Мера любви

Конечно, родители Айрин оказались на высоте. Несмотря на то что им никогда не нравился Сэм, в трудную минуту они поддержали дочь. Дали Айрин и Эмми крышу над головой, когда пришлось продать домик Сэма, и помогали деньгами.
Айрин взбила подушку, пытаясь устроиться поудобнее, но мысли о предательстве мужа еще больше усилили тревогу, которую она испытывала на протяжении всего вечера. Слушая рассказ Джейнуса Кларка о неверности жены, она вспоминала о многом, что давно следовало бы забыть...
  
Айрин познакомилась с Сэмом, когда училась на втором курсе университета. В пасхальные каникулы она приехала в родной городок и работала в супермаркете — расставляла продукты на полках, чтобы заработать деньги на оплату учебы. Тогда-то он и обратил на нее внимание. Ее это так воодушевило, вспоминала Айрин. Все девушки были очарованы красивым молодым помощником менеджера, и, поскольку ничто человеческое не было ей чуждо, Айрин польстило это внимание..
Они стали встречаться. Поначалу все было легко и весело, но к Рождеству их отношения серьезно осложнились. Сэм хотел, чтобы она осталась в Хартфорде, вместо того чтобы продолжать учебу. Он без ума от нее, твердил Сэм, и не знает, что сотворит с собой, если сейчас она уедет.
Айрин поняла это так: если она вернется в университет, он не станет ее дожидаться. И поскольку считала, что влюблена в него, то плюнула на юридическое образование, вышла за Сэма замуж, переехала в принадлежавший ему крошечный домик и устроилась на постоянную работу в супермаркет.
Они были счастливы — во всяком случае, какое-то время. Даже родители, крайне разочарованные ее решением оставить учебу, преодолели свою гордость и помогли им купить машину. Появление на свет внучки они восприняли с радостью, хотя и считали, что Айрин и Сэму следовало бы скопить немного денег, прежде чем заводить ребенка.
А потом, за неделю до второго дня рождения Эмми, мир Айрин разлетелся на куски. Сэм сказал ей, что едет в Манчестер по делам. Но когда полицейские пришли сообщить ей ужасную новость, им пришлось признаться, что в машине помимо Сэма была женщина. Смерть обоих наступила мгновенно, когда «форд» врезался в фургон, стоявший на площадке для отдыха. Айрин оставалось только гадать, что заставило Сэма съехать с полосы движения.
На дознании выяснилось, что оба были пьяны, и за отсутствием доказательств обратному был вынесен вердикт о смерти в результате несчастного случая, вызванного алкогольным опьянением. Позже стало известно, что у Сэма с этой женщиной был длительный роман, начавшийся, когда Айрин еще была беременна.
Нельзя сказать, чтобы она сожалела обо всем, связанном с Сэмом. Дочь была постоянным источником радости для Айрин. Но когда Эмми исполнилось шесть лет, она поняла, что пора устраивать собственную жизнь. Айрин поступила в университет и завершила образование. Правда, приходилось каждый день ездить в другой город, а вечером возвращаться домой, чтобы поцеловать Эмми на ночь.
Однако по окончании университета, когда Айрин попыталась найти работу, выяснилось, что это практически невозможно. Никто не хотел брать тридцатилетнюю мать-одиночку, когда вокруг полно было ничем не обремененной дипломированной молодежи. После нескольких месяцев безуспешных поисков отец предложил ей временный выход! Его секретарша ушла на пенсию, и ему нужен помощник, сказал он, а знание законов, приобретенное Айрин, будет весьма кстати.
Поначалу она думала, что это лишь проявление доброты со стороны отца. Совсем не похоже было, чтобы ему требовался помощник, так как работы едва хватало на одного. Но постепенно Айрин пришла к выводу, что и от нее может быть польза. Она сосредоточилась на юридическом оформлении документов, чтобы отец смог направить свои таланты на расследование дел.
Мы были хорошей командой, думала Айрин, чувствуя, как к горлу подступает комок. Кроме того, работа увлекла ее и она с интересом вникала во все тонкости. Но затем с отцом случился инфаркт, и на некоторое время деятельность агентства прекратилась. Айрин уже опасалась, что придется искать себе новое занятие.
