Чонса (СИ)

Забавна! Председатель со следователем выглядят удивительно похожими. И фамилии у них одинаковые. Эти «Кимы» часом не родственники? Действительно, такую небольшую страну населяет лишь десяток кланов.
Если центральный полицейский мне ободряюще улыбнулся, то дамочка рядом скривилась, недобро щурясь в тёмные стёкла. Похожая на сушеную воблу тётка в бежевом наряде представляет: «Министерство по вопросам гендерного равенства и семей Республики Корея».
  
Ух-ты ж! Ох-ты ж… А эти чего тут забыли? Проходной двор какой-то…
«И не говори…» — красноречиво ответил взгляд от фигуры в синем костюме, сидящей близко к семье Пак.
Это же тот самый дедок, который пистон старшему инспектору вставлял! Чего тут забыл представитель «Национальной Разведывательной Службы», как указывает табличка. А проще говоря: шпионы в синих плащах.
Седой разведчик покачал головой, осматривая толпу адвокатов у местной аристократии. Похоже, он расценил мои шансы гораздо ниже среднего.
А чего все ждут? Точняк, представитель Министерства юстиции задержался! Интересненько, основное здание блюстителей правопорядка рядом, буквально в сотне метров, а государственные юристы заставляют себя ждать.
Высокая дверь распахнулась, почти весь проход заняла грузная фигура в коричневом.
— О-фи-геть… — гнусь к столу. Это же Хан МунСоль, собственной персоной! Тот самый жиртрест, что угрожал в номере гостиницы. Чего он здесь забыл?!
— Ведущий дело представитель нашего министерства присутствовать не смог, — заявил МунСоль и плюхнулся в кресло обвинителя: — Сегодня его замещает непосредственный руководитель!
Жирные губы мне радостно улыбнулись. То есть, что получается, толстяк работает на государство?! А как же противники семьи Пак? Ничего не понимаю…
— Пожалуй, начнём! — произнёс в микрофон председатель, его голос усиливает акустика помещения: — Причина, по которой мы собрались, это недавние события на борту рейса семьсот десять авиакомпании Корея Эйр. Сегодня мы установим точную цепь событий и определим виновных.
Стоп, граждане! Нахмурившись, я почёсываю тыковку и лохмачу непослушные волосы. Какие ещё вычисления? Мы так не договаривались!
— Комиссия ознакомилась с общими показаниями, но они не внесли окончательной ясности и требуют уточнения, — взял слово авиационный следователь. — На данный момент всех пассажиров авиарейса опросить не представляется возможным. Приборы видеофиксации самолёта чёткой картины не дают, съёмка велась в тёмное время суток, звук на записи отсутствует. Для вынесения окончательного решения и возможной передачи дела в судебные инстанции, мы собрали основных участников.
Пожилой клерк замолчал и поднимает стакан с водой, делая аккуратный глоток.
— Итак, приступим! — решил председатель и смотрит на меня: — Свидетель, представьтесь.
Что? Мне говорить? Я же в корейском ни бум-бум. А где мой адвокат от семейки напротив… похоже, опаздывает.
— Ангхел! — хрипнул чувствительный микрофон.
Эхо гремит вокруг, заставив меня дёрнуться назад.
— Т-тао… — добавляю гораздо тише, — здесь проездом.
Куча юристов смотрит пристально, один усмехнулся. Эдакий самый важный гад! Обворожительная красавица медленно вздохнула и слегка клонит голову к плечу, сверкая дорогими серьгами. Удивительно похожий на неё младший брат уставился в стол и не поднимает взгляда.
— Здесь сказано, что вас должен сопровождать опекун? — доброжелательно спросил председатель.
— Опекун и свидетель в одном лице, — усмехнулся МунСоль, похотливо облизывая жирные губы.
— Такое возможно? — сомневается авиационный следователь и смотрит на грузного соседа.
— Она с островов! Там все ненормальные, — противно хихикнул МунСоль.
— Напротив сидит девочка? — удивилась сухая тётка. — Кто её в «Это» одел?
— Не будем заострять внимание на личном выборе предметов гардероба, — требует председатель, — нам достаточно того, что показания свидетеля правомерны…
— Уважаемая комиссия!
