Мера любви

— Нет, — категорически заявил Ли, найдя наконец носки. Подпрыгивая то на одной, то на другой ноге, он надел их, а затем ботинки. — Я обещал Маккорду появиться. Какая-то женщина должна прийти сегодня на собеседование.
— Какая женщина?
В который раз выражение лица Триш резко изменилось, и, словно поняв, что он не передумает, созерцая ее обнаженное тело, она сбросила ноги с кровати и потянулась за атласным халатом. Посмотрев на нее, Ли вынужден был признать, что выглядит она для своего возраста просто великолепно.
  
— Я спросила, какая женщина? — повторила Триш, хватая Ли за руку, прежде чем он успел натянуть пиджак, и затравленно глядя на него. — Ли, почему ты так подло поступаешь со мной? Ты был таким нетерпеливым, таким страстным вчера вечером.
Ли едва удержал стон. Торнадо, жеребец Холкомбов, был именно тем, что ему требовалось для улучшения породы собственных лошадей. И вчера вечером он пришел сюда с намерением пойти на что угодно, лишь бы Триш назвала свою цену. Но сегодня утром он иначе смотрел на сложившуюся ситуацию. Его былая дружба с Чарлзом Холкомбом оказалась запятнанной вульгарной интрижкой. Господи, да Триш ему почти в матери годится! Кроме того, неужели он действительно собирается снова связать себя с кем-нибудь?
Атмосфера в комнате вдруг показалась ему удушливой: в ней смешались запахи приторных духов Триш, пота и секса. Ему не терпелось вырваться отсюда. Хотелось сесть на лошадь — все равно какую — и мчаться до тех пор, пока он не придет в норму. Но Ли понимал, что требуется нечто большее, чем прогулка верхом, чтобы поднять ему настроение. Пока он не вернет Кристи, нормальная жизнь для него заказана.
Высвободив руку, он надел пиджак.
— Ты ее не знаешь, — небрежно бросил он. — Она хочет устроиться на работу. — Ли ощупал карманы в поисках бумажника. — Мне нужно идти, дорогая. Я позвоню тебе днем.
— Только попробуй не сделать этого!
Голос Триш звучал угрожающе, но Ли понимал ее состояние. Несмотря на то что порой она бывала грубой и резкой, ее легко было обидеть, как и любого другого. Возможно, поэтому я и не порываю с ней отношений, тоскливо подумал Ли. Даже если совсем недавно и чувствовал, что слишком глубоко увяз в них.
— Позвоню. Я обещаю, — заверил он Триш, стремясь избежать сцены. Он чмокнул ее в губы — только для того чтобы показать, что не испытывает неприятных чувств, — а затем, раздраженно проведя рукой по спутанным волосам, вышел из комнаты.
Джип стоял там, где Ли его оставил, — на посыпанной гравием площадке перед домом. Солнце уже растопило иней, оставленный холодной ночью. Для ноября дни стояли на удивление ясные. Ах, если бы и мое настроение было под стать, мрачно подумал Ли. Выберется ли он когда-нибудь из этой ямы?..
Расстояние между домом Триш и Хиллтопом он преодолел за несколько минут. Дорога огибала владения Ли и, расширяясь, упиралась вдали в озеро, окруженное деревьями. Листья уже облетели, и видны были солнечные блики, игравшие на воде, к которой низко склонялись ветви ив.
У входа в конюшни стоял незнакомый автомобиль, и Ли догадался, что он принадлежит женщине, которую Джек Маккорд пригласил на собеседование. С тех пор как управляющий стал слишком стар, чтобы выполнять всю ту работу, с которой раньше справлялся, он все время нанимал себе помощников. Однако никто не задерживался у него надолго. Слишком уж нетерпим и чрезвычайно груб был Маккорд с подчиненными.
Ли совсем не улыбалось присутствовать на очередном собеседовании, но он обещал Маккорду и уже опаздывал на пятнадцать минут. Он поскреб отросшую за ночь щетину на подбородке и поморщился. Ему следовало воспользоваться предложением Триш принять душ. Проклятое похмелье!..
Он собрался было выйти из джипа, но задержался, увидев, что дверь в контору Маккорда открылась и из нее вышли двое. Одним был его управляющий в неизменной замшевой куртке и джинсах. Второй — женщина.
Ли колебался между желанием не вмешиваться и невольным любопытством, которое вызвала у него незнакомка. Уж слишком коротким было собеседование! То ли этот факт, то ли внешность женщины привлекли его внимание.
