Компас желаний (СИ)

Так, и чего я не знаю про плодовые деревья?
  
Глава 8
 
Экипировка в этом вишнёвом походе была весьма серьёзная. Плотная накидка, скрывающая тело до самых ботинок, к которым плотно крепилась, и капюшон с несколькими слоями сетки.
Граф Волков, когда я облачился, придирчиво оглядел меня, велев покрутиться. Удовлетворённо кивнул и мы отправились.
  
— Вы, главное, лишний раз не дергайтесь, — наставлял он, пока мы шли по тропинке вдоль берега.
Сад адмирал разбил за прикрытием скал, чуть вдали от огорода. Возле грядок тоже росли деревья, но, как я понял, менее агрессивные. Я уже сгорал от любопытства, когда мы наконец вышли к месту.
Нет, я помнил, как Павлова управляла корнями, превращая их в довольно грозное оружие. Но чтобы сами деревья были опасны?
То, что это не так, я уже понял по тому, как посмеивался Григорий Иванович, бросая на меня взгляды по пути. Но одеваться пришлось не зря.
Едва мы приблизились к первому же дереву, оно загудело. Из-под блестящих листьев вылетел рой пчёл и направился к нам. Причём насекомые выглядели необычно — привычный желтый окрас имел алый отлив, под стать сочным ягодам, которых тут было очень много.
— Ну, будет вам, — ворчливо сказал Волков, когда часть пчёл буквально облепила его.
Вторая часть воинственно подлетела ко мне, жужжание усилилось и в один миг я перестал видеть, вся сетка, закрывающая лицо, была оккупирована этими мелкими стражами.
— Не беспокойтесь, граф, — услышал я голос адмирала. — Они скоро улетят, знакомятся просто.
Я и не беспокоился. Во-первых, накидка надежно защищала. Во-вторых, я призвал силу и поздоровался, передав намерение не вредить насекомым. Гудение приобрело благожелательный тон.
Контакт с пчёлами удалось наладить сразу же. Кроме того, мне показалось, что они обрадовались, встретив анималиста. Но понимать их было непросто, совсем иной способ мышления, очень далёкий от животных и уж тем более людей. Мой источник и сам загудел, стараясь разобрать новые сигналы.
Казалось, что пчёлы что-то настойчиво хотели мне передать.
— Вот вы теперь и узнали главную тайну круглогодичной урожайности, — смешливо сказал Волков.
И принялся рассказывать удивительную историю.
Необычные насекомые тоже приехали в столицу из-за океана, вместе с деревьями. Точнее тогда это было лишь одно дерево. И в те времена адмирал ещё не раздумывал о собственном хозяйстве и домике.
Но, пожалуй, это стало началом пути, который привёл его сюда.
В те времена Волков был пока ещё каперангом, то есть капитаном первого ранга, и думал лишь о море и карьере, связанной с этой стихией. А свой дар применял разве что в помощь судовому повару, тот выращивал разные пряности. Растения, лишенные нормальных условий, без вмешательства природника росли крайне плохо и постоянно гибли.
Флот шёл откуда-то издалека. Подробностей, понятное дело, Волков сообщать не мог. Но поход был по итогу успешным, график они опережали, оттого решили остановиться на несколько дней у одного из необитаемых островов, затерянных в океане. Пополнить запасы пресной воды, выспаться без качки, искупаться и отдохнуть.
Дивясь диковинным цветам и растениям, моряки обнаружили среди неизвестных плодов вот эту самую вишню. Но приблизится не смогли — их отпугнули пчёлы.
Съестных запасов было много, так что на неожиданные для этих мест деревья перестали обращать внимание. Мало ли что встречалось бывалым путешественникам. И не такое видели.
Только тогда ещё будущего адмирала заинтересовала эта флора. Пока прочие отдыхали, Григорий Иванович изучал растение, силясь разгадать, откуда оно тут взялось. Всё же не самый привычный экземпляр в тропиках.
— К тому же вкусная такая! — делился граф своими воспоминаниями. — Я как попробовал, сразу решил — обязательно нужно черенок привезти.
Каким-то образом природник завоевал доверие мохнатых охранников, избежав укусов. Сказал, что просто приходил и разговаривал с ними. Мол, привыкли и подпустили.