Но постепенно ей удалось завоевать доверие людей, и, поскольку несколько дел Айрин завершила успешно, все опять наладилось. Вот почему она не колебалась, когда Кларк попросил ее о встрече в неурочный час. Она не могла позволить себе дать отрицательный ответ.
И все же…
Лунный свет, проникший сквозь шторы, упал на ремешок сумки, которую она принесла в спальню. Айрин не рискнула оставлять конверт с деньгами там, где его могла бы обнаружить дочь. Или мама, со смущением добавила про себя Айрин. Она не была уверена в том, что мать одобрит ее. Откуда взялись эти деньги? Законно ли их происхождение? И зачем Джейнусу Кларку понадобилось, чтобы она выслеживала его жену?
 2 
Солнечный луч скользнул в щель между планками жалюзи, заставив мужчину поднять руку и прикрыть опущенные веки. Несмотря на то что стояло уже начало ноября, солнце все еще способно было возмутительно сиять и будить его ото сна.
— Проклятье! — пробормотал он, поворачиваясь на бок, чтобы спрятаться от него, и едва сдержал очередное ругательство, когда вытянутая рука коснулась теплого тела, ему явно не принадлежащего. Мужчина приподнял веки. Дьявольщина, он же в постели Триш! Который сейчас может быть час? Он едва помнил вчерашний вечер.
— Да ты ненасытный!
Сонный женский голос предупредил его о том, что неосознанное движение неправильно истолковано, и он резко убрал руку с округлой ягодицы. Всегда одно и то же! Он ненавидел себя после каждого очередного кутежа, и только по несчастливой случайности на линии главного удара оказалась Триш.
Не обращая внимания на пульсирующую боль в висках, мужчина скатился с постели. Встав на ноги, он покачнулся, но комната вскоре перестала вращаться. За исключением нестерпимого желания принять ванну, он мог считать, что находится в относительно хорошей форме.
— Не уходи.
Однако мольба Триш наткнулась на глухую стену.
— Спи дальше, — посоветовал он, гадая, не забыл ли надеть нижнее белье, уезжая накануне вечером из Хиллтопа. Ну и к черту его, — нетерпеливо подумал он, вдевая ногу в тесные джинсы, обнаруженные на полу.
— Но я не хочу спать, — надув губы, возразила Триш и повернулась к нему своей роскошной грудью. — Ли, куда тебе спешить? Возвращайся в постель. Еще нет и десяти.
Ли взялся за рубашку; мягкий бежевый шелк приятно заскользил по его оливковой коже. Он краем глаза взглянул на свое отражение в зеркале над туалетным столиком и поморщился при виде смотревшего на него беспутного лица. Господи, что он с собой делает?! Чего добивается? Столь безответственным поведением он только играет на руку ненавистному Полу Коппеллу.
— Я с тобой говорю, Ли. — Голос Триш звучал жестко, в глазах помимо мольбы промелькнула обида. — Я думала, что ты хочешь поговорить со мной о Торнадо. Не забывай, что ты не единственный конезаводчик в округе. Я могу найти и другую гайку для этого болта.
Ли передернуло от подобной вульгарности. Несмотря на деньги, унаследованные от мужа, Триш никогда не стать леди. Ей слишком нравится шокировать окружающих.
Однако, с горечью подумал Ли, мне ли осуждать Триш? Он ведь лег с ней в постель, не так ли? Не побрезговал ее гостеприимством и ее выпивкой? Именно изрядное количество дорогого спиртного, которое она влила в него вчера вечером, виной тому, что он так ужасно чувствует себя сегодня. Нет, снова одернул он себя, она не виновата в том, что так раскалывается голова. Было бы лицемерием все сваливать на нее.
  
— Я должен идти, — упорствовал Ли, засовывая полы рубашки в джинсы и оглядываясь. Проклятье! — он помнил, что был в носках, когда пришел сюда. Куда же они запропастились? В голове загудел колокол, когда он нагнулся, чтобы посмотреть под кроватью.
— Ты не слушаешь меня, Ли. — Триш переключилась на плаксивый тон. — Знаешь же, что я ненавижу, когда ты смотришь на меня будто на пустое место. Почему бы тебе не остаться, не принять душ, а потом мы бы...