пока я единственный его представитель, а так оставаться не может. И, как ты правильно сказала, мы все видели, что стало с Фиолетовым кланом. Он исчез всего за несколько дней. Я не могу рисковать, допустив, чтобы однажды то же самое случилось и с моим родом. С тобой, в том числе.
Есения робко улыбнулась.
— Надеюсь, ты победишь, Коля. Я буду с тобой до конца. Можешь в этом не сомневаться. Пусть мой вклад минимален, но, если что-нибудь понадобится…
— У тебя уже есть роль, — сказал я. — И совсем не малая.