Но всё оказалось сложнее и пошло не по плану.
Остров представлял из себя высоченную гору, окруженную зеленью. Наверх никто не ходил, так что о существовании вулкана не подозревали до последнего. Обычно в таких походах были стихийники, проверяющие безопасность стоянки. Но тут сыграла радость от успеха и желание хорошенько отдохнуть. Поленились маги, в общем. Поверхностно осмотрели и успокоились.
Короче говоря, активность вулкана стала не самым приятным сюрпризом. Но благо он пробуждался неторопливо, поэтому времени уйти было полно.
И стало адмиралу жалко как удивительные вишни, так и пчёл. Захотел он спасти этот уникальный тандем. Ведь, по прогнозам опомнившихся стихийников, острову грозило полное уничтожение.
Как уж Волков уговорил командующего взять на борт столь грозных пассажиров, неизвестно. Граф скромно умолчал и об этом. Обмолвился лишь, что команду всё же покусали.
Спас он тогда три небольших деревца, выкопал и пересадил в бочки, на большее количество уговорить не удалось. И все пчёлки перебрались на эти растения.
Извержение застало корабли на безопасном расстоянии. Все тогда стояли у бортов, заворожённо глядя на буйство огня. Остров погрузился на дно океана, его быстро скрыл пар от соприкосновения воды и лавы. Словно и не было его.
Остались только три маленьких деревца и стерегущие их насекомые.
— Почудилось мне тогда, Александр Лукич, что благодарны они мне, — тепло сказал адмирал, снимая накидку. — Меня-то пчёлы с тех пор не трогают. Оделся, чтобы вам не стало неуютно.
Я тоже избавился от ненужной защиты.
Ещё в середине истории я заподозрил неладное и переключился на магическое зрение. Волшебные существа. Творение места силы, вот чем был тот остров. Причём и вишня тоже оказалась непростой. Симбиоз растения и пчёл создал одно из самых необычных вещей, что я встречал.
Одно без другого не могло существовать.
И, скорее всего, волшебные насекомые чувствовали угрозу от вулкана. И сами выбрали Волкова в качестве спасителя. Оттого и подпустили его. И действительно были благодарны до сих пор.
— Но самое удивительное, — граф подошёл к одному из деревьев и ласково погладил ствол. — При нашем-то климате чувствуют себя прекрасно! Для поддержки совсем немного надо, по накопителю огня на каждое. Хватает тепла, чтобы зимой не обмерзли. Вот ведь чудо!
Я лишь улыбнулся. Не стал разоблачать это чудо, пусть оно таким для него и останется. В этих растениях сохранилась частичка места силы. Да и пчёлы тоже были частью этой системы.
В ином зрении они были сотнями ярких точек, деловито летающих вокруг.
— Ну надо же! — адмирал обернулся и увидел, что я без накидки. — И вас не трогают. Хотя чему я удивляюсь, мог бы уже привыкнуть, что с вами всё не так, как обычно.
Универсалам проще с магическими созданиями. Когда в тебе вся сила мира, понять нечто иное легче. Это на уровне интуиции. Словно часть тебя всё, что вокруг. Иначе не сможешь развиваться, теперь я это осознал.
Нельзя не понимать и не любить какую-то часть мира, это будет останавливать и не давать двигаться вперёд. Даже те же пустынные гули не были мне врагами. Часть мира джиннов что часть мира людей… Сложно, но я ощущал насколько же всё взаимосвязано. Лишь верхушку видел, но уже знал — этот путь верный.
— Им хочется цветов, — улыбнулся я, наконец разобрав магический гул в голове.
— Что? — непонимающе заморгал Волков.
— Пчёлам хочется, чтобы тут было больше цветов.
Адмирал недоверчиво нахмурился, внимательно смотря мне в глаза. Явно хотел спросить, откуда мне это известно. Но не стал, за что я ему был благодарен. Просто доверился мне и кивнул.
  
Жужжание тут же стало громче.
— Им это нравится! — удивлённо воскликнул граф.
Невольно он приобрел способность ощущать больше, чем позволял его дар. Волшебные существа давно приняли его в свою «семью». В тот самый момент, когда он решил спасти их во что бы то ни стало.