Воздушный щит Страны Советов

 
Эпоха Хрущева ознаменовалась весьма активным проникновением Советского Союза на азиатский и африканский континенты, попытками вмешательства в региональные конфликты, стремлением играть доминирующую роль в мировой политике. Зачем нам требовалось влезать в бесконечные войны в далеких странах, бросать в пламя боев своих граждан, кремлевское руководство никогда толком не могло объяснить. Обычно все сводилось к железобетонному лозунгу — «интернациональный долг». Почему-то оказалось, что граждане Страны Советов должны всему миру.
  
На самолетах советского производства можно было увидеть опознавательные знаки ВВС многих стран мира — нахлебников хватало
При этом одним из главных инструментов советского проникновения в страны третьего мира стали массированные поставки оружия и военной техники. Не последнее место в этом потоке вооружения занимала авиационная техника. Армии европейских и азиатских союзников СССР были оснащены советским оружием еще в 40-е годы. Через десять лет число нахлебников значительно увеличилось. Азиаты и африканцы были счастливы: современное оружие им давали в долг или вообще бесплатно, нужно было только вовремя объявить о своей симпатии к «идеям социализма и к первому в мире государству рабочих и крестьян».
Эта волшебная фраза, как в сказке про Али-Бабу, открывала двери советских арсеналов: отказа не было ни в чем, счет шел на тысячи. Один только Ирак за 32 года (1958–1990) получил 1145 боевых и транспортных самолетов, плюс к ним 348 вертолетов. Сирия получила свыше 1200 боевых самолетов. Вьетнамским братьям поставили около 700 боевых самолетов и 120 вертолетов.
Кубинский «команданте» Фидель Кастро, ставший при Хрущеве самым большим другом СССР в качестве только первой порции советской помощи получил 80 истребителей МиГ-17Ф, 42 машины МиГ-21Ф, три десятка учебных самолетов. Всего же за тридцать лет пламенной дружбы кубинцы получили 384 боевых и 78 транспортных самолетов, 143 вертолета. А таких нахлебников были десятки10.
Вместе с «железом» Кремль присылал советников и летчиков, которые не только обучали, но и сами нередко вступали в бой над Африканщиной и Вьетнамщиной. В ряде мест на территории СССР (например, под Архангельском) были созданы специальные учебные центры, где проходили обучение африканские, азиатские и латиноамериканские «горячие парни». Кое-кто из них в дальнейшем сделал блестящую карьеру. Например, пилот бомбардировщика Ту-16 Хосни Мубарак в 1981 году стал президентом Египта и остается им до сих пор.
 Глава 2. ЛЮДИ 
 