Насколько он мог видеть, она была моложе предыдущей соискательницы. Однако несмотря на тонкую фигуру в черных обтягивающих джинсах и твидовом пиджачке и гриву вьющихся белокурых волос, девчонкой ее не назовешь. Ей скорее тридцать, нежели двадцать. Но привлекательна, неохотно признал он. Ли не видел, какого цвета ее глаза, но они были большими и обрамленными густыми темными ресницами. Когда же она заговорила и полные чувственные губы задвигались, Ли с удивлением отметил, что лицо Джека Маккорда расплылось в улыбке.
Решив, что больше сидеть невозможно, Ли сунул в карман ключи и свесил ноги из машины. Если он должен показаться, то нужно поскорее покончить с этим, и неважно, что она о нем подумает.
Хлопнувшая дверца, как и предполагалось, привлекла их внимание. Но если Ли ожидал прочесть облегчение на лице управляющего, то глубоко заблуждался. Женщина тоже повернула голову на звук, и позже Ли гадал, почудилась ему или нет неприязнь, промелькнувшая на ее лице. Впрочем, когда Маккорд подвел ее, чтобы представить, женщина уже улыбалась с должной толикой почтительности.
— Это Айрин Тревор, — грубовато сказал старик, и Ли показалось, что тот побаивается, как бы его собеседница не вмешалась в разговор. — А это босс, мистер Роуленд. — Затем, снова повернувшись к Ли, пояснил: — Я как раз собирался показать ей конюшни.
Ли кивнул, на мгновение забыв о головной боли, и, распахнув пиджак, зацепил большие пальцы за карманы джинсов.
— Насколько я понимаю, собеседование прошло успешно? — Никогда прежде он не замечал в Маккорде подобного энтузиазма. — Вы интересуетесь лошадьми, мисс Тревор?
— Не особенно. Мне никогда не приходилось иметь с ними дела. — Она улыбнулась Маккорду. — Но меня заинтересовала эта работа. К тому же я в ладах с бухгалтерией.
— Звучит многообещающе, — заметил Ли, не понимая; почему ее слова задели болезненную струнку в его душе.
Вовсе не потому, что она ему понравилась, хотя нельзя отрицать, что была довольно близка к этому. Теперь он мог видеть, что глаза у нее серые, и их сочетание с белокурыми волосами казалось довольно необычным. Впрочем, она могла и покраситься, подумал он. Женщины в наше время меняют цвет волос столь же легко, как губную помаду.
— А где вы работаете сейчас?
— Я не... — начала было она, но умолкла, услышав нетерпеливое восклицание Маккорда:
— Я уже задавал Айрин все эти вопросы! — Он выразительно посмотрел на босса. — Там, в доме, для вас есть несколько сообщений.
Ли вынужден был отступить. Каково бы ни было его мнение о мисс Тревор, — а он не был вполне уверен в том, что следует прислушиваться к дурным предчувствиям, — Джек в явном восторге от своей находки. Что ж, это ему работать с ней или — если она не оправдает его ожиданий — увольнять ее. Он не будет возражать, если женщина устраивает его управляющего.
— Хорошо, — сказал Ли, проведя рукой по волосам; голова опять болела. — Полагаюсь на вас Джек. Надеюсь, вы знаете, что делаете. — Маккорд не отреагировал на скрытое в словах босса предупреждение, и Ли направился к джипу, чтобы ехать домой. — Было приятно познакомиться с вами, мисс Тревор, — бросил он через плечо. — Увидимся позже, Джек. Всего хорошего.
Но, отъезжая, Ли не переставал спрашивать себя, почему его так беспокоит решение Джека Маккорда. Что так насторожило его в этой Тревор? Почему у него такое чувство, что, наняв ее, он может создать себе проблемы, о которых прежде и не думал?
  
Может быть, все дело в том, как она смотрела на него? Он не тешил себя иллюзией, что понравился ей, но в ее взгляде определенно читался скрытый интерес. Ли снова с отвращением потер подбородок, покрытый колючей щетиной. Он польстил бы себе, если бы подумал, что ее лицо выражало нечто большее, нежели простое любопытство.
Возможно, ей известна его история. Ли нахмурился. Проклятье, конечно же ей известна его история! Нельзя жить здесь и не слышать пересудов о смерти Синтии. А его дальнейшее поведение только укрепило всеобщие подозрения. Господи, зачем он позволил Коппеллу забрать у него дочь?!