Напротив поднялся лощёный клерк в импозантном костюме.
— Разрешите представиться, Ким Бон, ведущий адвокат фирмы «Кёнъён». Имею честь говорить от лица младшего наследника Пак Ган-ним и его опекуна Пак ЙуМи-ним.
Это тот самый малый, который посмел усмехнуться над моей неловкостью при обращении с капризным микрофоном!
— Адвокат Ким, мы вас слушаем, — разрешающе кивнул председатель.
— Считаю важным напомнить многоуважаемой комиссии, что показания свидетеля можно расценивать неоднозначно.
— Вариантов только два! — фыркает МунСоль. — Виновен или нет!
Лощёный клерк кивнул одному из секретарей, ждущему за столиком персонала.
— Обратите внимание на изображение…
Проекционные экраны опустились у стен. На белом фоне возникло название юридической конторы, его сменяет таблица с именами и цифрами. Большую картинку повторил плоский монитор на столе.
Что там за фигня? Первая колонка с именами… точно, не корейские… цифры в столбиках и названия школьных предметов…
— На экране табель успеваемости, — пояснил адвокат Ким. — Эти данные находятся в свободном доступе на официальном сайте учебного заведения. Красный цвет определяет интересующую нас позицию. Свидетель, вас не затруднит огласить первые пару слов?
Все смотрят на меня.
А я чего? Ну и прочитаю.
— Тао… Ангел… — осторожно произношу в микрофон.
— Совершенно верно! — оживился адвокат Ким. — У свидетеля крайне низкие показатели, причём не только в своём классе, но и во всей школе, где проходит обучение.
— Подумаешь… — тихонько шмыгаю в сторону.
Интересненько, какая будет успеваемость у самодовольного хлыща, пробей ему судьба в голову до полной амнезии!
— Эти данные за небольшой срок! — нервно взвизгнул МунСоль.
— Так и есть, — спокойно отвечает адвокат Ким, — но тенденция легко прослеживается, комса-ним.
(Комса [검사] — Прокурор.)
— На что намекаете?!
Лощёный клерк уверенно осматривает членов комиссии:
— Показания свидетеля вызывают большие сомнения! Как вы успели заметить, речь на уровне детского сада. Нечётко выражается, поэтому легко поставить под сомнение психологический возраст. Разве вы не заметили, что у Тао Ангел задержки в умственном развитии?
Важная комиссия недолго перешёптывается.
— Свидетель выглядит необычно… — хмурит седые брови председатель. — Но не умственно отсталым инвалидом. Может вести диалог и отвечать на вопросы.
— Согласно общему табелю, Тао Ангел находится в самом низу таблицы успеваемости, после большинства учащихся!
— Низкие показатели можно объяснить долгим лечением серьёзной травмы, — отметил авиационный следователь.
— Стоит напомнить, какой именно травмы! — довольно улыбается адвокат Ким. — Согласно больничной выписке, сильно пострадала именно голова.
— К чему клоните?! — вскинулся МунСоль.
Голос дурацкого прокурора сильно бьёт по мозгам, поэтому я морщусь и потираю виски.
— Показания расценивают, учитывая влияние общего физического состояния! — поучительно объявил адвокат Ким и строго уставился на меня: — Здоровье свидетеля крайне далеко от идеального, что ставит под сомнение достоверность любых слов.
— Слова, которые не выгодны именно вам! — злобно рявкнул МунСоль.
— Учитывая дальнейшие происшествия, мы считаем необходимым провести дополнительное медико-психологическое обследование, для оценки…
— Уже затратили слишком много времени! Разбазариваем государственные деньги, когда всё понятно! Адвокат пытается запутать ненужной информацией!
— Установить правильный ход событий, без всеобщей оценки, не представляется возможным.
— Будем всех пассажиров авиарейса проверять?!
  
— Всех, причастных к инциденту!
— А давайте начнём с младшего наследника семьи Пак!
— Какие могут быть сомнения в репутации многоуважаемого…
— Довольно!
Дых-дых-дых! Стучит деревянным молотком председатель, затыкая перепалку адвоката с прокурором.
Надо же, здесь такая фигня есть! А можно мне его позаимствовать и врезать жирному в рыло…