Кадровые перестановки, затронувшие все сферы жизни Советского Союза после смерти Сталина, не обошли стороной и ВВС. Но первое время, пока Хрущев вел борьбу за кремлевский трон со своими «заклятыми друзьями», авиационные генералы чувствовали себя в безопасности и не переживали за свое будущее.
Первые перестановки в военном ведомстве начались в 1955 году, после того, как пост министра обороны занял возвращенный из ссылки в Уральский военный округ маршал Жуков.
Главнокомандующим войсками ПВО был назначен маршал Бирюзов, в 1963 году ставший начальником Генерального штаба. Однако его пребывание на этом посту оказалось недолгим — в 1964 году Бирюзов погиб в авиакатастрофе.
В том же 1955 году отправился на пенсию командующий дальней авиацией маршал Новиков. Жуков не простил бывшему авиационному главкому обвинения в свой адрес, сделанные им во время следствия по так называемому «авиационному делу».
Сталинские маршалы. Первый слева — главнокомандующий ВВС К. А. Вершинин, далее — Г. К. Жуков, К.Е. Ворошилов, М. В. Захаров, К. К. Рокоссовский
Победа над политическими соперниками в 1957 году развязала Никите Сергеевичу руки для чистки командного состава вооруженных сил. Волна перемен пошла сверху. Первым под подозрение попал недавний герой политических битв — министр обороны Жуков. Оно и понятно, если маршал помог Хрущеву справиться с Молотовым и Маленковым, что помешает ему устранить и новоявленного вождя?
Призрак «русского Бонапарта», способного осуществить военный переворот, в свое время преследовал Сталина, мешал он спать спокойно и Никите Сергеевичу. Поэтому вскоре, во время официального визита в Югославию, Жуков неожиданно для себя узнал, что он уже больше не министр обороны, а безработный маршал, непонятно что Делающий в чужой стране.
После возвращения Жукова в Москву была устроена показательная порка «маршала Победы», самое деятельное участие в которой приняли его сослуживцы. Как это принято в России, многие из них обличение опального министра сочли шансом для дальнейшего подъема по служебной лестнице.
Сам Хрущев в своих мемуарах об этих событиях писал чуть ли не со слезами на глазах: «Увы, вынуждены были мы расстаться и с Георгием Константиновичем Жуковым. Для меня это было очень болезненным решением. Я высоко ценил его, и у меня с ним сложились наилучшие отношения… Но когда Жуков вошел в состав Президиума ЦК, то стал набирать такую силу, что у руководства страны возникла некоторая тревога. Члены Президиума ЦК не раз высказывали мнение, что Жуков движется в направлении военного переворота, захвата им личной власти.
Такие сведения мы получали и от ряда военных, которые говорили о бонапартистских устремлениях Жукова. Постепенно накопились факты, которые нельзя было игнорировать без опасения подвергнуть страну перевороту типа тех, которые совершаются в Латинской Америке. Мы вынуждены были пойти на отстранение Жукова от его постов. Мне это решение далось с трудом, но деваться было некуда».
Читая эти строки, поражаешься человеческому лицемерию. Слишком трудно представить Хрущева, рыдающего при одной мысли о расставании с Георгием Константиновичем. Замену ему нашли тут же, в лице маршала Родиона Малиновского, а Жукова посадили под домашний арест на подмосковной даче.
Оказавшись безработным, бывший министр в частных беседах весьма нелицеприятно отзывался о военном и политическом руководстве СССР, видимо не подозревая, что все его разговоры подслушиваются, а записи ложатся на стол Хрущеву. Например, 27 мая 1963 года Председатель КГБ СССР В.Е. Семичастный отправил очередной «совершенно секретный» доклад вождю:
«Докладываю Вам некоторые сведения, полученные в последнее время о настроениях бывшего Министра обороны Жукова Г. К.
Смещение Г. К. Жукова в 1957году с поста министра обороны повлекло за собой многочисленные кадровые перестановки и пересмотр взглядов на характер будущей войны — на смену танкам и самолетам должны были прийти ракеты
  
В беседах с бывшими сослуживцами Жуков во всех подробностях рассказывает о том, как готовилось и проводилось заседание Президиума ЦК КПСС, на котором он был отстранен от должности министра обороны, и допускает резкие выпады по адресу отдельных членов Президиума ЦК.
В разговоре с одним из своих сослуживцев по армии Жуков следующим образом отозвался о Малиновском Р.Я.: «Это хитрый человек, он умеет подхалимничать. Он никогда против слова не скажет. «Слушаю». «Есть». Он свое мнение прячет далеко и старается угодить. А такие сейчас как раз и нужны…»
Когда же к Жукову явились Брежнев и Сердюк, побеседовать о его «нездоровых настроениях», маршал отказался от своих слов, а заодно «выдал» компромат на своего преемника Малиновского: «В свое время, как известно, его старая жена написала весьма такое тревожное письмо, и мне было поручено вести следствие, я его вызвал с Дальнего Востока и расследовал. Этот материал был передан министру обороны Булганину. Где эти материалы, не знаю. О чем там сообщалось? О том, что Малиновский вопреки тому, чтобы вернуться на Родину, задержался во Франции в Марокканских частях, якобы поступил туда добровольно служить до 20-го года. И тогда, когда уже разгромили Колчака, он почему-то через Дальний Восток, через линию фронта Колчака поступил добровольцем в Красную Армию».